После измены. Буду счастлива снова (СИ)

− Давай−давай, учись, и два раза в день вот так массируй. Ишь, какой, не ты же ребеночка носишь. Какие вы мужики, ничем помочь не хотите.
− Да я хочу помочь, чего ругаешься? — сосредоточенно растираю спину Катюшки, которая склонилась над столом и чуть не стонет от удовольствия.
Сходили мы на рыбалку, улов получился знатный, рыбу сразу распотрошили и заморозили, а потом забрали ее с собой.
− Жаль расставаться… − вздыхает Катя, когда гостиница скрывается за поворотом. — Такие хорошие люди.
− Мы можем приехать летом… или на следующий год, когда наш пацанчик чуть подрастет, − успокаиваю любимую.
− Да… кстати, мы так и не выбрали имя сыну, − оживляется будущая мать, а я шумно выдыхаю.
Снова имя выбирать…
  
Глава 34
 
Катя
Домой приезжаем накануне закрытия лыжного сезона, в первых числах апреля. Герман всегда с нами был на связи, подготовил праздничную программу как положено. Объявил соревнования, заготовил призы.
Он наше спасение, такой надежный мужчина. Как мой Руслан. Жаль с Элей у них пока никак не получается. Она на юге, он в Сибири. Пять тысяч километров между ними.
И Руслан не хочет отпускать друга, который ждет окончания сезона, чтобы переехать уже к любимой. На другое утро после приезда мы с Нечаевым едем в «Айсберг». Герман командует специальной машиной, которая генерирует снег и пуляет его на лыжную трассу. Уже пригревает солнышко и настоящий снег начинает таять.
− Так прокатиться хочется, − сокрушается любимый. Он стоит на самом краю, широко расставив ноги и уперев руки в бока. — Как же я соскучился по этим местам!
− Тебе нельзя пока, − напоминаю, обнимая его за пояс. — Да, здесь как дома…
Герман замечает нас и поднимается, машет рукой.
− Привет, дружище, − хлопает мужчину по плечу Руслан, тот делает так же. — Весь в работе.
− Да, чуть подновить снежок решил, а то завтра соревнования, − поясняет Герман, − сейчас еще укатаем ратраком, уплотним, и мы готовы. Жаль, что сезон закончился, что здесь творилось в эти месяцы! Весело было.
Мужчина смеется, и тут же грустнеет.
− Оставайся, мне без тебя никак не справиться, − предлагает Рус, − скоро строительством займемся, мне такие ребята нужны, как ты, зятек. А зимой снова базой рулить будешь, Катюшке же некогда будет.
Любимый гладит мой живот, намекая на причину. Герман улыбается, но качает головой.
− Я бы с превеликим удовольствием остался, но Эля… Мы с женой тоже хотим такое счастье, а для этого жить вместе надо. Да и твоя сестра здесь жить не хочет.
− Так в моей сестре все дело? Ну тогда поработаем вместе, я умею уговаривать.
Вечером, когда прихожу в кабинет позвать Руслана на ужин, застаю его за эмоциональным телефонным разговором с сестрой.
− Ты сдурела? Ты знаешь, что семья Германа погибла в море? Ты чего его переманиваешь в город, который ассоциируется у него с горем и огромной потерей? Эгоистка ты, Элька. Как мужик там жить будет? Как на это море смотреть?
Он слушает оправдания сестры, хмыкая, ходит возле окна.
− И? Мало ли, что там Герман сказал. Он просто с тобой жить хочет, любит тебя. Ну да, времени много прошло и смириться должен уже, но… И вообще, я тебе здесь обещал клинику построить, и построю. И здесь женщины есть, которым помощь твоя нужна, − он поворачивается и замечает меня, подмигивает. — Вот моей Катюшке твоя помощь нужна будет скоро… да не повезу я ее к тебе… вот как ты это себе представляешь? Родит еще по дороге… ага, или в самолете. Так, Элька, или ты по доброй воле переезжаешь в Горноснежинск, или я… да, точно. Свяжу, и привезу. А Германа не отпущу, он мне здесь очень нужен.
Вот так, у Нечаева все средства хороши для достижения цели. И меня приплел. А вот маму Нику не надо было уговаривать, когда мы приехали, она уже весь дом выдраила и наготовила. И категорически заявила, что ни за какие коврижки не бросит меня и будущего внука.
− Руслан, может Эля сама договорится со своим мужем, где им жить? — укоряю, обнимая.
− Она−то договорится. Уже веревки из Германа вьет. А он мне нужен, таких честных и надежных днем с огнем не сыщешь. И он ненавидит море. Вот если я захочу переселиться отсюда, ты пойдешь за мной? — ну вот, нарвалась. Но у меня один ответ.
 
− Конечно да. Ты мой любимый мужчина, − приподнимаюсь на цыпочки и тянусь губами к губам будущего мужа. — Хоть на луну… я всегда с тобой.
− Так почему у Германа с моей сестрой должно быть по−другому? Тем более, здесь тоже нужны врачи. Клиника уже к сентябрю будет готова.
− Так быстро? − удивилась. В моем понятии на строительство года нужны.
− Да. Я выкупил недостроенное здание, завтра тебе покажу. Одна фирма бралась за строительство, но не осилила, разорилась. Там только крышу надо, окна и отделку. Через пару дней спецы приедут, осмотрят постройку и скажут, стоит ли ее доводить до конца. На хорошем месте стоит. Если не годится, то снесу и быстро новое здание построю.
− Понятно… идем ужинать? Мама Ника ждет и скоро ругаться придет.
С этого дня я видела Руслана только по вечерам. Постоянно в делах, в разъездах. «Айсберг» закрыли до ноября, и заняться было нечем. Мама Ника постоянно водила меня в пещеру, подышать полезным воздухом. Ходили мы и на целебные источники.
Здание для клиники оказалось в отличном состоянии и быстро достраивалось. Я часто приезжала на стройку с Русланом, водить самой он не разрешал. К июлю осталась только внутренняя отделка, ремонт шел очень быстро.
Я помогала чем могла. Размещала в интернете вакансии врачей и прочего персонала, которые бы согласились здесь жить и работать. Разговаривала с желающими переселиться в наш горный городок.
В середине июля приехала Эля. Она проводила собеседования, следила за моим состоянием.
− Ну вот, все у нашего Левушки хорошо, − радостно пропела после того, как провела Узи на том самом аппарате, который привезли еще в начале беременности.
− Это хорошо, что хорошо, но … Почему у Левушки? — интересуюсь, вытирая салфеткой огромный живот. Скоро уже малыш появится на свет, чуть больше месяца подождать осталось. — Мы еще не выбрали имя.
− Как не выбрали? Руслан же тогда предложил назвать сына Львом… в кафе сидели когда, помнишь? Или он пошутил? — Эля вопросительно посмотрела на меня, и по выражению моего лица поняла ответ. — Ясно, братец в своем репертуаре. Ладно, малыш родится, и имя само придет.
− Эля, − трогаю девушку за руку, − а у вас с Германом когда малыш появится? Извини за любопытство…
− Да ладно… у нас пока не получается. Знаешь, я теперь все ваши страхи на себе испытала. Вроде все хорошо у нас, но беременность не наступает. И мне уже жутко, − горько усмехается сестра моего будущего мужа.
Вдруг подумалось, а будущего ли? Уже середина лета, а мы так и не поженились. Руслан закрутился с делами, основал новую строительную фирму, и кроме клиники еще отстраивает нашу лыжную базу. Времени на то, чтобы просто поставить подписи даже нет.
И я дико по нему скучаю. Иногда приходит домой, когда я уже не выдерживаю и засыпаю. Деловой мой мужчина с самыми добрыми шоколадными глазами на свете.
Эля убрала портативный аппарат Узи в шкаф, потом решила съездить на стройку. Я уговорила ее взять меня с собой. Издалека увидела белый джип Нечаева у входа в клинику, и сердце радостно забилось.
Он распекал нерадивых поставщиков на первом этаже. Они привезли пластиковые окна плохого качества, и он не дал их поставить, отправлял обратно.
− Ребят, вы меня за дурака держите? Я, по−вашему, не могу отличить качественные окна от этого д…? Привезите такие же, как эти, − показывает на уже установленные окна. — За это… не знаю, как назвать даже, я платить не буду. Это больница, а не сарай!
Залюбовалась им. Такой деятельный. Красивый, шикарный, и весь мой.
− О, девчонки! — идет к нам, размахивая кожаной папкой. Обнимает обеих сразу, целует меня в макушку. — Поехали в кафе? Есть хочется. Да, там приехали люди, четыре человека, все семейные, врачи−специалисты. Нужно их устроить в свободных домах. Я договорился с хозяевами об аренде пока, с последующим выкупом.