Как приручить дракона (СИ)
Двери со скрипом принялись разъезжаться, в щель между створками тут же просунулась какая-то каменная конечность, потом — рожа, живо напоминающая то существо из Фантастической Четверки, ну — мужика из камня. Существо — его так и звали, да. Только эта чертовщина, которая протискивалась сквозь двери, еще и посверкивала какой-то кристаллической чешуей и вообще — походила на ожившую хрустальную висюльку от советской люстры. Ах, да! Росточка оно было непримечательного — метр двадцать или типа того.
Когда расстояние позволило, кристаллический карлик, видимо — один из этих самых элементалей — проник в диспетчерскую, осмотрелся, подобрался к письменному столу, увидал там кипу бумаг и принялся их рвать и жевать — одну за другой, очень деловито, с чувством, толком и расстановкой.
— Ять! — сказала рация. — То есть — о, Господи! Пепеляев, иди скорее и перенастрой отражатели, а то ведь эти сволочи сокрушат тут все в труху!
Ну, я и пошел. Правда, пришлось пропустить еще пару мелких: они были решительно настроены последовать примеру своего подельника- первопроходца и, прорвавшись в диспетчерскую, принялись перепинываться стулом на колесиках, давая пасы друг другу с видимым удовольствием. Творили форменное безобразие, одним словом. Спустя какие-то мгновения обе двери шлюза оказались за моей спиной, и я увидал… Сад камней!
И центральной фигурой этого самого сада являлся уже хорошо знакомый мне Каменный Цветок!
— Вижу каменный цветок, — зачем-то сказал я.
— Прекрасно. Осмотрись, тебе нужны такие круглые штуковины на платформах… На расстоянии метров пятнадцати от артефакта. Видишь?
Ангар был чертовски велик и напоминал огромные тепличные хозяйства, например, в белорусских Ольшанах, где выращивают огурцы в промышленных масштабах. Я обнаружил тут что-то вроде грядок, наполненных мелкой фракцией каких-то минералов, из которых росли… Хм! Кристаллические кактусы — вот как я бы их назвал.
Я видел, что вокруг суетилось множество карликовых элементалей, они бродили туда-сюда, дрались друг с другом, крушили грядки, бросались друг в друга камешками, грызли эти самые «кактусы», ломали какие-то предметы типа мебели, швабр, инструментов и прочего, что смогли найти в офисных и подсобных помещениях, и вообще — вели себя как шкодливые шестиклашки, когда учитель на минуточку вышел из кабинета.
И — да, тут были трупы. Четыре человека в бронескафах — мертвее некуда. Шестиклашки все-таки смертоубийством не занимаются. Как минимум потому, что силенок пробить доспехи у них не хватит…
Липкий и холодный пот потек у меня по спине, глаз задергался, я попытался выровнять дыхание и справиться с паникой. Им ведь плевать на меня, этим коротышкам. Они даже не смотрят в мою сторону! А то, что один из них швыряет мелкие камешки в раскроенный мощным ударом шлем местного специалиста, и там что-то булькает — ну, всякое бывает…
— Фу-у-у… Вижу отражатели. Шесть штук. И какая — то штуковина сверху, над цветком.
Штуковина напоминала люстру Чижевского, но я понятия не имел, был ли тут свой Чижевский. Поэтому конкретизировать не стал.
— Эта штуковина, как ты выразился — распределитель. Отражатели отражают энергию артефакта, перенаправляют ее на распределитель, и она равномерно… Да! Равномерно распределяется по всей оранжерее. А тут — видишь, все отражатели кто-то выставил так, чтобы они фокусировали энергию на глыбу недробленого кварца. Вот! Оттуда и элементали повылазили… Сейчас-то уже не работает ничего, питание мы отключили. Давай, подходи к первому аппарату, осторожно, за ним мелкий засранец скрывается! — командовал Сатыров. — Вот так. Теперь крути — сто сорок семь по горизотали, шестьдесят — по вертикали…
Элементали суетлись вокруг, даже подныривали у меня между ног, но — не трогали, даже не касались моей одежды. Я для них был чем-то вроде подвижного предмета интерьера, но при этом — предмета запретного. Другие-то штуки они не щадили, разносили все вокруг весьма основательно и вдумчиво… Абстрагироваться от громких ударов их маленьких, но тяжеленьких кулаков по всему подряд было довольно сложно, но я старался. За сорок минут я справился — отражатели были выставлены как положено.
— Врубай, Ваня, — послышался в рации голос Сатырова. — Ой, то есть не врубай! А, врубил уже? Ох, ять! Пепеляев! Валите оттуда! Первый импульс будет чертовски мощным!
Вот гад! Я наддал галопом по оранжерее в сторону диспетчерской, перепрыгивая через грядки и элементалей, чувствуя, как жжет в груди и намагничиваются и встают дыбом волосы и борода. Тут работала чистая техника, никакой магии и в помине не было! Мощнейший электромагнитный импульс — вот что я ощутил на себе, и приятного было мало, это точно.
У меня даже все тело зачесалось, и морда, ровно так же, как руки перед дракой! На бегу я хватанул себя за нос — как есть, чешуя! Ну, дракон, ну, сукин сын!
— СДОХНУТЬ ИЗ-ЗА ПРИНТЕРА — ЛУЧШЕ? ИДИОТ, КАКОЙ ЖЕ ТЫ ИДИОТ!
Комментировать такое заявление я не стал, а просто выбежал в диспетчерскую и, повинуясь секундному порыву, принялся выпихивать элементалей наружу. Они были тяжеленькие — примерно как мешок картошки весом, так что повозиться пришлось. Все получилось только потому, что кварцевые карлики как-то разом стали очень вялые, апатичные… Кого-то я тупо ухватил подмышки и выставил за дверь, другого — выпнул хорошим пинком под зад, третьего — вытащил за ногу… В общем — за минуты три диспетчерская была очищена, и я нажал кнопку закрытия дверей. Сработало!
И ровно в эту секунду что-то громко загудело и внутри оранжереи ярко вспыхнул свет — на какое-то мгновение, не больше.
— Давай, дракон, убирай чешую, — сказал я, проморгавшись.
— САМ УБИРАЙ!
— В смысле?
— В ГОВНИСЛЕ. КАК ТЫ ПАЛЬЦЫ НА НОГАХ ПОДЖИМАЕШЬ ИЛИ НОСОМ ШМЫГАЕШЬ? ТАК И УБИРАЙ!
— А… Однако! — вот тут я знатно обалдел, глядя на свои руки.
Чешуя… Она всосалась. Ну — впиталась в эпидермис прямо на глазах! То есть не типа — в веки, а — натуральным образом, как будто и не было ее! Нормальные руки, с привычным мне рисунком вен, жгутами мышц и сухожилий… Кожа — загорелая. С этим мне, кстати, повезло, загар на меня ложился нормально, а не как у других рыжих — в стиле вареного рака.
— Первая группа — заходим, пакуем элементалей! — раздался голос того самого бронированного Вани. — Вторая группа — на вас тела наших. Все забрать! Прикрываем друг друга, работаем аккуратно, но быстро…
А дальше все завертелось так, как в американских фильмах: бронированный спецназ короткими перебежками суетился по ангару, тыкал стволами в разные стороны, лихо и мужественно выкрикивал какие-то команды… Все выглядело очень тактически и угрожающе. Когда суета закончилась, довольный, светящийся, как пятак, Сатыров вошел в диспетчерскую.
— О-о-о-о, вы живы? Ничего себе! — фальшиво улыбнулся он.
Нет, я, конечно, интеллигент… Но на данный момент в моей голове рокотали барабаны каппелевцев из фильма «Чапаев». Они тоже были интеллигентами. И я на прямых, как палки, ногах подошел к доктору наук, размахнулся — и влепил ему пощечину. ДАЦ!
Ей-Богу, он рухнул на пол! И бронированный Ваня, который стоял за его спиной, ничего по этому поводу не предпринял.
— За дело, за дело… — бормотал Николай Палыч, вставая и разминая себе шею, челюсть и ухо. — Без претензий… Я компенсирую! Хотите одного элементаля?
— Я бы убил нахрен, — прогудел Ваня одобрительно. — Ты знатный дуролом, хоть и доктор наук, Палыч. Парень-то нулевка, но как это от ЭМИ его спасет? Чудом выжил… Успел, получается, за дверями спрятаться.
— Или не успел? — как-то подозрительно глянул на меня Сатыров, с этими самыми нездоровыми огонечками в глазах…
А я глянул в ответ. И был уверен — сейчас мой взгляд полыхал яростной нечеловеческой желтизной. Доктор наук как-то мигом скукожился и начал смотреть почти умоляюще.
— Однако, с учетом всех вводных, мне теперь нужен еще и мультимедийный проектор, Николай Палыч, — заявил я. — Это не считая премии, как договаривались. Пятьсот — сейчас и пятьсот на карту. И оформите все это как полагается, договором подряда. Тогда мы с вами будем уверены, что ВСЕ, что тут произошло, останется между нами. И Риковичу я звонить не буду. Думаю, вы в накладе не останетесь, верно? Элементали ведь не три копейки стоят, а?