Охотничьи угодья (ЛП)

Чарльз не думал, что Артура волнует выход оборотней на публику. Он был именно тем харизматичным типом волка, с которым Бран планировал познакомить людей. Но он обставил убийство Шастеля так, чтобы привлечь внимание, и мог направить подозрения в другое русло. Имелось много волков, которые недовольны планами маррока. В конце концов, Бран не поверил бы, что Чарльз убил Шастеля, так что Артуру нужен был безымянный злодей, чтобы Бран мог обвинить его. Кто-то, кто нанял вампиров, а затем удачно исчез.
Вся эта история с мясником… Артур наблюдателен.
Шастель был варваром, но Артур явно превосходил его в безумстве. Но не увидел бы сходства между ними. По его мнению, Зверь, убивающий ради удовольствия, был нецивилизованным, а Артур убивал не ради удовольствия.
Шастель правил, убивая всех, кто бросал вызов его положению, и наводя ужас на остальных. Артур начал убивать альф в Великобритании, затем остановился. Или нашел лучший способ избавиться от волков, которые могли бы бросить ему вызов. Бран мог бы разобраться с этим.
Что касается Чарльза, то и Артур, и Шастель были всего лишь двумя сторонами одной медали, у них имелась власть, но не желание заботиться о том, что принадлежит им. Артур не понимал этого, и возможно, ему нужно прояснить это, описав жестокий метод убийства Шастеля.
Санни.
Волк нанял вампиров, потому что оборотню трудно напасть на омегу. Ему пришлось нанять их для убийства собственной пары, которая была почти омегой в человеческом обличье.
И внезапно попытка похищения Анны приобрела гораздо больше смысла. У Артура имелся собственный реактивный самолет. И Анна могла заменить Санни. Омега.
Она ценилась не столько за то, кем являлась, сколько за то, кем ее считали все остальные. Приз. И, в отличие от Санни, она будет жить вечно. Санни старела, как и все люди.
Боль Артура от этого осознания неподдельна. Поэтому он приказал убить ее, чтобы избавить себя от страданий. Судя по его реакции на складе, Артур недооценил боль от ее смерти. Чарльз надеялся, что ему было больно.
Он небрежно достал свой телефон и открыл текстовое сообщение.
— Забыл кое-что сообщить папе, — сказал он. — Он сейчас будет завтракать и не любит, когда его прерывают. Я напишу ему о событиях сегодняшнего вечера, и он сможет позвонить мне по этому поводу на досуге. — Никакой лжи в этих слова Артур не почувствует. Он просто набрал в сообщении: «ЭТО АРТУР».
Чарльз держал телефон подальше от волка, чтобы тот думал, что он все еще переписывается с Браном, и набрал сообщение для Ангуса: «НЕ ЗВОНИ. ПРИШЛИ ПОМОЩЬ СЮДА. АРТУР — ЗЛОДЕЙ».
Он счел это немного мелодраматичным, но сообщение получилось коротким и простым, и Ангус не мог его неправильно истолковать. Затем нажал «отправить».
Чарльз мог справиться с Артуром. Тот не был настолько сильным, чтобы победить Шастеля. Но Анна и Алан Чу тоже здесь, и они нуждались в Чарльзе, который должен защитить их, насколько это возможно, а это означало вызвать помощь.
— Ты искал отмычки, — подсказал Артур.
— Да.
— У меня там кое-что есть. — Артур кивнул на свою сокровищницу. — Я собирал свои вещи. Я сюда больше не вернусь.
Чарльз последовал за ним. Все выглядело так, будто Артур и правда собирал вещи. Гобелены сняты со стены, вставлены в рамки два на четыре и убраны в фанерный ящик из необработанных досок, которые в музеях используются для перевозки произведений искусства. Деревянный ящик поменьше уже запечатали. Единственное, что осталось — это коробка с мечом.
— Остальное я понимаю, — сказал Чарльз, проводя пальцами по дереву, защищавшему старый меч. — Но как ты подкупил Дану, чтобы она нарушила свое слово?
Он поднял глаза и увидел, как Артур замер.
Британский волк неуловимо изменился. Почти полностью утратил ауру скорби.
— Точно так же, как заставил вампиров выполнять мои приказы. Предложил ей то, что она хотела. — Артур улыбнулся. — Даже это не сработало бы, если бы ты не вывел ее из себя.
— И как я это сделал?
Как только Чарльз задал вопрос, то вспомнил бурную реакцию Даны на картину, которую передал его отец. Это место, в котором она когда-то жила, было утрачено, и Бран хотел подарить ей что-то на память, но, возможно, она посчитала это насмешкой.
 
Артур театрально всплеснул руками.
— Откуда мне знать? Фейри легко обижаются. Что касается того, что я ей предложил… — Он указал на футляр с мечом.
— Это не Экскалибур, — возразил Чарльз. — Когда она обнаружит, что у тебя его нет, она будет оскорблена.
Артур нежно провел пальцами по витрине и сдвинул с торца темный кусок дерева.
— Можно прятать вещи на виду.
Меч, который он достал из потайного отделения, был не тем, что оказался выставлен на всеобщее обозрение, хотя и выглядел очень похоже. Оба были оружием фехтовальщиков, а не реквизитом для фильмов. Как только этот меч вынули из футляра, волосы на затылке Чарльза встали дыбом.
Экскалибур или нет, нельзя отрицать, что меч в руке Артура — клинок фейри. Чарльз мог чувствовать его магию на своей коже и ощущать ее запах.
Артур слыл фехтовальщиком. Он изучал фехтование и получил ту же боевую подготовку, что и сам Чарльз. Равновесие Артура было правильным, а его хватка ни слишком жесткой, ни слишком слабой, и свидетельствовала о том, что тренировки не прошли даром.
Чарльза беспокоил именно этот меч. Он, скорее всего, умрет.
Но Ангус придет с подкреплением, и Анна будет в безопасности. Чарльзу просто нужно потянуть время. А Артур всегда любил выступать перед публикой.
— Анна не пойдет с тобой, — сказал он Артуру. — Она не станет стоять рядом с тобой. Она подождет, пока ты на мгновение отвлечешься от нее, а потом выпотрошит тебя.
Артур улыбнулся.
— Ты действительно не веришь в реинкарнацию, верно? Или в судьбу. Я пришел сюда, чтобы убить Шастеля и твоего отца. Для Шастеля у меня был план. Для твоего отца мне нужно нечто большее.
— Почему мой отец?
Артур посмотрел на него, как на идиота.
— Потому что я — король Артур, конечно. Мне суждено быть верховным королем.
Он точно сошел с ума, подумал Чарльз
— Но мой отец не пришел.
— Нет, — согласился Артур. — Судьба — странная штука. Ты точно знаешь, кто такая Дана?
— Очевидно, ты собираешься рассказать мне, — сухо произнес Чарльз.
— Интересно, знает ли твой отец. Вот что я подразумеваю под судьбой. Я когда-то был Артуром и нашел здесь Нимуэ, Владычицу Озера. Я уже пару десятилетий знал, что она здесь, в Сиэтле. И знал, что придет время, когда это будет важно, поэтому купил Санни этот дом.
Очевидно, подумал Чарльз, будет нетрудно поддерживать монолог Артура.
Улыбка Артура стала лукавой.
— Я не нашел Экскалибур во время археологических раскопок, хотя именно этим занимался в то время. В Кембридже я подружился с парнем, чья семья была старинной корнуоллской знатью. Он пригласил меня к себе домой на Рождество. Я обнаружил, что они охраняли сокровище на протяжении стольких поколений, что совсем забыли об этом. Мне потребовалось время, чтобы найти меч снова. Его спрятали под каменной плитой в каретном сарае. Так сказать, меч в камне. — Он посмеялся над собственным остроумием. — Старшая сестра этого парня была так похожа на Дану, словно ее близняшка. — Он потер руки. — Небольшое исследование, и проницательность становится знанием. Поэтому, когда увидел Дану, то понял, что у меня есть идеальная вещь, чтобы подкупить ее. — Он мягко взмахнул мечом. — Дана понятия не имела, что он не лежит под камнем, куда она его положила, пока не показал ей его фотографию. Я не глупый.
— Я мог бы не согласиться с тобой в этом, — возразил Чарльз. — Ты совершил множество глупостей. Но пытаться взять верх над Серым Лордом — это, безусловно, самая большая глупость. Ты и не собирался дарить ей меч.
Артур кивнул.
— Первая сделка была бы честной. Я обнаружил там не только Экскалибур. У меня имелось и другое оружие. Я предложил ей кинжал. Она отказалась и ясно дала понять, что станет охотиться за мной. Я знаю ее, но она не знает меня. Не верит, что я Артур.