На семи ветрах (СИ)

— Прости, Эни. Но раз ты сама заговорила на такую пикантную тему, хочу предупредить: не выбирай для своих экспериментов кого-то, кто тебе симпатичен.
— С чего бы это?
Алат смотрел на неё как на дурочку. Молчал. Потом ответил так, словно шёл по шаткому мосту через пропасть. Неверный шаг — и для тебя всё кончено.
— Только выслушай спокойно. Без этого всего, женского… Ты чувствуешь себя свободной. Это хорошо. Помни только, что иллюзия свободы — не есть свобода.
— О чём ты?
Снова этот взгляд. Как на идиотку:
— Ты сделала аналитику, что я заказывал?
— Почти.
Вздёрнул брови:
— Я же говорю, что поглупела…
Эни стала закипать. Там сестра ждёт. И разговор такой… Важный. Не прервёшь и не отложишь. Особенно, если Алат разоткровенничался. Зайдём с другой стороны:
— Ладно, я дура. Уяснили. Пойдём дальше. Иллюзия свободы. Контроль. Кто может меня контролировать и зачем? Ответим на первый вопрос. Сестра меня не контролирует и никогда не будет…
Опять этот взгляд. Она вспылила:
— Да ну, бред! С чего бы королю контролировать лично меня?
Алат молчит и только смотрит. Она, за эти годы, хорошо научилась читать его взгляды. Побледнела:
— Бред! С чего бы?.. Четыре года прошло, и всё спокойно было. А, главное, зачем?
Алат рассмеялся несколько оскорбительно:
— Вот потому-то, моя бесценная Эни, ты и сидишь в запасных. Несмотря на все твои, без преувеличения, блестящие данные. Из-за страхов, часть тебя застряла в таком замшелом, дремучем детстве, что иногда диву даёшься. И получается: умнейшая, образованнейшая женщина с изворотливым и изощрённым умом. И при этом пропасть посередине. Ты не понимаешь базовые инстинкты и потребности разумных, раз не принимаешь их в себе. Какая, в таком случае, может быть оперативная логика?.. Ты завалишь любую операцию!
Честно. Откровенно. Правдиво.
Эни с силой потёрла лицо:
— Согласна. Хочу ещё больше откровенности.
— Э, нет, милая! Мне вовсе не улыбается оказаться где-нибудь у нас в камере. В качестве гостя!
— Алат!
— Уже довольно давно, дорогая!.. Ты торопилась, помнится?
Она бросила игры. Наклонилась другу ниже:
— Тай беременна. Мар в ужасе. Мне сейчас к королю предупредить, а я боюсь. Объясни, что можешь. Ты же знаешь, я не выдам!
Алат покачал головой:
— Бедный Мар… Знаю, дорогая, что не обманешь. Мне странно даже, что остальные не видят, насколько вы, ши, если копнуть глубже, прямые и честные. Предельно. До идиотизма. Большинство воспринимает увёртки, как вашу суть. А истинные проявления этой самой сути считают некой изощрённой хитростью.
Усмехнулся грустно и нежно, взял руку девушки:
— Лети к сестре, бабочка. Эту проблему быстро не обсудить и, тем более, не решить. Скажу только, что я отчитываюсь на твой счёт каждый день. Вот уже пять лет. Наследник, потом ты, а после остальное. В таком вот порядке.
Эни нерешительно улыбнулась:
— Это нормально. Нянька же.
Он фыркнул:
— Нянька! А ты попробуй заведи кого-нибудь и узнаешь. Не этих вот, подставных, а по-настоящему. Парня придётся собирать потом, как мозаику. В лучшем случае. Вероятнее, он просто пропадёт, будто и не было.
Хлопнул в ладоши. Вскочил с кресла:
— Всё, беги. Вот, послание для Лариди возьми. И сразу в пространственный карман его. Чтобы Величество не нашёл, если вздумает обыскать!
Алат заржал, как лошадь, обнял её и вытурил из кабинета. Эни спрятала письмо и поволоклась к королю. Всё равно не избежать!..
***
Медленно шла. Очень медленно. Думала. Дошла до приёмной короля. Записалась у секретаря. Как неудачно попасть на приёмные часы! Но и сообщать такую новость магвестником не хотелось. Посидит, подумает.
Уклонилась от внимания знакомых. Забилась к окну, в кресло, частично прикрытое кадкой с пышной мимозой. Более или менее уединённо. Секретари найдут, когда понадобится. Глаз у них намётанный.
Подошли к ней, как и ожидалось, достаточно быстро. Проводили до двери. Эни глубоко вздохнула и приказала себе "забыть" то, что наговорил ей Алат. Потом подумает. А пока пусть будет естественность.
 
Вошла…
И всё стало как прежде. Да, она видела его только вчера! Та же скучающая высокомерная мина, то же прекрасное лицо, та же аура власти и равнодушия.
Села в кресло и спокойно подождала, пока он закончит писать. Величество взглянул на неё несколько раздражённо:
— Магвестником нельзя было предупредить, чтобы не позориться и не сидеть там?
Ах да! Ведь по времени, проведённому в очереди, придворные высчитывают коэффициент милости короля. Усмехнулась, немного грустно. Он сразу насторожился:
— Что-то с Арвисом?
— Всё хорошо. Он на занятиях… А мне нужно уйти в Гарнар.
Чуть приподнятые брови:
— На какое время и зачем?
Эни чуть было не ответила на вопрос: чётко, привычно, как отвечала ему всегда на привычные вопросы. И тут вспомнила Алата с его "иллюзия свободы — не свобода". Король молчал. Ждал ответа. Она ответила не то, о чём он спрашивал:
— Тай беременна. Я знаю уже две недели. Сегодня узнал Мар. Ей плохо стало на каком-то мероприятии в Лиметте.
Никакой реакции. Маска хороша. Но Эни чувствовала, что он не равнодушен и думает. Что-то там сложилось у него в голове и он ответил сразу на все вопросы:
— Иди. Когда ей станет лучшее, приходи и забери Арви. Или напиши мне, и я приведу его сам. Погостите у них.
Шестерёнки в голове короля провернулись ещё раз, окончательно встали на место. И он постановил:
— Нет. Лучше так: я навещу их сегодня вечером и приведу Арви с собой.
Всё это спокойно и безэмоционально. Ни слова о страхах и чувствах. Как неживой. Эни, однако, тепло улыбнулась королю. Какой неживой? Пусть примороженный, но Арви его любит и не боится.
И король делает всё, чтобы у сына было счастливое детство. Терпит её, Иду, Дика, Гарнар, — всех, кто дорог сыну. Не исключено, что и Лариди терпеть будет, когда узнает, как тот дружен с мальчиком.
  
Глава 29
 
Вечером в покоях княгини Гарнара и Лорда протектора Ламеталя творилось форменное столпотворение. И никого не выгонишь. Все свои. Имевшие маленьких детей, уже ушли. Стало спокойнее.
Чтобы дать супругам побыть наедине Эни и Эль организовали чаепитие для Малого Совета, явившегося в полном составе, чтобы почтить княгиню и наследницу. Старики сидели уже довольно долго и уходить не собирались. Значит, что оставалось? Только отвлечь. Вот девочки и старались.
Мар никого не пустил бы сюда, будь его воля. Незабываемой нужен покой. Полный покой. Он так достал её этим "полным покоем", что Тай не выдержала. Рыкнула, что полный покой у неё будет только в родовой усыпальнице. Муж чуть не упал в обморок от ужаса, и она смягчилась. Пришли они, в итоге, к компромиссу: она лежит, он не мешает ей принимать гостей.
Тай мучилась. И "предвкушала", что так и будет ближайших почти что девять месяцев. Старики её чинно пили чай и насмешливо блестели глазами. Смеялись над обоими супругами и их страданиями. Ну, и радовались наследнице, конечно.
Мар, уже в который раз сегодня, схватился за руку жены, как за соломинку, и почти что простонал:
— Это моя вина!
Тай едва глаза не закатила. Не успела заткнуться и брякнула:
— Не твоя, а наследницы!
Мар моргнул. Жена сбила привычные мысли. Самобичевание шло по кругу. Где кругом был виноват только он один. Мысли, что в его страхах может быть виноват ребёнок, не приходили ещё ему в голову. Тай ухмыльнулась:
— Ну же, очнись! Это работа. Организм исполнит своё. Будет нелегко, согласна. Но от работы не умирают. И от тренировки тоже.
Мар нахмурился:
— Иногда, да.
Тай погладила его руку:
— Давай я отберу у тебя меч, а то вдруг тебя поранят! И Ламеталь, а то вдруг заговорщики снова вздумают прикончить тебя!
Мар снова моргнул:
— Не смеши!