Охотничьи угодья (ЛП)

Ангус на мгновение встретился взглядом с Чарльзом, возможно, он увидел в них панику.
Чарльз был не в состоянии утешать Артура сегодня вечером. Он и в свои лучшие дни не умел предлагать утешение.
Альфа Изумрудного города оглянулся через плечо на одного из своих волков.
— Пошли кого-нибудь найти Алана Чу. Приведи мне Тома. — Он бросил взгляд на Чарльза, недостаточно долгий, чтобы быть вызовом, но чтобы показать, что обращается к нему, когда произнес: — Кузены Алана владеют похоронным бюро. Его семья заботится о наших мертвых. Они знают, кто мы такие, и могут помочь Артуру. И если Том и его ведьма смогли отбиться от стаи вампиров, то смогут удержать Артура на верном пути.
— Ты хотел меня видеть, Ангус? Я был снаружи. — Обычно легкая походка Тома выглядела немного скованной, но только по этому можно было понять, что он не полностью оправился после драки. Его спокойный взгляд остановился на обезумевшем оборотне и трупе Санни. — Понятно. Ты послал кого-то за Аланом?
— Да. Возьми еще пару членов стаи, свою ведьму и Алана, он будет здесь через минуту. Посмотри, сможешь ли устроить Артура на ночь в его доме.
Чарльз достал из бумажника одну из визитных карточек Артура, у него было их две: одна от отца и одна от Артура.
— В этом месте он живет в Сиэтле. Кто-то должен отвезти машину его жены к дому. Это синий «Ягуар», припаркованный прямо за воротами. Не знаю, на чем Артур сюда приехал.
— Хорошо. — Том взял карточку. — Я позабочусь об этом. — Потом быстро забрал Артура, тело Санни и горстку волков Ангуса.
И первый победитель охоты вошел в комнату как раз в тот момент, когда дверь за Томом закрылась. Чарльз огляделся в поисках Анны и обнаружил, что она разговаривает с Риком и Айзеком, выражение ее лица было серьезным.
Лучше, чтобы она поговорила с ними, чем с ним в этот момент. Он хотел забрать ее домой, где вампиры и кто бы ни стоял за ними, никогда не смогли бы до нее добраться. Спрятать ее в своем доме и запереть дверь.
Да, лучше, если он пока не станет разговаривать с ней.
Вошедший волк нес их мешочек. Анна могла узнать запах Мойры на нем даже в человеческом обличье. Волк, который принес добычу, остановился перед их группой, и она уловила его запах. Это был тот самый волк, которого они нашли запутанным в сети в начале охоты.
— Валентин, дорогой, — сказал Айзек. — Я вижу, ты справился. Поздравляю. — За едким сарказмом Анна услышала веселье Айзека. — Убери его отсюда, он воняет.
Запах тухлой свинины немного подавлял.
Волк ухмыльнулся и продолжил путь туда, где его ждали Дана и Ангус. Мешочек забрали и пометили маркером.
— Итак, переговоры обречены, — заключила Анна, продолжая прерванный волком разговор. Чарльз не рассказал ей о событиях сегодняшнего дня, возможно, он еще не признал поражение, но Айзек казался довольно уверенным, когда пожал плечами.
— Возможно, все кончено, если не бросить прямой вызов Шастелю. Думаю, что все разойдутся по домам, не приняв предложений маррока. — Он улыбнулся ей, хотя за этой улыбкой скрывалась тьма. — Потом они позвонят ему и втихую заключат сделки. Не такие выгодные, если бы сделали это открыто, но, может быть, только может быть, достаточные для нашего выживания.
— Почему никто не охотится за Шастелем?
— Потому что он так хорош, как говорят. Поля Европы — это могилы для многих наших собратьев, которые пытались убить Зверя. Вероятно, маррок мог бы сразиться с ним, но на собственной территории Шастеля я бы не стал ставить на маррока. Но здесь… — Он пожал плечами. — Но маррока здесь нет, и не думаю, что Чарльз ему ровня.
— Он заставил Шастеля отступить, — сказала Анна. — Дважды.
— Когда Шастель охотится, у тебя нет шанса сразиться с ним лицом к лицу. — Лицо Айзека помрачнело. — В открытую он нападает только на детей или человеческих женщин. — Он посмотрел на нее. — За первые сто лет своей жизни он убил три сотни людей, возможно, больше. Многих он убил средь бела дня на глазах у их друзей и семей. В него стреляли, попадали, и ничего не происходило. В конце восемнадцатого века Шастель сосредоточил свои убийства во французском Жеводане. Все было настолько плохо, что крестьяне больше не выходили на свои поля. Напуганные дворяне организовали охотничьи отряды, наняли охотников на волков и убили всех волков в регионе, как и многих оборотней. Дошло даже до короля Франции, и тут история рассказывает, что человек по имени Жан Шастель, жену которого убил зверь, взял серебряную мушкетную пулю, сделанную из расплавленного фамильного креста. Деревенский священник трижды благословил охотников, и Шастель отправился с небольшой группой выслеживать животное. Перед ними появился огромный зверь, и Шастель выстрелил в него один раз и убил. И так умер Жеводанский Зверь.
 
— Что на самом деле случилось?
— Маррок случился, — вставил Рик.
— Он еще не был тогда марроком, — поправил Айзек. — Наиболее вероятной мне кажется история о том, что Бран Корник выследил Зверя и сказал ему, что если он не прекратит убивать, то окажется в руках ведьм. — Он слегка улыбнулся. — В те дни ведьмы были более могущественны, и им нравилось пытать оборотня, чтобы получить кровь, мясо и мех для своих заклинаний. Шастелю было сто лет, а Брану… Ну, много. Тогда это была очень хорошая угроза. Теперь Шастель сильнее, чем тогда, к тому же умнее. И он ненавидит Брана, как любой доминант ненавидит того, кто его унижает.
— Он делает это, чтобы отомстить Брану?
Айзек покачал головой.
— Я думаю, причин много. Это одна из них. Как и то, что он отказался пускать маррока на свою территорию.
— Меняет ли что-нибудь смерть Санни? — Анна все еще пыталась выяснить причину смерти женщины, но так и не смогла ее найти.
Вошел еще один волк, усталый и прихрамывающий, но у него во рту был мешочек. Он не обратил на них внимания, и только Анна, казалось, заметила его приближение.
Айзек пожал плечами в ответ на вопрос Анны.
— Во всяком случае, это стало последней каплей. Артур воспринимается как самый сильный сторонник Чарльза, единственный из нас, кто достаточно далек от Зверя, чтобы рисковать вызвать его недовольство. Я не уверен, что это правда, за исключением того, что это подтверждает поговорку «враг моего врага — мой друг». Артур и Бран во многом расходятся во взглядах. Впрочем, это не имеет значения. От Артура не будет толку еще несколько недель после произошедшего. Потерять свою пару — это… — Он немного поморщился, затем с усилием взял себя в руки. — Чарльзу он не поможет, это точно.
Первый волк победитель уже превратился обратно в человека и голый рылся в поиске своей одежды. Это напомнило Анне, что у нее все еще лежат носки в карманах джинсов, а ее ноги замерзли. Она сняла туфли и надела носки на ноги, где им и положено быть.
Она стояла на коленях, завязывая шнурки на туфлях, когда в комнату вошел третий победитель. Она никогда раньше не видела его в волчьей форме, но его запах точно сказал ей, что перед ней Шастель.
Как только он вошел в комнату, кто-то включил сигнализацию, и по всему складу зазвучал низкий гул, означающий, что найден третий мешочек.
Анна едва слышала звук. Шастель был самым огромным оборотнем, которого она когда-либо видела. Рик крупнее среднего, Чарльз крупнее его, но по сравнению с Шастелем они оба выглядели как щенки-подростки. Он же смотрелся как сенбернар в окружении немецких овчарок. Его шерсть отливала различными оттенках коричневого — идеальный цвет, чтобы затеряться в лесу.
Он посмотрел на нее желтыми безумными глазами, и она попятилась, наткнувшись на Айзека, который поддержал ее, положив руки ей на плечи и подняв на ноги. Шастель выбежал из дверного проема к тому месту, где стояла Анна со своими товарищами по охоте.
Он остановился перед ней и бросил мешочек, делая шаг назад — приглашение.
— У меня есть пара, — заявила Анна и поняла, что Рик был прав насчет ее участия в охоте. Она в этой комнате, со всеми этими волками, и не чувствовала ни капли страха. Здесь, где находился Чарльз и ее новые друзья, она не боялась. — И мне ничего от тебя не нужно.