Жаркий поцелуй

— Понимаете, Кейхиллы не всегда были такими, как сейчас. Когда-то мы были хорошей семьей. В церковь там ходили и вообще.
Стареющий светловолосый, уже начинающий лысеть мужчина, высокий и крепко сбитый, стоял, напряженно вертя в руках свою бейсболку. Он с большим трудом пытался найти подходящие слова, но унижаться и вилять он не собирался. Человек сильный и гордый, он прямо смотрел на Скотти и Кэла и с усилием продолжал:
— Меня здорово тряхнуло пару дней назад. Я знал, конечно, что мои сорванцы хулиганят, но думал, не так уж они и виноваты, резвятся пацаны, что с них возьмешь. Но когда они угнали джип, чуть его не разбили, да сами чуть не покалечились… Я как очнулся. И сегодня прихожу, смотрю: Джейсон — вот этот самый — заперт в ванной, Коди и Кит, говорит, отняли у него ключ от вашего розария и рванули к вам, чтобы вас, мисс Скотт, посадить в бак. Ну тут меня как по башке стукнуло. Мы с ними серьезно поговорили. Представили себе, куда нас всех может завести такая дорожка. В хорошие места, как известно, такие дорожки не ведут… Мы приехали извиниться и попросить… дать нам возможность вернуться, так сказать, к нормальной жизни.
Кэл только хмыкнул. Кейхилл заговорил снова:
— Джейсон рассказал мне, как вы, мисс Скотт, объясняли ему про то, что надо любить ближних. И я подумал, это… подумал, а ведь «Приют у Мод» всегда был хорошим местом, хотя мы со старушкой Мод друг друга… э-э-э… недолюбливали. Значит, и вы должны быть хорошие ребята, раз уж вы здесь. Я вам вот что предлагаю…
Скотти и Кэл переглянулись. Все-таки в стоящем перед ними человеке было что-то располагающее. Скотти верила. Все будет хорошо.
— Нам, говорю, нужна возможность начать сначала. Но мы хотим честно ее заработать. Так что до конца лета, пока не начнется учебный год, мы будем тут у вас волонтерами. То есть мы — это я, Коди и Кит. Джейсон, он ничего плохого не сделал, так что, какие у вас с ним там есть договоренности, так пусть и остается… Вы уж разрешите ему приходить, как раньше, ему у вас нравится, и собак он знаете, как любит… А мы трое будем приезжать два раза в неделю после обеда и до вечера делать тут все, что вы скажете. И будем вежливо разговаривать, и всякую работу на совесть делать. А как кончится лето, вы уж тогда решайте, как с ними поступить. За то, что они вас в бак посадили, мисс Скотт, и колесо прокололи, и во дворе здесь нахулиганили, и вообще… Я ведь понимаю, нас еще не скоро будут опять принимать как приличных людей. Мне особенно надо помнить о своих обязанностях. В смысле, больше работать, меньше по барам шляться. Мы, понимаете ли, с моей бывшей все никак не угомонимся… Но нельзя же, правда, так вот всю жизнь пускать под откос. Нельзя, чтобы мальчишки росли не только без матери, а вообще без присмотра. Я пришел в себя, я хочу попытаться. А то, что мы делаем, знаете, никуда не годится. Мы даем слово быть другими…
Кэл и Скотти снова переглянулись. Они обсуждали проблему с Кейхиллами столько раз, что теперь понимали друг друга без слов.
Как, однако, мужик держится — было написано на лице Кэла.
Он очень сильный человек, безмолвно ответила Скотти. Сильный человек, который сбился с пути. Но он готов вернуться.
— В чем основная идея «Приюта у Мод»? — тихо сказала она Кэлу. — Мы уже два месяца об этом думаем.
Кэл медленно поднял руку и протянул ее Буту Кейхиллу:
— Я, наверное, могу сказать только одно: сдержите свое слово, мистер Кейхилл.
Кейхилл взял протянутую руку.
— Мы сможем что-либо доказать, только если вы дадите нам возможность. Так что спасибо, мистер Уит. Мисс Скотт. А теперь… идите-ка сюда. — Он отступил на шаг, пропуская своих сыновей, чтобы они тоже могли пожать руку Кэлу и Скотти. — Вот этот — Кит, а тот — Коди. Мы ведь тоже любим собак, как многие люди, а уж Джейсону общение с собаками так на пользу пошло…
Скотти улыбнулась. А Кэл… Кэл пошел на кухню и вернулся оттуда, неся в своих больших ладонях крошечного черно-белого щенка. Уиннер радостно взвизгнул при виде Джейсона, и мальчик тоже наконец улыбнулся.
  
— Если вы не возражаете, мистер Кейхилл, — сказал Кэл, — Скотти обещала этого щенка вашему сыну, и мы бы хотели, чтобы он его забрал.
— Лучшего ответа и придумать нельзя. Спасибо вам, ребята. А теперь, мальчики, давайте извиняйтесь и поедем.
Наконец, когда извинения были благополучно принесены и приняты, Скотти смогла обнять Джейсона. Кэл пожал мальчику руку и торжественно отдал ему Уиннера.
— Нет, ключ ты оставь себе, — добавил Кэл, когда мальчик попытался вернуть ему злополучный ключ. — Ты мне нужен, в розарии. Да и надо наконец закрыть чертов бак крышкой.
Над шуткой, естественно, никто не засмеялся. Еще несколько неловких замечаний и изъявлений доброй воли всех участников, и Кейхиллы, усевшись в свой грузовичок, медленно покатили прочь.
Скотти и Кэл остались одни на круглой площадке, освещенной праздничными гирляндами и все еще зажженными фарами фургона; они молча смотрели вслед удаляющимся задним огням грузовичка, пока шум мотора не затих вдали, предоставив ночным шорохам и звукам вернуться в свои права.
— Ну, я не знаю… — тихо проговорил Кэл.
— Мы и не узнаем, если не попробуем. И может быть, все поймем сердцем, а не разумом.
Кэл повернулся к Скотти; ее вид тут же напомнил ему о том, что произошло.
— А ты сама уверена, что они исправятся?
— Уверена.
Кэл обнял ее и крепко прижал к себе.
— Какая ты у меня храбрая. И какая умница. Как я тебя люблю!
Скотти прижалась к нему:
— Даже если я похожа на мокрую кошку?
— Фу-у, не надо о кошках. Ты знаешь, мы можем многое здесь изменить со временем, но то, что я чувствую к тебе, не изменится никогда.
Скотти лукаво улыбнулась:
— Ловлю на слове.
Главное, она решила верить Кэлу, верить себе. Все будет хорошо.
— Боюсь, мне придется на коленях благодарить Титча за то, что он тебя нашел. А то ведь старик наверняка считает, что спасать тебя не входит в его должностные обязанности. Я еще удивляюсь, как он не ушел со своим Скелетом и не оставил тебя там.
Скотти засмеялась;
— Ты не представляешь, как я была рада его видеть в тот момент. Меня даже умилило, как он сплюнул свою жвачку и назвал меня «девчонка-девчоночка».
Кэл тоже засмеялся, и от его смеха ей вдруг стало теплее.
Они смеялись вдвоем, вместе начиная строить новую жизнь. Они оба вернулись домой. В «Приют у Мод».
А потом невероятные ярко-голубые глаза вдруг снова посерьезнели, глядя ей в лицо.
— Слушай, а что ты такое пыталась мне рассказать? Насчет волшебства, луны и Скелета?
Значит, он все-таки услышал, удовлетворенно подумала Скотти. И все понял как надо. Значит, в какой-то момент они оба начали больше доверять сердцу, чем разуму. Теперь в ней была уверенность, что истинная любовь просто обязана быть вечной. Она знала, она чувствовала всем сердцем, головой, всей кожей и даже кончиками пальцев босых перепачканных ног, что так и будет.
  
Эпилог
 
Так хорошо, наверное, бывает только в раю. Прекрасным июньским утром Скотти с улыбкой наблюдала, как ее малыш, ее очаровательный карапуз, играет в «ку-ку» среди ярких разноцветных клумб в розарии — в личном розарии миссис Калеб Уит, — а Лули и Даффи радостно носятся за ним по пятам.
— Вижу, вижу! — весело крикнула Скотти, когда крепкий малыш, смеясь, выглянул из-за роскошного цветущего розового куста с очень подходящим названием «Мир». — Ку-ку, Скотт Калеб Уит!
— Скотти! — послышался голос Кэла.
Скотти не могла сказать, кто из них быстрее откликнулся на него: она сама, или, может быть, возбужденные беготней собаки, или весело хохочущий малыш?
Ребенок, который, как оказалось, действительно был зачат в один из первых дней их любви, уверенно потопал к отцу; Кэл подхватил сына на руки.
— Ну, что вы тут делаете? — спросил Кэл, разглядывая маленькое славное личико, черты которого напоминали его собственные.