Его любимая Кошка (СИ)

– Мы бы хотели объявить об этом вместе, – чуть понизив голос, шепнула я.
Иллария кивнула и тут же обернулась к группе фрейлин.
– Сплошные загадки! – заявила императрица, – Ты оказалась помолвлена, Фари решила нас спешно покинуть и уехать за женихом.
Я снова бросила взгляд в сторону Фари. Не выглядела она счастливой. Скорее напуганной. Да и о своём намерении уехать мне она не говорила. Последнее время леди Льюис вообще пропадала, или я просто была занята делами и не замечала её присутствия? Фари и на балу ко мне почти не подходила. О её женихе я знала лишь то, что он офицер имперского флота, что их семьи благословили брак. И всё. Даже его карточку она не показывала. Я списала это на суеверия и боязнь девушки спугнуть удачу. Фари была знатной, но не богатой девицей, к этому прибавлялся совершенно «не товарный» возраст. Но такой внезапный отъезд… Похож больше на побег.
Иллария говорила весело, но в её взгляде читалось беспокойство, она то и дело косилась в сторону бледной будто мел Зьонге. Её величество была женщиной умной и довольно прозорливой, её сложно было ввести в заблуждение сказками о слишком тесном корсете или о внезапном отъезде жениха.
– Заходи в обед, – чуть наклонившись ко мне, шепнула Иллария, – выпьем чаю и поговорим.
Да уж, сейчас этикет требовал проведать меня всей «женской половиной», и чтобы не выматывать моё здоровье частыми визитами, наведались сразу все. А поговорить очень хотелось. Но больше меня заботил рассеянный взгляд Фари, и я отвечала её величеству невпопад, и вскоре меня оставили одну отдыхать. Нужно было срочно узнать, что случилось у Фари, и я поспешно бросилась переодеваться из домашнего наряда в простое платье. Проходя мимо столика у окна, я заметила записку, подложенную под дно вазы. Ранее её там не было. Развернув, принялась читать ровные строчки округлых, излишне аккуратных букв:
« Дорогая леди Роннер, я давно хотела поговорить с вами, но так и не нашла сил, чтобы сделать это лично. Да и не знаю, нужно ли вам моё признание. Скорее это нужно мне, так как я вижу в вас человека порядочного и благородного, и подозреваю, что вам вся сложившаяся ситуация доставляет не меньше страданий, чем мне. Я слышала ваш разговор с Инигором.
Я не питала иллюзий, выходя замуж за своего супруга.  Наш брак был оговорен давно и без моего на него согласия. Отец мой давно мечтал породниться с кем-то знатным и именитым, а род Инигора давно уже растерял все свои богатства. Я знала, что у моего супруга был роман на Фаринго, увы, «добрые люди» донесли мне об этом. Но не имени, ни даже описания моей соперницы у меня не было.
Теперь я представляю, через что вам пришлось пройти по вине лорда Канри. Мы с вами обе жертвы. Вы – лжи и предательства мужчины, который оказался вас не достоин. Я… я – жертва деспотичного и заносчивого отца, которому дороже герб и звание, чем счастье родной дочери. Теперь я знаю, на какую жертву вы пошли, не желая ломать чужой брак и приносить горе в чужую семью. И я искренне благодарна вам за это. Не вините себя и не корите, вы ничем не причинили мне боли или обиды. И я не держу на вас зла. Искренне желаю вам счастья. Любви с достойным человеком, семьи и детей. Мой брак с лордом Канри был обречён с самого начала, но в нём я получила своё сокровище – сына.
Я благодарна вам, за порядочность. Я слышала ваши слова, когда вы отказали Инигору. Как странно, когда посторонний человек печётся о моей персоне сильнее, чем родные люди… Вы, должно быть, человек необыкновенный и светлый. В своём лице я предлагаю вам дружбу и поддержку, а прошлое пускай будет похоронено под песками Фаринго… Вскоре мы снова покинем столицу, Инигор получил место в одном из посольств империи. Прошу простить меня за длинное письмо, но мне было очень важно поговорить с вами, пускай и при помощи пера и чернил. Будьте счастливы, и храни вас небо.
Всегда благодарная вам Даниэлла Канри»
Мне и вправду стало легче. Немного горько оттого, что настолько несчастна сама леди Канри. Но её слова меня утешили, будто я получила отпущение давних грехов. И дышать стало свободнее. Нужно будет поговорить с ней до отъезда и поблагодарить. Но нужно было отыскать Фари и расспросить её о причине отъезда.
   
Глава 30
 
Из комнаты я вышла, как только в коридоре стихли голоса фрейлин. Странно, но у дверей моих покоев я не увидела охрану, что меня насторожило. Рик не из тех людей, которые пренебрегают безопасностью, и меня без защиты он бы точно не оставил. Значит, что? Значит, охрана где-то есть и следит за мной. А из этого следует что? Что меня будут «вести» без проявления своей личности и будут страховать на каждом шагу. У нас всё так плохо? Из комнаты выходить стало страшнее, но я всё же отправилась к Фари.
– Фариэлла? – тихо позвала я, подойдя к двери в комнату фрейлины.
За запертой створкой было слышно шуршание, тихая возня и едва различимые слуху всхлипывания. Стало тревожно, и я постучала настойчивее. Шуршание за дверью стихло.
– Леди Льюис, или ты сейчас откроешь дверь, или я пошлю за стражей, – чуть решительнее позвала я. – Что происходит? Куда ты собралась так внезапно?
Дверь с тихим скрипом открылась, являя моему взору растерянную и заплаканную Фариэллу. Казалось, в моей комнате она из последних сил держалась, чтобы не разрыдаться, и вот, оставшись наедине с собой, дала волю слезам и чувствам.
– Уходи, Авриэль, – сипло попросила девушка, – всё хорошо. Просто так сложились обстоятельства.
И она попыталась захлопнуть дверь, прекращая разговор. Но я бы не была собой, если бы не среагировала раньше и не упёрлась в дверь плечом, не давая Фари сбежать от разговора.
– Какие обстоятельства? О чём ты? Ещё вчера ты была счастлива и радовалась жизни, а сейчас будто бежишь от чего-то… Или от кого-то?
Фари вздрогнула и с силой дёрнула меня за руку, втягивая в комнату. Дверь захлопнулась. Мы остались одни в полутёмной комнате с разбросанными по полу вещами и с задёрнутыми шторами. Это точно побег!
– Не спрашивай меня ни о чём, Ави, – бормотала Льюис, продолжая бросать вещи в распахнутый чемодан, – Я приняла это решение.
Ничего не понимая, я продолжала стоять перед своей подругой, наблюдая у той явную истерику. А она металась от шкафа к чемодану, будто загнанная в западню тигрица.
– Да что происходит? – рявкнула я, топнув ногой, и, чуть смягчившись, произнесла: – Это из-за твоего жениха? У него проблемы?
Она снова чуть не разрыдалась, часто задышала и снова принялась укладывать вещи. Да что же такого случилось, что всегда собранная и смешливая Фари настолько впала в истерику. Я протянула руку, погладила девушку по волосам. Потом обняла.
– Не спрашивай меня ни о чём, – тихо шепнула девушка, – мне лучше уехать.
Фари успокоилась и обняла меня в ответ. Поцеловала в щеку.
– Можно, я тебя провожу? – уточнила я осторожно.
– Можно, – улыбнулась та единственная, кто был добр ко мне все эти годы.
Я принялась помогать подруге собирать вещи. У Фари был не очень богатый гардероб, она была девушка бережливая и рассудительная, как и я, выросшая не в очень богатой семье. Вот тонкая, связанная крючком шаль, которую подарила Фари её бабушка. Вот муфта – первое, что девушка купила, поступив на службу во дворец. Большая часть вещей была уложена горничными. Лакей уже вынес несколько чемоданов. Ясно было, что прислугу леди Льюис разогнала, чтобы поплакать наедине с собой. Я бы тоже сама занялась сборами, чтобы никто не мешал плакать.
– Шляпные коробки нужно будет запаковать отдельно? – уточнила я, потянувшись к верхним полкам шкафа.
 
Фари сдержанно кивнула и снова принялась складывать свои вещи. Коробка не поддалась сразу, видимо зацепилась лентой за петлю дверцы шкафа. Попыталась приподнять её, но наспех завязанный бантик на ленте распутался, крышка съехала, на пол с тихим шорохом посыпались открытки, газетные вырезки, записки.
– Не переживай, я всё соберу, – метнулась ко мне Фари.