Академия для дур (СИ)

После выговора мы вышли первыми. Причём отправились в сад, что бы пообщаться с Саем. Он наверняка захочет узнать подробности вчерашнего происшествия. А мы хотели договориться о новом времени встречи. И Сай нашёлся в той же части сада. На этот раз он строил новую теплицу. Рядом стояла девушка. Похоже выпускница. Только поддёвка у неё была чёрная. И я вдруг страшно испугалась. Чёрный цвет смерти. Как же, по правилам Академии, цвет поддёвки обозначает самую слабую энергетическую зону. Получается у неё она мёртвая. Но так же не бывает! В живом человеке не может быть чего-то мёртвого. Оказалось, очень даже может. Девушка, с которой мы познакомились посредством Сая, была сильной стихийницей. Настолько сильной, что на последней предвыпускной практике уговорила взять её на границу. Это было в прошлом году. Только в конце лета. Их отряд попал в очередную засаду орков. С сильнейшим шаманом в отряде.
Зена почти выжгла стихийную магию, спасая отряд вместе с магами мужчинами. Их было двое. К сожалению среднесилков. Остальные были простыми солдатами. Мужчины дошли до предела за которым было только перегорание и остановились. А она пошла дальше. Знала, что делают орки с пленными женщинами вообще и с магичками в частности. В приграничьи, где такие были, про это ходили страшные легенды. Шаманы выкачивали из них магию при помощи какой-то странной предметной магии. Это были не артефакты в нашем понимании. Их орки делать не умели. Но активировать краденные могли. Что же, некоторыми из артефактов могут пользоваться и совсем неодарённые. Это были уродливые глиняные фигурки их божков. Которые стояли я углах их селений. Они их защищали, кажется. Так вот их можно было заполнить только женской магией. Своих одарённых женщин они тоже для этого использовали. Когда не было другого расходного материала. У них женщины были ещё более бесправны, чем в королевстве. Их даже приносили в жертву защитным божкам. Раз в году проводился ритуал кормления богов. Женщин брали воины племени при всеобщем обозрении у подножий этих глиняных кукол, и делали это сменяясь до тех пор, пока она не выплёскивала магию. Всю до капли. Конечно воин, который был в ней в этот момент погибал. Но бог напитывался заодно и магией этой смерти.
Орки не сильно страдали от потери членов племени. Не даром крылатое выражение "размножаются как лемминги" относили к оркам. Их женщины беременели, едва успевали разродится. Пленные магички, теряя магию таким образом, если выживали, то становились "скорбными". Причём в худшем проявлении этого состояния. Они превращались в бездумные растения. Которых содержали как рабынь. В общем жилище, который мужчины использовали как дом удовольствий. У них не было даже отдельного уголка. Говорят орки любят брать женщин на виду. Их это возбуждает. И даёт возможность похвастать своей мужской гордостью. Это Сай рассказала мне уже потом, когда вечером мы снова ждали когда все заснут, что бы сбежать к Саю. В приюте любили обсуждать такие страшные истории. Многие из девочек там оказывались пострадав в приграничьи. Потеряв семью. И не все из них теряли память, как Эш. И прекрасно слышали рассказы воинов, которые захватывали иногда оркские селения в рейдах.
— Не всё же им убивать наших! — горячилась огневичка, — у меня тоже сильная магия огня. Может к тому времени, когда я доучусь, в Армию короля будут брать и женщин магичек. Я при тебе выучусь в самую сильную магиню Огня. Ты как-то меня стимулируешь. И отомщу за своих.
— Учись, конечно, — погладила по плечу девушку я, — и мне приятно будет тебе помочь, во всём, что ты пожелаешь. Хотя, ты и сама неплохо мотивирована. Но война плохое место. И для мужчин, и, уж тем более, для женщин. И я согласна, прости, что нечего им там делать. Хорошо, что Зена выжгла только огонь. У неё осталось ещё чуть-чуть магии Земли. И то только потому, что в их роду, скорее всего, погуляли эльфы. Мне показалось, у неё немного заострённые ушки. Она их прячет, но я случайно заметила. И ещё, она красивая. Только печальная.
 
— Да, красивая, — согласилась Эш, — интересно, почему Сай не влюбился в неё. Я часто вижу, что она помогает ему в саду. И замещает его, когда он уезжает с ректором. Наверное, он оставит её в Академии. Она тоже сирота. А теперь ещё и почти без сил. Я бы на его месте, чувствовала за собой вину. Хотя она сама его уговорила.
— Судя по его замечанию, когда он говорил о наказании для вредных подружек, он всеми силами старается изменить положение женщин-магичек. И, может быть, считает это несчастье своим провальным экспериментом с появлением магинь в Армии. Так что ты можешь быть права. И он действительно думает, что виноват. Тем более, у него уже есть печальный опыт, потери женщины, которую, наверняка считает, что должен был сберечь.
Разговор закончился, когда всё затихло. В этот раз мы выбрались без происшествий. Сай встретил нас и сопроводил по дорожкам ночного сада в домик, вокруг которого под защитой более холодостойких деревьев одновременно цвели и плодоносили колючие кустарники кариссы. Они росли густо. К домику можно было подойти только по узкой дорожке.
— Привычка прятать логово, — хмыкнул Сай, заметивший мой любопытный взгляд на колючий заслон. Не очень удобно с точки зрения пронести в дом что-то громоздкое. Зато и подойти к нему незамеченным сложно.
Мы увлечённо занимались процессом приготовления. Все втроём, включая Сая, который помогал нам то толочь, то что-то растапливать, когда в дверь вдруг постучали. Мы застыли. Оборотень принюхался. Лицо его вдруг поплыло и снова обросло шерстью.
— Может нам спрятаться? — обречённо пробормотала я, уже понимая, что не поможет.
— Ректор, — обречённо пробормотал он, — попались. Корвин знает, что вы здесь. Он мог прийти порталом. Но стучится, как будто не может пройти сквозь мою защиту.
И Сай поплёлся открывать. Ректор вошёл сразу отыскав нас взглядом и покачал головой.
— Исторя с заколкой меня не убедила, — сразу сказал он, — я видел много шалящих девочек и слышал ещё больше их оправданий. А ещё я эмпат и менталист. И легко понимаю когда мне лгут. Я сразу понял, что вы куда-то собирались ночью. Сначала подумал, очередные любительницы таинственных подземелий и кладов старинного дворца. Подземелья и правда есть. И дворец старинный. Только вот заблудится в подвалах неприятное и опасное происшествие. И Сай, и ваш декан, таких частенько отыскивали по следу. Когда понимали, что они пропали, не явившись на занятия. Но из разговора с вами мара Аэлла, мне показалось, что я имею дело с рассудительной девушкой. Значит задача была другая. Я поинтересовался вами у дежурной учительницы и она поведала мне об утреннем конфликте со знакомыми участницами. Вы что-то получили от кухарки. Спросил и у неё. Женщина не стала скрывать. Я уже знаю про крем для Эш. Вы, кстати уверены, что он ей не навредит?
— Это крем моей мамы. Она всю жизнь им пользуется, — возмутилась я, слегка ошарашенная и впечатлённая таким стремительным расследованием.
Оказалось это ещё было не всё. Ректор попенял и Саю. И продолжил свои розыскные выкладки.
— Не понимаю, почему ты-то забываешь о моей эмпатии. Ты думал я не заметил твоей симпатии к этой рыженькой малышке? И думаешь я не могу сложить два и два, когда обнаружил, что в их комнате пусто, куда они могли направиться, что бы готовить это варево? — всё больше сердился ректор, — вы не могли немного подождать, пока сможете это сделать с разрешения учителя, в лаборатории. Ей, думаю, был бы интересен семейный рецепт.
— Здесь нет никакой магии. Мы не нарушаем правил. Это простой состав на травах.
— Правила, допустим вы нарушаете. И гласные. И не гласные. Вы покинули комнаты после отбоя. Подговорили кухарку дать вам продукты ей не принадлежащие. Сбили с пути нашего садовника, и потом, вы находитесь ночью в доме неженатого молодого мужчины. Девушки..- и он укоризненно покачал головой, но в уголках рта, да и эмпатически я почувствовала скрытую улыбку.
— Да он смеётся над нами! Издевается, — разозлилась я и ответила, нахально и совершенно неприлично, — к этому крему ритуал консумации не требуется.