Мой милый (СИ)

========== Бульк первый ==========
С окрасом Зару повезло – темно-фиолетовые щупальца прекрасно маскировали его присутствие среди такого же цвета водорослей. Распределив темные волосы, чтобы они надежно скрывали голубоватую кожу, которая могла привлечь ненужное внимание, кракен выпустил струю жидкости, что смешает его собственный запах с окружающим, ведь так легче застать жертву врасплох.
  
Теперь оставалось одно – ждать.
Время текло медленно, но Зару не привыкать – главное рассредоточить мысли, слиться с окружающей средой и вот тогда сразу можно почувствовать акулу, плывущую - так неосторожно! - прямо к нему в щупальца. Молодая и глупая хищница, не достигшая и половины своего истинного размера, ничего не замечала. Зар приготовился к броску, напрягая щупальца, аккуратные черные когти заострились и удлинились.
Еще мгновение, и вот акула беспомощно дергается в плотном кольце щупалец, надежно зафиксированная присосками. Острые когти раздирают бок, давая быстрому яду подействовать, черный язык скользит по серой коже, что заживит рану: отрава останется внутри, но кровь прекратит толчками выходить из почти мертвой туши – чужие хищники Зару не нужны.
Когда пойманная перестала биться, кракен, сориентировавшись, поплыл к ближайшей пещере. Она пустовала – тут сомнений быть не могло. Слишком уж близко она находится к поверхности, а большинство подводных жителей боятся того, что наверху.
Не зря, в общем-то.
Сжимая в руках добычу, Зар двигался мощными толчками, как мог быстрее, так как опыт подсказывал, что где-то недалеко появилась кракенша, а с ними лучше не связываться – себе дороже. Женщины их расы суровы и не в меру жестоки.
Отыскав небольшую щель в камне, Зар с трудом туда протиснулся. Помогая себе присосками на щупальцах, он пролез дальше – выше. В несколько толчков добрался до скалистого выступа, забрался на него, устаиваясь удобней, поднял голову… И чуть не задохнулся. Вода оказалась неожиданно ниже привычного, легкие заполнил воздух. Организму понадобилось немного времени, чтобы приспособиться к новой среде.
Кракены, конечно, уютнее чувствуют себя в воде, но, приноровившись, вполне могут дышать воздухом некоторое время, потому что потом все равно надо окунуться в родную стихию.
Почувствовав себя в безопасности, Зар, успевший за это время осмотреться, вытащил акулу на уже знакомый ему камень и свернул щупальца рядом. Лучше поесть в тенистой, недоступной хищникам пещере, где остро пахнущая кровь пойманной акулы точно не привлечет к себе лишнего внимания. Избавляя когтями добычу от плотной кожи, Зар приступил к поздней трапезе. Мясо акулы легко отходило от костей. Острые клыки кракена играючи рвали твердые мышцы хвоста, а мягкая плоть живота и спины в этом не нуждались, что тоже было приятно. Поздний завтрак закончился непозволительно быстро. Молодое мясо вкусно осело где-то в животе, рождая довольное бурчание.
Кракен отдыхал, пока его не насторожил тихий всплеск.
Опираясь на слух, Зар сорвался с места к подозрительному движению вдалеке. Осторожно, без лишних звуков, кракен скользнул в воду, отозвавшуюся мелкой рябью. Бесшумно подплывая ближе к подозрительному месту, Зар, приготовившись дышать воздухом, частично высунулся из воды.
Кто-то старался залезть на самый высокий выступ в пещере, опасно близкий к выходу и палящему светилу. Кракен, напрягая зрение, пытался разглядеть хрупкую фигурку. Сначала он был уверен, что это какая-нибудь скудоумная русалка в очередной раз решила проявить свою «храбрость». На этой почве вообще мало кто хорошо кончил – Минэлу, супругу младшего брата Зара, несказанно повезло. Сам кракен, на месте мелкого, непременно бы съел аппетитно пахнущую русалочку.
Воспоминание о будоражащем запахе и заставило Зара усомниться, что фигура перед ним принадлежит русалке или тритону – от нее пахло… по меньшей мере странно. Кракен не знал, с чем можно сравнить этот запах, слишком он был незнакомым и чужим.
Заинтригованный, Зар подобрался еще ближе, по-прежнему не отводя взгляда от незнакомца.
Увидев два негибких и обрубленных хвоста, кракен содрогнулся, но быстро сообразил, что так и надо – перед ним был представитель наземной расы. Светлые волосы и излишне мягкие черты лица Зару показались восхитительными – среди подводных жителей таких нет. Изящный и слабый… Окажись он под водой, прожил бы недолго. Даже тонкокостный Минэл на фоне светловолосого показался бы здоровым хищником.
«Может, у нас с Рашем семейная тяга к таким вот мелким и ущербным?» - сокрушенно подумал Зар, не отрывая немигающего взгляда от фигуры на камне.
Незаметно подплыв почти к самому выступу, кракен любовался светлой кожей, виднеющейся из-под каких-то черных водорослей, плотно облепивших незнакомое тело. Особенно сильно заинтересовало Зара углубление на животе – такого не было ни у одного из знакомых кракена. Нечто подобное он видел на животе у рыб, но чутье подсказывало, что с системой обмена веществ эта дырочка никак не связана.
Чужеплаватель вздрогнул всем телом, прогибаясь в спине, издавая тихий звук, необыкновенно взволновавший Зара. Острое желание прикоснуться к светлым волосам и убедиться – а так ли они мягки, как выглядят – пробрало кракена до кончиков щупалец. Присоски на мгновение сжались, выдавая охватившее Зара напряжение. Фиолетовый кракен втянул распространившийся в воздухе запах сильнее – все же под водой с этим намного легче. Но опуститься в родную стихию Зар не жаждал – тогда не будет возможности следить за очаровательным существом.
Судя по тому, как резко дернулся от него в сторону житель поверхности, Зар действовал слишком громко. Открыв рот, светловолосый что-то не то побулькал, не то прошипел. С учетом последних звуков, можно было подумать, что он угрожает, если бы не выглядел так испуганно – весь сжался, подобрав под себя лишенные плавников хвосты. Зару стало смешно, но он сдержался.
- Не бойся, - как можно спокойнее проговорил он, не подплывая, впрочем, ближе.
Фигурка на выступе задрожала еще сильнее, беспорядочно мотая головой из стороны в сторону в попытке найти источник возможной угрозы – кракен даже залюбовался, как легко длинные светлые пряди расплываются в сухом воздухе. Волосы самого Зара, под водой почти черные, чуть подсохнув, начинали отливать фиолетовым – как у мамы, но до конца так никогда и не высыхали.
Наблюдать за бесполезным созданием, не способным даже увидеть его, кракену надоело – он подплыл совсем близко, показываясь перепуганному чужеплавателю. На его лице, таком замечательно-живом и подвижном, отразился настоящий ужас. С восторгом его, при всем желании, Зар перепутать не мог. Прекрасный представитель наземной расы разразился оглушающим звуком – ушные перепонки плотно прижались к голове, стараясь хоть как-то сгладить эффект.
- Да заткнись ты! – не выдержав, Зар тоже показал силу голосовых связок.
Светловолосый, зажмурив глаза, приложил ладони к вискам – видно, у них там под волосами тоже ушные перепонки находятся – и тоскливо запищал, как настоящий малек.
- Да не обижу я тебя, - растерялся кракен, не зная, как успокоить понравившееся ему создание.
В ответ ему что-то жалостливо прожурчали, абсолютно непонятно, но несчастно.
Неправильный двухвостый продолжал сжиматься, стремясь, видно, принять форму круглой икринки. Зар втянул когти – мысленно он уже оглаживал нежные бока, избавляя от темных водорослей, обнажал светлую кожу, обводил черным языком выступающие косточки, спускаясь ниже… Правда, к подозрительному отверстию на животе кракен бы ни под каким предлогом не притронулся – вдруг чутье подводит и система у верхних жителей, такая же, как у обычных рыб?
  
Зар вспомнил путанный рассказ брата о том, что тот почувствовал, когда впервые встретил своего тритона. У них-то все началось еще хуже – Раш хотел сожрать своего будущего супруга… Да и вообще после всего произошедшего долго боролся со своей природой, чтобы преодолеть тягу откусить кусочек нежной плоти его «русалочки». Нэл, конечно, не в курсе, хотя, даже если бы узнал, наверное, не уплыл бы от Раша. Впрочем, это их клан – им и разбираться.