Кайа. История про одолженную жизнь. Том 5. Часть 1 (СИ)
Он обратился лично ко мне, проигнорировав охрану.
— Да, здравствуйте, меня интересуют газеты за прошлые года… — ответил я, взглянув на табличку, висящую на стене и сообщающую, что копирование материалов запрещено, а заметки можно делать лишь от руки.
Интересные правила, впрочем, это их «монастырь».
— Тогда, вы пришли по адресу. Какие именно газеты и за какие года? — терпеливо продолжил уточнять он.
— А-а-а м-м-м… — я огляделся (ни у кого из посетителей вроде бы бумажных газет в руках не наблюдается), а затем ответил вопросом на вопрос. — Как у вас устроен каталог?
Из терпеливых объяснений библиотекаря следовало, что посетителям выдается специальный беспроводной терминал, представляющий собой, по сути, электронную книгу, размером чуть более листа формата А4 (есть и с большей диагональю), посредством которого предлагается работать с самим каталогом, загружая с библиотечного сервера требуемый выпуск газеты, журнала и прочих периодических изданий.
Оплата взимается за каждый заказанный выпуск, причем школьникам предоставляется пятидесятипроцентная скидка. Ну и да, делать виртуальные изображения с экрана терминала запрещено (да и не получается, я потом это специально проверил, и дисплей видеофона, при попытке «сфоткать», выдал какаю-то абракадабру).
Работать предлагается в общем зале (бесплатно) или же в отдельном кабинете (за дополнительную плату). Я выбрал общий зал, дабы постоянно быть на виду у охраны.
— «История» по запрашиваемым материалам как-то сохраняется? — поинтересовался я напоследок у библиотекаря.
— Только если вы сами того захотите, барышня. — и библиотекарь показал мне, как это сделать. — Ну а если нет, то нет.
Поблагодарив библиотекаря, я снял с себя шубку и передал ее охраннику (сдать в гардероб не разрешили), а затем, усевшись на одно из свободных мест за длинным столом, принялся изучать имеющийся каталог.
Позже. 18:00.
— Барышня, библиотека скоро закрывается. — голос одного из моих стражей вернул в реальность.
— Д-да… — едва заметно дернувшись, произнес я.
От чувства голода, а также от той «картины», которая «складывалась» в моей голове после знакомства со многими десятками газетных статей, где фигурировала приемная родительница и ее Семья, меня ощутимо потрясывало…
После переезда в США я ни разу не смотрел и не читал ничего в жанре ужасов и триллеров, предпочитая комедии. А вот сейчас, впервые за долгое время, судя по всему, пришлось…
Положив терминал на стол и оплатив при помощи виртуального кошелька, установленного на видеофон, выставленный библиотекой счет…
— Идемте! — скомандовал охране и, попрощавшись с администратором, быстрым шагом покинул помещение, провожаемый взглядами все еще присутствующих посетителей.
На улице.
К этому моменту дождь уже прекратился, хотя промозглость и тучи никуда не делись.
Из сумки донесся сигнал вызова от видеофона.
Ия! — достав устройство, увидел я имя абонента.
— Привет! — поздоровался я, принимая звонок от «подруги Ии».
— Привет, Кайа! — чересчур уж возбужденным голосом поздоровалась и та, добавив. — Я приехала!
Я аж остановился.
— В смысле? Куда ты приехала? — вкрадчивым голосом поинтересовался я.
— В Петербург, конечно! К тебе! — заявила та.
Блин горелый! Вчера, поздним вечером, когда мы болтали, о разрыве помолвки я не обмолвился, но…
«Светские Хроники», конечно же…
Это из-за данной ерунды Ия и подорвалась ко мне, сто процентов.
— Ты сейчас где? — спросил я.
— На Московском вокзале. — последовал лаконичный ответ. — Я только что с поезда сошла.
— Родителям сказала, что ко мне поехала? — на всякий случай уточнил я, хотя догадывался, каким будет ответ.
И «подруга Ия», конечно же, не подвела…
— Я… Я оставила им записку…
Е-мое! Родители ее наверняка «с собаками» уже вовсю разыскивают! Видеофон-то, небось выключен был до сего момента…
— Ия! Пожалуйста, сообщи им прямо сейчас, где находишься, а я сообщу матушке о том, что ко мне приехала подруга…
— Да не нужно! Слушай, не хочу тебя обременять! Я сейчас найму извозчика и сниму номер в какой-нибудь гостинице, не переживай! — перебила меня «подруга Ия». — Я приехала потому…потому, что не могла не быть рядом с тобой в такой час!
От ее слов у меня возникло ощущение, будто погода наконец-то наладилась, да и вообще пришла весна…
— Нет, не снимешь. Сейчас же все гостиницы в городе битком забиты. — ответил ей, вспомнив, какое количество постояльцев обитает в «L’étoile du nord», а ведь это одно из самых дорогих подобного рода мест в столице!
— Я… — начала было та.
— Человек, который искренне дорог, то есть ты… — я перешел на шепот, — никак не может обременять меня! Я безумно рада, что ты приехала. Честно! Позвони, пожалуйста, своей маме, а я пока позвоню своей и решу все вопросы.
— Хорошо. — согласилась «подруга Ия» и прервала звонок.
Все интереснее и интереснее…
Матушка, услышав о моей внезапной гостье, возражать против ее присутствия рядом со мной не стала, однако…
— Нет, сама за ней ты на вокзал не поедешь, твой маршрут заранее проработан. Возвращайся в «L’étoile du nord», а за твоей Ией я отправлю автомобиль. — заявила она, а затем, словно бы спохватившись, поинтересовалась. — Ну и как? Удалось в тишине библиотеки привести чувства в порядок?
— Да, мам. Я теперь в порядке. Почти что полностью!
Ну и, конечно, разве могло обойтись без звонка от Надежды Васильевны, мамы Ии, чья любимая дочь впервые в жизни натурально сбежала из дома, да еще и в какое неспокойное время…?
Никак не могло, разумеется. Однако эта предприимчивая женщина довольно быстро успокоилась, услышав мои заверения в том, что о ее экстравагантной дочери позаботятся.
— Ия, есть ли рядом с тобой какое-нибудь кафе? — поинтересовался я, когда, переговорив с матерью «подруги Ии», набрал ей самой.
— Да, вроде бы… — ответила Ия, добавив через несколько секунд. — «La Cafeotheque».
— Хорошо. Жди там, за тобой скоро приедут.
— А, ладно! Спасибо за твою заботу, Кайа!
В авто, по дороге в гостиницу ' L’étoile du nord'.
Едва усевшись в кресло, я принялся размышлять о том, что же мне удалось за сегодня выяснить…
Решение съездить сюда оказалось определенно правильным! Знать бы теперь еще, что со всем этим делать…
Матушка — уроженка крошечного уездного городка в Тверской губернии, типичнейшего «N-ска», раскинувшегося на берегу Волги. Ее отец — действительный статский советник, Виталий Оскарович Леваков. Мать — его зарегистрированная любовница.
И то ли в восьмидесятых — начале девяностых годов прошлого века «гайки» для прессы не были столь сильно «затянуты» как нынче, то ли сам Виталий Оскарович и его домочадцы охотно общались с журналистами, а может, и все вместе. Как бы то ни было, но Семья Леваковых весьма часто оказывалась на страницах газет. Как городской, так и уездных. Ну а что, ведь целый действительный статский советник, что для маленького городка, население которого на тот момент насчитывало, дай бог, двадцать тысяч человек — ого-го какая фигура!
Тем более что Его Превосходительство слыл тем еще бабником (не осуждаю), предпологаемые амурные похождения которого местечковый аналог «Светских Хроник» смаковал с особым удовольствием, пускай даже и в весьма витиеватых и осторожных выражениях.
И все у Семьи Леваковых было внешне хорошо. Ровно до тех самых пор, пока…
Глава 104
Как именно это произошло, мне доподлинно выяснить не удалось, однако, зимой девяносто третьего года, у жизнерадостной, судя по многочисленным виртуальным изображениям с ней, виденным мной на страницах газет, девочки восьми лет отроду, моей приемной родительницы, приключилась двусторонняя пневмония.
И это единственное более-менее конкретное упоминание о нездоровье маленькой Жени Леваковой я обнаружил в статье, посвященной торжественному открытию нового здания городской больницы ее родного «N-ска», главным врачом которой являлся человек, занимавшийся лечением ребенка, ибо на тот момент служил у Леваковых семейным доктором.