На семи ветрах (СИ)

  
Глава 6
 
Нежное воркование доносилось из детской. Такое ласковое и тёплое, что Эльдар никак не мог поверить, что слышит Анастас Гарнарскую. Голос был несомненно её. Но разве может Северная Колючка звучать так: как нежнейший шёлк, как сама мечта?
— Каким познавательным оказался, однако, этот день! — подумал король, замирая у дверей детской и чутко прислушиваясь.
За прошедшие три месяца его жизнь, можно считать, вошла в прежнюю колею. Он работал, как вол, и пока справлялся. Алат оказался истинным сокровищем. Он и вся команда, что он собрал вокруг себя в Тайной Канцелярии.
Эльдар был так впечатлён качеством и скоростью их работы, несмотря на все препятствия, что чинили сторонники прежнего главы, что дал Алату, наконец, полный карт-бланш. Пусть меняет кадровый состав и структуру Канцелярии по своему разумению. Хуже точно не будет! Только лучше и эффективнее. Алат был счастлив. Больше, чем если бы он осыпал его какими-нибудь милостями. Это только укрепило короля в мысли, что он не ошибся в нём.
Всё было для монарха как прежде: светские мероприятия, работа по ночам и тренировки рано утром, пока придворные отсыпаются. Какое счастье, что ему не нужен длительный сон! Изменились только две вещи. Первая состояла в том, что он не заводил любовниц. Вот уже три месяца. И отговорка была железная: траур, хоть его никто и никогда не соблюдал в их обществе.
Его реально не тянуло к женщинам. Словно что-то сломалось в нём. Может быть, дело в Эуфимии и её проклятиях? А, может быть, в том, что он получил-таки себе наследника и гонку можно прекратить, наконец? Кто знает? Если честно, его более чем устраивало, что организм взял отпуск и не нуждался в женском внимании. Это снимало массу проблем и освобождало кучу времени по ночам.
Кому-то его рассуждения показались бы дикими. Плевал он на это! Он заслужил спокойствие, наконец. Можно сказать, выстрадал. Конечно, вечно это не продлится, но пусть бы подольше! И он берёгся, если можно так сказать. Старался не сближаться с женщинами хоть сколько-нибудь близко. Если и вынужден был танцевать с кем-то, то закончив танец быстро провожал даму и убирался прочь.
Его поведение вызывало недоумение и вопросы у придворных. Ему и это было безразлично. До тех самых пор, пока не влияло на дела государства. Предложения о браке, что посыпались на него от соседей, он отверг крайне однозначно, хотя и можно было бы поиграть на том, что он снова оказался женихом. Выиграть время для стабилизации обстановки вокруг Дормера, приобрести новых союзников, или по-новому заинтересовать старых. Но он просто не мог играть в "эти" игры. Может быть, когда-нибудь снова сможет, но не сейчас.
Это тоже вызывало недоумение и вопросы. Теперь у представителей разведок и шпионов. Король Дормера славился своей хваткой. Что могло так изменить его? Или кто-то заинтересовал его настолько, что он выключился из романтических связей и, более того, брачных игр на сцене большой политики?
Саму идею о том, что он может жить монахом, все отвергали как несостоятельную, дикую. Только не король Дормера! Алат советовал ему завести фаворитку, хотя бы для отвода глаз. Для спокойствия придворных и шпионов. И для того, чтобы не испортить репутацию Эни Гарнарской, которая так и жила во дворце.
Поначалу, Эльдар так уставал, а Мар с женой и сёстрами так часто гостили у него в разном составе, что только к концу первого месяца жизни сына он сообразил, что кто бы ни помогал ему с малышом, неизменной остаётся средняя из сестёр. И едва было не спросил её об этом. Вовремя заткнулся, слава богам! Она бы фыркнула и убралась к себе, а он остался бы с ребёнком на руках и кучей проблем, связанных с этим. Лучше молчать, зная бешеный нрав эльфийки!
Алату он тогда, помнится, ответил, что никто и понятия не имеет о том, что девушка во дворце. Она так и жила с малышом в крыле Мара. Гуляли они там же, в примыкающей к крылу и защищённой от посторонних части парка. Слуги под клятвой. Сама она при дворе не появлялась.
 
Виделись они только раз в сутки, да и то, в присутствии посторонних. Это было то самое, второе, изменение в его жизни. Каждый вечер король, в определённое время, навещал сына. Положенные пять минут проходили, на самом деле, для обоих быстро и безболезненно.
Ребёнок был ухожен, спокоен и доволен жизнью. Король задавал вопросы, касаемо распорядка дня сына, его здоровья. Эни чинно отвечала. Две няни и пара кормилиц согласно кивали чепцами. Эльдар облегчённо выдыхал и отправлялся на очередной бал или представление, а после работать.
За прошедшие три месяца он только несколько раз держал Арвиса на руках. Когда в гостях бывали Альтея с Маром, кто-то из них обязательно впихивал ему в руки сына. Эльдар послушно брал ребёнка, держал, недолго, правда, и отдавал кому-нибудь при первой же возможности. Его такое положение вещей устраивало. Более чем!
***
А сейчас он стоял у закрытых дверей детской и напряжённо вслушивался в голоса за ней. Выдалась свободная минута и он с какого-то перепугу отправился навестить сына во внеурочное время. Как дёрнул кто-то. И хорошо!
Почему? Да потому, что благодаря этому он впервые услышал как смеётся его ребёнок. Голос эльфийки: ласковый и шутливый лился как горный ручей, постоянно меняя темп и тональность. И вторил ему чистый детский смех: то заливистый, то переходящий в нежное воркование, так похожее, на тон девушки.
Сын копирует её, неосознанно, конечно! Это значит только одно: они проводят вместе много, слишком много времени! Зачем ей это, и к чему приведёт? Король хорошо помнил, как ненавидит его Анастас Гарнарская. Как она может воспользоваться ребёнком и его привязанностью в дальнейшем? Как обернёт против него?
Не давая себе времени передумать, он повернул ручку и легко толкнул дверь. Она не услышала пока. Слишком громко расхохотался малыш, пуская пузыри, в тот момент, чтобы она услышала лёгкий щелчок. А щитами король укрыл себя от и до. Замер на пороге и слушал.
Эни Гарнарская шутливо вычитывала его сына:
— Ну, и кто у нас вонючка? Ай-яй-яй! Арви, как ты мог?.. А с другой стороны, отлично. Приберём здесь и отправимся гулять чистыми и довольными. Да?
Ребёнок согласно хохотал. И на "вонючку", и на "как мог". Но наибольший восторг у него вызвало "гулять". Он прямо-таки запищал от счастья. А пока он восторгался, княжна Гарнарская… Меняла ему грязные штаны. Ловко, со знанием дела. И заговорила опять. Только тон изменился. "Заморозился", можно сказать:
— Гулять мы пойдём, милый, как только разберёмся, чего это твоего папашу принесло в неположенное время… Ну? Покажись нам, великий король Дормера! Чего прячешься?
Эльдар досадливо поморщился: и как почуяла? Выступил вперёд, будто не подслушивал под дверью. Подошёл к столу, на котором лежал уже переодетый ребёнок. Старательно старался не смотреть на те самые грязные штаны.
Он собирался задать вопросы. Но леди Гарнар увидела его уклончивый взгляд и спросила первая. Невыносимо язвительно и колко. Предельно вежливо:
— Вам неприятно или удивительно видеть всё это, Ваше Величество? Вам странно, что дети не только кушают, но и отдают это назад?.. Значит, этот день не прошёл для вас даром. Не так ли?
Она ждала его ответа вежливо и высокомерно вздёрнув брови, а маленький Арвис что-то пищал, согласное с ней. Эльдар замешкался, придумывая в достаточной степени колкий ответ на её тираду. И упустил время.
Леди ухватилась рукой за эти самые детские штанишки. Хорошо так ухватилась. Подняла испачканную руку повыше, будто бы с удивлением её рассматривая… И вытерла её о собственное платье. Снова подняла ладонь повыше, пошевелила пальцами, рассматривая теперь его лицо с пристальным вниманием.
Его, помимо воли, продрала судорога отвращения. И на лице отразилась, конечно. Мерзавка, удовлетворённо ухмыльнулась:
— Как вам, должно быть, страшно испачкаться! Во что бы то ни было. Вы ведь у нас известный чистюля! Не так ли, Ваше Величество?