Его любимая Кошка (СИ)

– Вы думаете, это репетиция покушения, – неожиданно произнесла Ави.
– Нельзя исключать такой вариант, – бутерброд оказался обманчиво мал и быстро закончился, оставив лорда Файса в недоумении и с грязными пальцами, – хотя есть тысячи других поводов. Если поверить в то, что человеческое сознание так легко подчинить, то это может быть всё что угодно.
– А зачем нам нужно узнать имя и место жительства хозяина дневника?
– Затем, чтобы понять, какие ещё его вещи пошли с молотка… Ведь возможно, что его записи попали не в те руки.
– А я об этом и не подумала…
– Потому мы и работаем в паре. Всегда легче решать проблемы вместе, чем в одиночку.
И Рик снова улыбнулся. Отступать он не собирался и явно давал это понять Авриэль.
– Бусы, браслеты, брошки! – кричал уличный торговец, обвешанный всякой пёстрой ерундой, под которой с трудом был заметен человек, – На удачу! На прибыль! На любовь! Амулеты для всего на свете!....
Рик не был суеверным, но почему-то захотелось немного пошалить. Повинуясь какому-то мальчишескому порыву, он подозвал к себе торговца. Обычный человек, опрятно одетый (оборванца в эту часть города бы не пустили), неприметный. Вежливый. Серебряная монетка перекочевала в карман торговца, а лорд Файс взял из связки маленькую брошку с камушком и красной ленточкой.
– На удачу, – шепнул Рик, протягивая амулет Авриэль.
Девушка посмотрела на него странным взглядом и улыбнулась. Рику даже показалось, что он слышит треск той ледяной стены, что всё это время стояла между ним и Авриэль. Сейчас, стоя на дорожке в парке, под ласковым весенним солнцем, он, казалось, слышал шум прибоя и крики чаек. И палящее солнце Фаринго, которое заливало фигуру Ави, стоявшей перед ним. Той, настоящей Ави, которая не боялась смеяться и не стеснялась своих чувств.
– Спасибо. Ещё один амулет на удачу, – шепнула она, пряча подарок Рика в ладони, – похоже, я буду самым везучим человеком в империи.
Пульс бился в висках, и начинало шуметь в голове. Лорд Файс с грустью подумал, что от волнения он совершенно разваливается на части. Хоть и не стар, но болен, неуклюж… тоже мне, герой-любовник. Авриэль внимательно следила за его мимикой, щурила свои золотистые глаза и… продолжала улыбаться. Когда Рик предложил девушке свой локоть для опоры, леди Роннер молча положила на его руку свою ладонь.
Парк остался позади, за витыми воротами и шумной дорогой. Дальше была кривая улочка, петлявшая между серых стен доходных домов. Приличный район, чистые мостовые, откормленные кошки. Цветочные горшки с пушистой геранью, кружевные занавесочки на окнах. Уют и благополучие. Уже не фешенебельные постройки центра города, но и не трущобы. Золотая середина стабильности и простоты.
Нужное здание они нашли без труда. Вывеска над дверью сообщала, что контора принадлежит мистеру Сангасу. Контора оказалась светлой и чистой. Старик с весёлыми глазами и приятной улыбкой уже спешил на встречу Рику и Авриэль. Радушие, услужливость – это сквозило в каждом его движении, но лорд Файс хорошо видел цепкий взгляд с хищным прищуром, которым окинул их владелец ломбарда. На слегка безумного Грегора в побитой молью кофте этот господин был совершенно не похож.
– Чем могу служить? – господин Сангас широко улыбнулся, замерев рядом с гостями.
– Лорд Эллерик Файс, – обходя Авриэль, произнес Рик.
Господин Сангас даже выпрямился, услышав имя начальника королевской стражи. Рику показалось, что старик даже приготовился козырнуть. Не часто в эти серые стены приходили люди подобного статуса. Да это и понятно, им закладывать вещи нет необходимости.
– Вот, – Рик протянул старику книгу, – хотелось бы узнать подробнее о владельце этой вещи.
– У меня всё законно, – ощетинился Сангас.
– Верю, – кивнул Рик, – и поэтому всё записано в журнал.
– Нас к вам направил Грегор Дарвах, – подала голос Авриэль, – и мы были бы вам очень благодарны за помощь. Там в дневнике вырвана задняя страница, где, возможно, было записано имя хозяина. Зато есть номер, явно написанный для ведения учёта.
 
И девушка осторожно указала пальчиком в уголок книжки. Сангас оглядел Авриэль пристальным взглядом, потом снова стрельнул глазами в Рика. Помолчал и потопал куда-то вглубь помещения, бормоча что-то о дружбе и проблемах, которые от неё могут быть.
– Страница была вырвана до того,  как вещи ко мне попали, – бормотал Сангас. – А вещи мне привезла хозяйка квартиры, где жил этот бедолага. Географ он был или картограф… или этнограф. Совсем пропащий. Всё мотался по миру, жил с дикарями. Мечтал прославиться. А вышло вот как… уплыл и не вернулся. Он и ранее сюда наведывался. Когда за жильё платить было нечем, то закладывал вещи. Чаще всего книги. Брегет свой заложил, но выкупил… Совсем пропащий…
Старик открыл журнал, лежавший на столе, принялся листать страницы, то и дело облизывая указательный палец. Рик и Авриэль подошли к столу с другой стороны, всецело поглощённые загадочным шуршанием страниц.
– Вот, мне ещё глобус принесли. Две жуткого вида маски, этот дневник. Чемодан, карты… одним словом – барахло. Ничего ценного. Принесла мне это «богатство» госпожа Фербис, у неё цветочная лавка на набережной. А парня звали то ли Гайс, то ли Гойс…
И Старик опять начал шуршать страницами. Порылся в записях, потом с кряхтением полез под стол. Скрип, шуршание, проклятия. Сангас вынырнул из-под стола с ключом в морщинистой руке.
– Сейчас поглядим.
И шаркающие шажки в сторону неприметной дверцы в дальнем углу комнаты. Из небольшой кладовки была выужена связка карт. Мятых, пожелтевших, местами порванных.
– Стив Гойс, – кивнул головой старик, отворачивая край одной из карт, – не подводит ещё меня память.
– А мы можем взять эти карты? – тут же оживилась Авриэль. – И глобус бы тоже взяли.
Из конторы лорд Файс и леди Роннер вышли со связкой старых карт и глобусом. А ещё с точным адресом той самой цветочницы, что сдавала комнату несчастному картографу.
– Надеюсь, этот след не ложный, – хмыкнул Рик, забрасывая карты на плечо, будто связку дров.
– Хоть какой-то след, – вздохнула Авриэль и с любопытством повертела в руках глобус.
– Адреса у вас? – уточнил Рик, отбирая у девушки объёмную ношу.
– Да, – Ави вынула из кармана сложенный лист бумаги.
С тихим звоном на С мостовую что-то приземлилось. Это был тот самый амулетик, который Рик совсем недавно купил для Авриэль. Мужчина наклонился, подхватил безделушку и протянул её девушке. Только Ави продолжала стоять без шевеления, с ужасом глядя на амулет.
– Что? – удивился Рик.
– Он светится, – чуть слышно шепнула Роннер, – этот амулет светится…
  
Глава 19
 
Как и ожидалось, торговца простыл след. И это неудивительно. Как часто вы сами замечали, куда пошёл неприметный прохожий?
– Отыскать его не будет проблемой, – произнёс Файс, помогая мне сесть в карету.
Двое постовых дружно козырнули лорду и тут же, будто две гончие, кинулись к парку. Меня же сейчас больше заботил вид самого Файса. Мужчина побледнел и выглядел уставшим, на лбу появилась испарина.
– Нужно будет выяснить у жениха Симоны, дарил ей кто-то амулет или она сама, может, такой покупала. Спрошу Дика… Жаль, с Эвансом поговорить не выйдет.
– Ему не стало лучше?
Безопасник отрицательно покачал головой. Я знала, что Файс писал в клинику, где содержали Эванса, но во встрече нам отказали. В официальном письме главного врача клиники говорилось, что господин Эванс находился в тяжёлой форме психического расстройства, впадал то в ярость, то в меланхолию. Трижды пытался свести счёты с жизнью, после чего ему стали давать большие дозы успокаивающих лекарств. Вести беседу в таком состоянии мужчина уже не мог, но стал значительно спокойнее. Была велика вероятность, что Эванс уже не сможет вернуться к нормальной жизни.
 
– Жаль…
Главное не плакать, чем помогут нам мои слёзы и истерики? А глаза всё равно защипало, когда я представила несчастного человека, запертого в крошечной зловонной комнатке. Мою матушку содержали в приличном заведении, но всё равно это было жуткое и пугающее место, где всё время кто-то плакал или кричал… Рука Файса легла на мои ладони совершенно неожиданно, сжала мои пальцы, утешая.