Кайа. История про одолженную жизнь. Том 5. Часть 1 (СИ)

Нет, в любом случае, если что, никому и ничего не докажешь. А посему, выбрал для рандеву принадлежащий нам кабинет с видом на реку.
— Когда придет Дмитрий… — обратившись к хостес, встретившей нас и проводившей до кабинета, я на мгновение запнулся, ибо не знал отчества Консультанта. — Господин Горчаков… Когда и если он прибудет, проводите, пожалуйста, его к нам.
— Конечно. — с улыбкой ответила нам эта молодая женщина.
В руке Ии появилась купюра.
— Приятного вечера, барышни!
— Ты выглядишь совершенно потрясно…! — шепнула на ухо мне Ия.
Сегодня я надел на свою Кайю «то самое» небесно-голубое платье, выбранное как раз таки Консультантом, в котором был на Летнем балу Пансиона. А стилистка соорудила на моей голове шикарный объемный высокий хвост. Ну и плюс, как и на Летнем балу, на мне сегодня минимум достаточности драгоценных побрякушек, которые, однако, все к лицу мне.
—…и, кстати, а на кого он похож?
— Он похож на… — я запнулся. — Да на самого наглого типчика, виденного мной тут, он похож! Короче, сейчас сама увидишь, пошли!
Непродолжительное время спустя.
Вошедший в кабинет ресторана Консультант, притащил с собой очередной «подарочный куст». И в тот миг, когда он заметил, что Кайа заявилась на рандеву с ним не одна, а в компании подружки, то стал выглядеть так, словно бы его предали в лучших чувствах.
Ну а, чего вы хотели, господин хороший, набиваясь в кавалеры к школьнице и лезя к ней с поцелуйчиками?
Кайа оказалась очень недовольна ходом моих мыслей.
А Ия…
Ия выглядит чрезвычайно сосредоточенной. Словно бы кошка, которая подобралась на расстояние прыжка к особенно зловредной мышке, за которой уже долгое время охотилась и разве что не виляет задом, готовясь к прыжку.
Надеюсь, все обойдется…
— Добрый вечер, барышни! — «приклеив» улыбку на физиономию, заявил Консультант, добавив затем, имея ввиду мой «прикид». — Как я и говорил, оно тебе очень к лицу.
— Добрый вечер! — в унисон ответили мы, вставая из-за стола, после чего я, поблагодарив, конечно же, принял протянутый «куст», поставив затем его на стол.
— Ия, моя поистине бесценная подруга, которую я люблю самым искренним образом. — я представил Консультанту «подругу Ию», а затем, после его «очень приятно», и наоборот. — Дмитрий.
— Прошу прощения, мне не хотелось помешать вашей встрече… — заявила Ия, совершенно не выглядящая раскаянно. — Я только сегодня приехала в Петербург, чтобы проститься с великим князем и заодно проведать Кайю.
Ия очень правильно расставила приоритеты, находясь рядом с этим мужчиной, одетым в парадный армейский мундир без знаков различия.
— Спасибо, что не «Консультант». — улыбнувшись, шепнул мне на ухо тот, когда мы уселись за стол, после чего, деланно пожаловался, также шепотом. — А меня, значит, ты не любишь «самым искренним образом»?
В ответ я показал Консультанту язык, а тот, демонстративно отвернувшись, тут же принялся беседовать с Ией.
— Вот ни за что не поверю, что за все время вашей службы вас не наградили ни единой медалью или хотя бы каким-нибудь значком. — собственноручно налив Консультанту чай, произнес я, рассматривая его красивый мундир.
— Мне и моим сослуживцам не дозволено публично демонстрировать полученные нами государственные награды. Само награждение нас происходит за «закрытыми дверями», а награды отправляются на ответственное хранение в государственное хранилище и передаются награжденным через некоторое время после выхода на пенсию. И то, не всегда… — ответил Консультант, однако о своих личных наградах, которые наверняка имеет, умолчал.
Ия довольно скоро сменила гнев на милость, ибо Консультант ей очевидно понравился, и теперь она без умолку болтает с ним о всяких пустяках. Я особо не вслушиваюсь в их беседу, просто наблюдаю за ними обоими, неспеша потягивая чай.
Однако, то один то другая украдкой бросают на меня взгляды, чувства и эмоции в которых, и правда, имеют одинаковую природу.
Вопрос только в том, не приведет ли это впоследствии к чему-то очень нехорошему?
 
— Извините, я на минутку… — произнес я, и, встав из-за стола, покинул кабинет.
В уборной.
Звук льющейся из крана воды, который так нравится мне…
Прямо как в песне.
Я стою и пялюсь на себя в зеркало и мне вдруг стало смешно.
Я ощутил себя так, словно бы моя старшая сестра, Ия, взяла меня с собой на свидание со своим кавалером. С Консультантом.
Тем самым Консультантом, что словно бы, и правда, шестнадцатилетний юноша, украдкой бросает на меня взгляд, а затем, будучи на этом пойманным, тут же отводит его.
Играет или…?
Не знаю… Возможно…
Однако моя Кайа, словно бы заноза, впилась в его сердце и душу — это совершенно точно. Любовь, и правда, зла, ведь с каждым днем моя репутация только ухудшается, что лишь отдаляет его и Кайю, ибо зла здесь не только любовь. Зло сословное «общество всеобщего счастья», диктующее всем и каждому, с кем можно быть, а вот с кем «ай-ай-ай!».
Ладно, Кайа, иди уже куда-нибудь и обязательно куда-нибудь придешь. И это, похоже, девиз всей моей новой «одолженной» жизни.
Я закрыл кран и в последний раз бросил взгляд на свое отражение в зеркале.
На этот раз форма, пожалуй, полностью соответствует содержанию (увиденному в зеркале), то есть четырнадцатилетнему подростку, ведь прежде, там, я по-настоящему не любил никогда и никого. Ну, кроме себя, разумеется…
И, стало быть, в подобных материях я действительно натуральный подросток.
В кабинете. Позже.
Эти двое, только что узнавшие о существовании друг друга, столь мило беседуют…
Возможно, что мне это всего лишь показалось, но…
Да нет! Не показалось, а точно!
Ия из тех людей, которые либо очень нравятся сразу (как, например, это случилось со мной), либо же резко наоборот. Без полутонов.
Консультанту Ия определенно понравилась. Ему, увлеченно о чем-то рассказывающему, приятно находиться в ее обществе, если судить по довольной физиономии и жестам.
Как это приятно и самой Ие, вон как алеют ее чуть пухленькие щечки…
— Кайа… — вывел меня из созерцательности Консультант, — можно тебя украсть на несколько минуток?
Спросив это, он перевел взгляд на Ию, молчаливо интересуясь, не против ли та.
«Подруга Ия», витающая, как обычно, в облаках, милостиво махнула ладошкой.
Идите, мол.
И мы пошли…
На зимней веранде.
Когда Консультант и Кайа пришли, на веранде уже находился один из гостей заведения, расположившийся на уютном на вид диванчике. Он сидел, закинув ногу на ногу, и курил сигару, меланхолично глядя на реку.
Консультант подошел к нему, и они перекинулись несколькими фразами, после чего типчик, будучи не то чтобы сильно, но все-таки подшофе, ухмыльнулся и, встав с диванчика, пару раз хлопнул спутника Кайи по плечу, отвесил ей самой шутливый поклон, а затем неспешно покинул веранду.
Консультант нажал на одну из кнопок сенсорной панели, утопленной в подлокотник диванчика, и через несколько мгновений на веранде объявился официант, заменивший пепельницу на чистую и поинтересовавшийся, не хотят ли «гости дорогие» чего-нибудь.
Гости же ничего не захотели.
После его ухода спутник Кайи проделал что-то еще с той же панелью, и стеклянные стены веранды, ведущие в общий зал, стали матово-белыми, непрозрачными, а замок двери защелкнулся с характерным звуком.
Консультант уселся на диванчик. Кайа присела рядом.
Это, кажется, не просто зимняя веранда. Это сигарная комната. — подумала она, оглядев помещение.
— Кайа… — начал он.
— Да?
— Ты, похоже, действительно опоила меня тогда приворотным зельем, дерзкая школьница! — возмущенно заявил он.
— Хочешь, чтобы я дала тебе противоядие? — поинтересовалась у него Кайа.