Охотничьи угодья (ЛП)

— Я никогда не слышала о фейри. — Анна раньше не видела фейри, а если и видела, то не знала, кем они были. По ее телу пробежала дрожь возбуждения, и она крепче сжала руль. — Бран втянул фейри в дела оборотней?
— Необходимо иметь нейтральную сторону, чтобы убедиться, что насилие не выйдет из-под контроля.
Анна подумала о волках, которых знала, там насилие всегда выходило из-под контроля. Она попыталась представить кого-то, кто мог бы положить этому конец. Брану или Чарльзу пришлось бы сделать это при помощи еще большей жестокости.
— Она может это сделать?
— Да. И что более важно, все это знают.
— Что она за фейри? Разве Дана не немецкое имя? Я думала, что большинство фейри были британцами, даже больше валлийцами, ирландцами и шотландцами.
— Большинство фейри, которых мы видим в США, выходцы из Северной Европы: кельты, немцы, французы, корнуолльцы, англичане. Ее настоящее имя не Дана. В это десятилетие она использует имя Дана Ши, вариант даоин ши. Многие старшие фейри и некоторые ведьмы не хотят использовать свои собственные имена. Все, кто знает их имена, обретает власть над ними и может использовать против них, точно так же как клочки волос или ногтей.
— Ты знаешь ее настоящее имя? Или что она за фейри?
— Не знаю. Сомневаюсь, что даже папа знает. Хотя она Серый лорд, одна из самых могущественных фейри. Они правят фейри вроде как папа волками. — Он взглянул на Анну. — То есть, если бы папа был психопатом-серийным убийцей. Хотя знаю, что она за фейри. Ты встретишься с ней и немного поговоришь. А потом скажешь мне, что о ней думаешь.
Анна полунасмешливо фыркнула:
— Что я получу, если окажусь права?
Его глаза загорелись, волк таился у него внутри, и голод в его взгляде сказал ей, что он говорит серьезно:
— Получишь одно и то же, будешь ты права или ошибешься.
Анна ждала страха или даже трепета, который обычно вызывали у нее мысли о сексе, но этого так и не произошло. Только бабочки запорхали в животе. Менее чем за месяц Чарльз помог ей справиться с ее проблемами в этой области.
— Хорошо, — ответила она.
Чарльз улыбнулся ей и расслабился на сиденье.
Шоссе в Сиэтле было гораздо более разветвленным, чем в Чикаго. Дороги поднимались над водой, путались и скрывались между холмами, где машины проезжали мимо множества домов. Запах выхлопа машин перекрывал запах воды и соли из Пьюджет-Саунда и различных других озер и прудов с соленой водой. Из серых туч начали падать редкие капли дождя, недостаточно, чтобы включить дворники на полную мощность, но видимость упала.
Следуя указаниям Чарльза, Анна съехала с шоссе и оказалась на более узкой дороге, что вела через улочку, которая могла бы находиться в Великобритании. Все выглядело старым, причудливым и красивым, хотя и немного тусклым. Справа на воде виднелась череда доков с лодками и плавучими домами, в то время как слева узкие здания занимали крутой склон холма.
Огромный серебристый мост изогнулся над водой, взмывая ввысь и заканчиваясь на вершине крутого холма на противоположной стороне реки. Анна убрала ногу с педали газа, чтобы еще раз прочитать название улицы на дорожном знаке.
— Тролль?
— Что? — Чарльз перевел взгляд с воды на нее.
— Здесь есть улица под названием «Тролль»?
Он внезапно улыбнулся.
— Я совсем забыл об этом. Почему бы тебе не подняться по мосту на холм?
Анна развернулась вверх по дороге и на мгновение подумала, что это решение было ошибкой, потому что их маленькая синяя машина с трудом ползла вверх по склону, который круче, чем выглядел снизу. Дорога была узкой и вызывала клаустрофобию, над головой и по бокам нависали опоры.
Она так сосредоточилась на вождении, что ничего не замечала, пока они не подъехали совсем близко. Асфальтированное шоссе закончилось и перешло в грунтовую дорогу. Мост над головой врезался в вершину холма. А в пространстве между дорогой и концом моста притаилось что-то гигантское.
Не посоветовавшись с Чарльзом, Анна припарковалась.
Кто-то сделал из цемента огромного человекоподобного монстра — тролля, поднимающегося из песка. Его волосы безвольно свисали на один глаз, в то время как другой смотрел поверх головы Анны на водную артерию у подножия холма, на который они только что поднялись. Одна огромная рука лежала на настоящем «Фольксваген жуке». Бампер машины зарылся под бороду тролля, как будто искал там убежища.
 
Анна медленно вышла из машины и перешла дорогу, Чарльз шел рядом с ней. Статуя недавно подверглась нападению вандалов, которые разукрасили ее мелом, и ярко-розовый и зеленый цвета только усилили странный вид существа.
На руках тролля были нарисованы ногти и линии костяшек. Розовые и зеленые меловые цветы украшали крыло машины, а на заднем стекле кто-то написал «Молодожены».
Анна чувствовала, что за ними наблюдают. Над троллем, в выемке, где мост соединялся с вершиной холма, трое или четверо бродяг настороженно следили за ними. Один мужчина отложил в сторону газету, которую читал, и направился к ним.
Он немного выше среднего роста, хотя и ссутулился, чтобы казаться ниже ростом. На нем был потрепанный брезентовый балахон, обильно забрызганный грязью. На ногах разноцветные кроссовки «Найк». В правом ботинке дырка на носке, а в левом — дырка на пятке, обнажающая грязную голую ступню. Джинсы, которые он носил, были не дырявыми, хотя и такими же грязными, как его балахон. Анна мельком увидела несколько рубашек — красную фланелевую рубашку поверх желтой клетчатой рубашки на пуговицах, которая почти скрывала белую футболку.
Анна обратила внимание на мужчину, но рядом с Чарльзом незнакомец не представлял угрозы, и ее больше заинтересовал тролль. Поэтому она позволила Чарльзу разобраться с незнакомцем, а сама вскарабкалась по крыше «жука» на руку тролля, затем еще выше, пока не смогла положить руку на его непомерно большой нос.
— Как вам мой маленький тролль, а? — обратился незнакомец к Чарльзу хриплым голосом, как у человека, который годами выкуривал пачку в день. Правда, сигаретами от него не пахло. Ветер донес до Анны землистый и волшебный запах, с резким мускусом хищника.
— Он настоящий? — спросила Анна, чувствуя себя в безопасности на своем насесте и рядом с Чарльзом.
Незнакомец посмотрел на нее и рассмеялся, обнажив неровные, почерневшие зубы, такие же острые, как и его запах.
— Ну, теперь да. Возможно, художница увидела что-то особенное. Чего-то, что не видит волчья родня. — Он похлопал по цементному изваянию, на котором Анна стояла, и она сделала осторожный шаг назад.
— Однако случилось так, что он нашел мне друга, так что мы все счастливы. Даже Серый лорд посчитала, что это забавно. Я совсем не обиделся, что меня заметили, но ничего не сказали.
Фейри могли скрывать, кем они были. Могли выглядеть так же, как и все остальные.
Но голод, который светился в его глазах, когда он смотрел на Анну, был таким же бессмертным, как и она, и намного старше.
Он не понравился ее волчице, и прищурившись, Анна посмотрела на него и зарычала. Он должен знать, что она не была добычей.
Мужчина снова рассмеялся и хлопнул себя по бедру рукой в поношенной перчатке без пальцев.
— Если бы я забылся, то мог откусить кусочек. — Он щелкнул зубами, и в темноте под мостом она увидела искру. — Она бы разжевала меня и скормила этим огромным осьминогам, которые живут здесь. — Казалось, что эта мысль позабавила его. — Хотя хороший кусок волчьего мяса, возможно, того стоит.
— Тролль, — сказал Чарльз.
Ему было так весело с Анной, что он забыл о реальной угрозе. Но ему напомнили, и он дернулся, присел и зарычал.
Чарльз достал одну из простых золотых сережек из уха и бросил ее фейри, который быстро ее поймал.
— Забирай свою дань и уходи, старина, — заявил Чарльз.
— Эй, Джер, — раздался взволнованный и тонкий голос над ними. — Ты не приставай к ним, или полиция выставит нас отсюда. Ты же знаешь, что они это сделают.
Тролль в человеческом обличье поднес кусочек золота к носу и понюхал. Его лицо дернулось, а в глазах вспыхнул жуткий голубой огонек, прежде чем они успокоились и снова стали обычными человеческими.