На семи ветрах (СИ)

Мерзавец хитёр. Но позволяли ему ходить на свободе не потому, что не хватало доказательств. Надеялись потянуть когда-нибудь за эту ниточку. Заглянуть в самое сердце планов неприятеля дорогого стоит.
Алат пояснил зачем-то:
— Мердок озверел вчера. Леди Гарнар завернула его у самой двери. Проводил, спасибо! А он-то рассчитывал на продолжение!
Эльдар досадливо поморщился. Зачем ему такие частности! Вместо ответа попросил:
— Вызови мне Лавиля. Срочно.
Алат кивнул, но не уходил. Стоял и пялился. Что он хотел увидеть? Эльдар поднял глаза на друга. Чего скрывать, если он в курсе всей истории? Короля охраняли постоянно, а потому и охрана, и Алат в курсе того, как он вчера сначала бегал за леди Гарнар, а после развлекался с леди Ромс.
Алат словил его взгляд:
— Мне жаль.
И вышел за дверь. Эльдар почти улёгся в кресло, уставился в окно. Жаль, не жаль, а надо жить…
***
— Я хочу, чтобы ты проверил состояние леди Гарнар. Не привлекая внимания. Тогда, когда будешь осматривать Арви.
— В смысле?
Лавиль недоуменно уставился на друга. Тот язвительно улыбнулся:
— В прямом. Мне нужно знать, не нанесён ли её здоровью ущерб.
— С чего бы?
Эльдар вскипел:
— Дамиан, не тупи!
Лекарь потрясённо уставился на него. Наверное, даже если бы у него сейчас эльфийские крылышки проклюнулись, не удивился бы сильнее. Ахнул потрясённо:
— Ты с ней спал!
То-ли вопрос, то-ли нет. Он не ответил. Лавиль не отставал:
— Мне нужно знать. Ты же понимаешь!
Эльдар хмуро свёл брови:
— Не дошло. Но я не особо сдерживался.
Ясно. Менталист в раздрае. Тут не обязателен сам контакт. Может хватить и так. Дамиан выдавил из себя осторожное:
— Так вы что, теперь вместе?
— Нет!
Ещё осторожнее:
— Дар, ты же понимаешь, что брат твой будет расстроен, если ты обидишь девочку? А с ним и весь Гарнар и Ламеталь расстроятся и устроят нам весёлую жизнь!
Эльдар ответил резко:
— Держи язык за зубами и никто не узнает! Это была ошибка, которая не повторится.
Лавиль коротко кивнул и заткнулся. Что он там думал на его счёт непонятно. Но выглядел и вёл себя на диво естественно. Простодушный Лавиль, оказывается, способен просто гениально притворяться! С другой стороны, как иначе с пациентами и их родственниками? Иногда не знать о том, как всё плохо, только благо.
Арвис был весел и доволен. Друг его тоже. Кормилица привычно замерла, как только мужчины вошли в покои. Нервная система у девочки совсем расшатана. Что и не удивительно при той жизни, что была у неё.
Анастас выглядела откровенно растерянной и пришибленной.
— Как птенец, что выпал из гнезда и увидел огромный, страшный мир. И ничего знакомого, и привычного вокруг, — подумал он.
Она не играла. Была так поглощена тем, чтобы держать себя в руках, что и не заметила манипуляций Лавиля на свой счёт. Эльдар, собственно, пришёл для того, чтобы отвлечь её. И своими глазами убедиться, что всё с ней неплохо.
Чего он не хотел, так этого!.. Когда они уходили, и Лавиль был уже за дверью, она схватила его за руку. Остановила.
— Прости меня!
Звучало искренне. Как говорят, из глубины души. И глаза не лгут. Переживает. Только поздно. Хорошо, что случилось именно так. Ни к чему все эти надежды. Не для него.
Он аккуратно освободил свою руку. Улыбнулся скупо и скованно. Не коснулась глаз та улыбка:
— Не нужны сожаления ни тебе, ни мне. Позаботься об Арви, если хочешь услужить.
Он ушёл, а Эни так и стояла, пристыженно опустив голову. Не простил. И не простит, наверное. И будет прав. Она вела себя по-настоящему мерзко и заслужила. Заигралась. Одно дело, отказать. Но издеваться над тем, кто искренне потянулся к тебе! Это отвратительно. Даже, если тот, кто тянется — король Дормера, и ты ничего кроме ненависти к нему не испытываешь.
Что она чувствует к нему? Только ли ненависть?.. На эти вопросы Эни так и не ответила себе. Тем более, что король Дормера пожелал, судя по всему, забыть то, что случилось между ними. И хорошо. Правильно…
Теперь всё было правильно… Они, наконец, стали вести себя друг с другом, как взрослые, разумные люди. Без истерик, странных поступков и взаимных обид.
 
С ранней весны и до середины осени Анастас жила с Арвисом в Гарнаре. Король был не против. Часто навещал сына. И радовался тому, что мальчик растёт не по дням, а по часам. Становится крепышом. Развивается прекрасно. Клятва молчала, а значит, с ребёнком всё в порядке. У него есть время, чтобы решить задачу…
Гарда вышла замуж. Она как-то очень быстро сумела простить Квадра. А с другой стороны, зачем терять драгоценное время?.. Когда земля покрылась ковром из цветов, она просто позвала возлюбленного на прогулку. Долгую прогулку вместе.
Как оказалось, звала она его на прогулку длиною в жизнь…
Привела гвардейца в храм Моры, где их уже ждало большинство обитателей гарнарского замка. Они пришли порталом и успели украсить древнее святилище нарциссами, анемонами, тюльпанами. Охапки цветов преобразили аскетичный интерьер храма. И пёстрая, шумная толпа весёлых эльфов выглядела уже не так странно в той суровой обстановке…
Квард поражённо воззрился на возлюбленную. А она хмыкнула:
— Почему бы и нет?.. Где ещё некроманту произносить свои клятвы? Да и ко мне богиня была милостива столько раз. Оставила в живых и позволила дождаться свою пару… Дормерца! Странная наша история, любимый. А потому, пусть будет так.
Пусть! Ему всё равно где и как свяжет их судьба. И зазвучали в храме слова, которые, быть может, и не звучали тут никогда:
— Я, Гарда, признаюсь перед богами и людьми…
— Я, Квадр, признаюсь перед богами и людьми…
Магия их соединилась, явила всем присутствующим узоры, похожие на изморозь. Их поздравляли, а супруги слышал то, чего не слышали другие:
— Благословляю! Благословляю! Порадовали и удивили! Вот уж не думала, что кто-то сможет перешагнуть такую пропасть. Жертва и палач! Что может быть более странным? Вы смогли через пелену ненависти увидеть главное. Будете счастливы! Долго!.. И заберу потом в один день, чтобы не тосковали. Правда не скоро, — хихикнула богиня. — Живите! Жизнь ещё удивит вас!
Жизнь, и правда, удивила молодожёнов. Ровно через девять месяцев. Двойным подарком.
Сол, когда узнал, что мачеха беременна, ликовал. Квадр почти упал в обморок. Что? В их возрасте?! Ланель тогда, чтобы не расстраивать Гарду потрясённым лицом супруга, ухватил его своей изящной рукой, как клещ, и с неожиданной силой потащил к себе в гости.
Там мужчины и привели будущего папашу в чувство. Добрым вином и рассказами о том, как они сами переживали рождение детей. А Хельм хлопнул его по плечу и высказался:
— Чего вы с Гардой, собственно, хотели, когда к Море за благословением пошли? Она известная шутница!..
Гвардеец не отходил от супруги всю беременность. Не ушёл и во время родов… Пока не упал-таки в обморок от сознания того, что это он виноват в её страданиях. Да ещё и ничем не может помочь. Или Лейн усыпил страдальца? Кто знает?.. Тем более, что того огненно рыжего озорника невозможно заставить хоть в чём-то признаться!
По просьбе Гарды, Квадра привели в чувство только тогда, когда близнецы родились. Поглупевшему от счастья папаше вложили в руки два свёртка сразу. Он сидел и смотрел на всех в умилении. Не только на жену и детей, а вообще на всех, кто приходил поздравить их. Кто помог им обрести дом и счастье.
  
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Глава 28
 
Прошло около четырёх лет…
Эни быстро шла по широким коридорам дворца. Три места нужно ей посетить, прежде чем уйти. Время не ждёт. Потому она и торопится. Почти бежит. Стремительно, как не принято при дормерском дворе.
Ей простительно. За прошедшие годы положение её неслыханно упрочилось. Воспитательница и опекун наследника престола. Шутка ли! Король сделал её опекуном Арви год назад. Как раз на его пятый день рождения. Её и Адельмара. Альтея опекуном быть не могла: сама правитель и не кровный родственник. Кого бы это волновало!