Мой (не)любимый генерал

Ну не могу же я мысли зверюги слышать? Нет, бред. Показалось!
– Не бойся, Тея, это мой леттер, он не тронет тебя. Малыш, смирно! Иди на место!
Чудовище отбегает, недовольно виляя хвостом.
Не знаю, кто такой леттер, но зверь похож просто на демоническое чудовище и называть его “Малышом” просто кощунство!
Больше странного голоса не слышу. Может, после удара головой у меня глюки?
  
Генерал садится со мной в экипаж, запряжённый четвёркой совершенно чёрных лошадей. Карета тоже чёрная и внутри всё из чёрной кожи. Прям лорд тьмы какой-то. Наверное, и дворец у него чёрный, с чёрными стенами и потолком!
В карете уже сидит мэтр Барток, он вежливо кивает мне, и мы переглядываемся так, как будто скрываем какую-то тайну. Надеюсь, даже если он что-то понял, он меня не выдаст. За молчание наверняка что-то потребует, нужно быть внимательнее – мужчинам я больше никогда не смогу доверять.
Мэтр отворачивается к окну, места в карете довольно много, как в лимузине.
Огромный, как слон, Малыш, к моему ужасу, тоже забирается в экипаж, ложится на пол к ногам хозяина, выставляя вперёд свои огромные когтистые лапищи и почему-то пространства в карете совсем не остаётся.
“Спа-а-ать”, – снова раздаётся голос в голове, и я гляжу на леттера, укладывающего мохнатую голову на лапы.
Это ведь он сказал! А что, никто больше этого не слышал? Совсем с ума схожу.
– Правь домой! К малому дворцу! – приказывает генерал возничему.
Рессоры скрипят, мы трогаемся.
– Ваша светлость, – обращаюсь я генералу, – вы не хотите ссадить меня с рук на сиденье?
 
16
 
– Сиденье холодное, вдруг простудишься. Нет, Тея, сиди так, – отвечает генерал и туже заворачивает меня в свой дорогой плащ, даже стопы закутывает.
Меня покачивает от движения, и я касаюсь щекой мужественного подбородка дракона. Он глядит на меня полностью тёмными глазами и не отводит взора, как голодный зомби. Меня бросает одновременно и в жар, и в холод. Наверное, стоит попросить какой-нибудь успокаивающий амулет, скорее всего, такие тут имеются, с такими-то зомби-драконами!
– Долго нам ещё ехать? – нетерпеливо говорю я.
– Мы ещё даже от крыльца не отъехали. Потерпи, Тея, – отвечает генерал.
Мне терпения не занимать – я очень терпеливый человек, но в руках дракона время тянется страшно медленно. У меня начинается тахикардия, и мурашки толпой проносятся по телу. У меня озноб, точно говорю, озноб!
– Когда устрою тебя во дворце, сразу же примусь лечить твою память, Тея, – говорит генерал, продолжая пристально глядеть на меня.
Он вообще глаз с меня не сводит, словно тот варан, который укусил жертву и ждёт, когда она откинется.
Ох, что за игру затеял генерал? А главное, ему, похоже, она нравится.
– Буду очень признательна, если поможете мне всё вспомнить, – киваю я.
Лучшее средство успокоить бдительность хищника – прикинуться мёртвой. Буду во всём соглашаться с генералом. Надеюсь, Роксана скоро вытащит меня отсюда!
Нет, это просто невозможно – я жарюсь, как уж на сковородке, от его взгляда!
– Какие существуют средства для возвращения памяти, подскажите мэтр Йен? – обращается генерал к Бартоку.
Ох, хоть на мгновение страшные свои глаза отвёл, фух.
– Кхм… – Мэтр долго думает и цедит научным тоном: – Несомненно леди нужно дать положительные эмоции, чтобы она расслабилась. А вот отсутствие чувства безопасности и страх могут усугубить ситуацию. Ей нужно ощущать больше удовольствия.
Барток скользит по мне сопереживающим взглядом и нервно поджимает губы.
– Хм, значит, Тея, для начала я должен сделать так, чтобы ты перестала меня бояться, а потом причинить удовольствие. Хорошо. – Генерал улыбается, и мне от его улыбки становится ещё жарче, и сердце бьётся быстрее. – Чем ближе мы будем, тем меньше ты будешь бояться меня.
Каан сжимает меня в объятиях. Мои глаза ширятся, как у совы, когда я пытаюсь вообразить себе близость, о которой он говорит.
Вскоре мы прибываем на место. Генерал выходит из экипажа со мной на руках. Перед нами открывается совершенно шикарный белый мраморный дворец и большая площадь, выложенная плитками, а ещё озеро, вокруг которого растут фигурно подстриженные деревья.
На улице стало теплее, но всё ещё прохладно. В экипаже на руках генерала мне было очень жарко, и поэтому резко ощущаю контраст температуры. Но меня быстро вносят во дворец. Навстречу выходят слуги, все кланяются и приветствуют генерала.
– Это моя невеста, прошу любить и жаловать! – объявляет его светлость. – Леди Лермонт.
Не останавливаясь, он несёт меня дальше. Малыш следует за генералом с высоко поднятым хвостом и высунутым языком, с которого капает слюна. Мне кажется, если генерал меня оставит со своим чудовищем один на один, тот меня съест. Я в общем-то люблю собачек, но такие большие зубастые собачки явно несколько иначе любят таких вкусных девочек, как я.
“Аппетитная, вкусная самочка. Хозяин давно хотел самочку! Надеюсь, он потом её убьёт, и она не тронет мой хвост!” – Я снова слышу голос в голове.
“Но сперва будет очень счастлив да-да-да, а значит побалует меня косточкой, ар-ням-ням!”
Смотрю на Малыша. Малыш подмигивает мне чёрными блестящими глазами. И я осознаю теперь без сомнения, что читаю его мысли. Вот только этого мне не хватало!
“Чего она на меня так глядит? Неужели тоже на мой хвост покушается? Дальше не пойду, хватит с меня вредных самочек хозяина. Там спальня тем более, всё равно он меня выгонит…”
Леттер и впрямь останавливается и садится на мохнатую попу, провожая нас взглядом.
Руки генерала сжимают крепче, по телу прокатывается дрожь. Вообще почему он до сих пор меня несёт? Разве для этого я ноги свои обратно получала?
– Я могу идти сама, мне уже неловко! – шиплю я, но меня совершенно не слушают.
– Перестань вертеться, Тея. Ты же босая, как я тебя отпущу? – строго говорит генерал и снова обводит тёмным-претёмным взглядом так, что желание спорить пропадает напрочь.
Меня легко несут по коридору мимо расписанных узорами стен, и, наконец, вносят в совершенно шикарную спальню. Всё сияет золотом и белизной, хочу осмотреться, но моё внимание привлекает огромная кровать с балдахином. Очень большая. Мамочки…
– Добрый день, Рихард, – ласково говорит встречающая нас женщина. – А вот и твоя невеста? Пожалуйста, клади девочку на кровать.
Кто это? Служанка? Не похоже.
Женщине лет сорок пять, она в пышном дорогом платье с кучей украшений, весьма богатая леди. Ласково смотрит на генерала, а на меня – с прохладой. Надеюсь, это не его мама?! Свою бывшую свекровь я просто не переваривала!
 
17
 
– Познакомься, Тея, это леди Присцилла, моя тётушка, – говорит генерал.
Тётушка – не мама, это проще. Можно всегда попросить съехать.
– А это леди Теона Лермонт, невеста, я передал ей родовую силу, – представляет нас генерал.
– Здравствуй, милая, – ангельски улыбается женщина.
– Доброе утро, – здороваюсь я с тётушкой.
– Вы быстро прибыли, тётя! Спасибо! – говорит генерал, укладывая меня на кровать, встаёт рядом и руку мою не выпускает.
– Твоим просьбам никогда не могла отказать, дорогой. Из всех племянников ты у меня самый любимый.
– Помоги Тее освоится, хорошо? Да.. А я приду попозже. – Генерал целует мне кончики пальцев. Я хочу вернуть ему его плащ. – Нет, не надо, я потом заберу, – говорит он.
Его светлость поправляет мундир и крутит головой, осматривая комнату. Такой немного рассеянный, даже забавный.
– Если что-то нужно, говорите. Ладно, я пошёл.
  
– Не беспокойся. Я всё сделаю, как ты попросил, дорогой, – кивает леди Присцилла.
– Благодарю вас. – Генерал целует руку тётушке и уходит.
Леди Присцилла поворачивается ко мне с улыбкой:
– Не бойтесь меня. Можно обращаться к вам “леди Теона”?
– Да, конечно. – Я киваю и с подозрением обвожу взглядом женщину. – И о чём таком вас попросил генерал?