Система Альфонса в Мире Боевых Искусств (СИ)

Ещё на подступах к библиотеке Сима Фэй заметил нескольких человек в разноцветных мантиях, которые сновали между белыми учениками Внешнего круга и пытались их о чём-то упросить; некоторые и вовсе держали плакаты, на которых предлагали за любую, даже самую простую технику внушительную сумму. В большинстве своём настоящие ученики не обращали внимания на этих попрошаек, а то и вовсе смотрели на них с откровенным презрением.
Но вот явился Сима Фэй, и положение дел резко переменилось. Многие ученики Внешнего круга явно заранее выучили его приметы, потому что не успел он ещё подобрать себе место в тенёчке, а вокруг него уже сомкнулось плотное человеческое кольцо.
— Эй, братец Сима! Решил взять себе технику?..
— Я знал, что ты придёшь!
— Давай за мной, я подберу для тебя великолепный приёмчик…
Заметив происходящее, прочие «гости» выдавили горькие и завистливые улыбки.
Впрочем, это было не яростная, но меланхоличная зависть. Все прекрасно понимали, что и близко не могут потягаться с юным господином Сима.
В свою очередь сам Сима Фэй отвечал на все предложения с должной любезностью, между делом и довольно механически выискивая среди собравшихся такого человека, которые обещал принести ему наибольшую выгоду.
Вдруг раздался громогласный голос:
— А ну разойдитесь! Разойдитесь! Соблюдайте порядок…
Все — включая Сима — немедленно посмотрели на фасад библиотеки. В дверном проёме из красного дерева показался непомерно толстый и высокий молодой человек в красном халате. Волосы его были гладкими и чёрными, как смоль; взгляд необычайно узких глаз был пронзительным и быстрым, точно молния, и прекрасно дополнял голос, напоминавший раскаты грома.
— Толстяк Ву! — раздался испуганный ропот.
— Берегись, он тебя съест!
Люди отступили.
Затем образовали проход (широкий), когда дородный юноша, сложив руки за спиной, грозно быстро двинулся в сторону Сима Фэя.
Сима сразу понял, что перед ним был работник библиотеки, и уже приготовился услышать выговор, как вдруг лицо толстяка резко переменилось, и на смену его прежнему хмурому выражению пришла доброжелательная улыбка:
— Ох, братец Сима… Мы действительно тебя ждали. Младшая сестра Мьяо Чжо уже приходила. Братцу Линь Ю это не надо, сам понимаешь… Ты у нас последний… Идём, нечего тебе стоять на пороге. Поговорим в библиотеке!
Сима Фэй мысленно усмехнулся и, напустив на себя притворное смирение, сказал:
— Я бы с радостью, но ведь формально я ещё не ученик секты. Мне туда нельзя…
— Вздор! — воскликнул толстяк. — Нельзя? Кто сказал? Я ему все косточки переломаю. Если я, библиотекарь первого ранга, сказал, что тебе можно в библиотеку — значит можешь хоть спалить её!
Сима Фэй возражать не стал. Он кивнул, сложил руки за спиной и, чувствуя на себе завистливые, но больше восхищённые взгляды проследовал за грузной фигурой в помещение.
На первый взгляд легендарная библиотека оказалась… Собственно, библиотекой. Хотя и роскошной. Стеллажи были сделаны из красного дерева, а лакированный пол приятно звенел под ногами. Сами книжки были в пёстрых — красных, синих и зелёных — обложках, на которых сверкали серебристые иероглифы. Всё это было обставлено со вкусом. Сима Фэй сделал глубокий вдох и почувствовал запах новеньких книг с лёгкими нотками чернильного аромата.
— … Ну-с, братец Сима, — меж тем рассказывал толстяк, который минуту назад представился ему как Ву Лань, прохаживаясь (таинственным образом, его шаги производили намного меньше шума, чем шаги Сима Фэя) по длинному залу. — Давай мы проведём для тебя экскурсию…
— Буду весьма благодарен, сир Ву.
— Оставь, — отмахнулся толстяк. — Для тебя я просто — Ву! Мы сейчас находимся в «Зале Красного Дерева». Всего их несколько, и каждый находится выше предыдущего. Впрочем, братец Сима, думаю, тебе всё это и так известно, — с высокомерной улыбкой заметил Ву Лань.
— Библиотека Жемчужного Истока считается самой обширной в Провинции. И пускай завистники, — напыжился толстяк, — говорят, будто бы в «Зале Сокровенного Пламени» Секты Огненной Горы и в «Хранилище Небесных Тайн» Школы Таинств есть техники «Тайного ранга», в то время как самые ценные наши искусства находятся только на «Драгоценном», я замечу, братец Сима, что на деле эти техники никто не видел, это раз, что Драгоценных техник у нас больше, чем у них всех вместе взятых, это два, и три: даже если у них действительно есть одна единственная самая простая, самая незначительная техника Тайного ранга, им же самим от этого и хуже… Знаешь, почему? — резко спросил толстяк.
 
— Почему? — с вежливой улыбкой поинтересовался Сима Фэй.
Ему действительно было интересно услышать ответ на этот вопрос, хотя бы для того, чтобы увидеть пример образцовой софистики.
— Специализация, — тоном надменного учителя проговорил толстяк. — Видишь ли, братец Сима, всякому известно, что у разных воинов бывают разные дарования. Некоторые предпочитают стрелять из лука, другие махать мечом, саблей или своими кулаками, — на этом моменте тирады толстяк улыбнулся и демонстративно сжал кулак, видимо показывая, что сам относился именно к этому типу.
— Когда есть большая выборка техник, воин может взять себе ту, которая ему под стать. В то же время, если в твоей Секте найдётся «чудесная» техника Тайного ранга, ты невольно начнёшь стремиться именно к ней. Если это техника меча, ты, возможно, начнёшь заниматься ради неё искусством фехтования, пренебрегая своим истинным дарованием. Иной раз безумцы отказываются от собственного элемента. Смешно! Скажи, братец Сима, — вдруг толстяк повернулся и посмотрел прямо на него. — Разве настоящий воин должен подстраивать себя под технику? Глупость! Это технику надо выбирать под воина! А лучше, чтобы он сделал свою собственную.
Сима Фэй удивлённо сморгнул. По правде сказать, он ожидал услышать немного более натянутые оправдания, по части которых он и сам был большой спец, однако тирада Ву Ланя оказалась на удивление разумной.
Действительно, хотя высокоранговые техники дарили невероятную силу, испытанная мудрость гласила, что именно воин должен подстраивать под себя свой приём. Сперва — просто выбирая тот, который подходит ему больше всего; затем — меняя его под собственный характер; наконец — используя в качестве трамплина для создания собственного уникального искусства.
…Другое дело, что всё это касалось только действительно сильных и одарённых личностей, в то время как заурядные воины всю свою жизнь прозябали, следуя по стопам других и, обыкновенно, запинались в тот самый момент, когда их собственные ноги переставали помещаться в эти стопы. За всю истории Жемчужной провинции можно было посчитать по пальцам тех, кто смог сделать собственное искусство.
Сима Фэй не стал озвучивать все эти разумные возражения. Он лишь кивнул с видом человека, познавшего озарение, и сказал:
— Вот как… Признаюсь, я никогда не думал об этом в таком ключе.
— Хм! Это ничего, братец Сима. Мы тебя всему научим, когда ты станешь полноправным учеником, — ухмыльнулся толстяк и хлопнул Сима Фэя по плечу с такой силой, что даже его обновлённое крепкое тело вздрогнуло и едва не треснуло. Сима Фэй подавил болезненную гримасу, перевёл дух, и они пошли дальше.
После этого Ву Лань рассказал ему, что легендарная библиотека Жемчужного истока делится на четыре отдела. В первом собраны обыкновенные свитки и книги; со второго начинаются техники простого ранга, с третьего — первые главы техник Драгоценного ранга, а с четвёртого…
— Последние главы? — предположил Сима Фэй, но толстяк Ву отрицательно покачал головой.
— Нет, братец Сима. Полные техники Драгоценного ранга находятся в руках старейшин и сиятельного мастера Лян Чжу. В Четвёртом отделе… — толстяк осмотрелся, наклонился и заговорщически прошептал Сима Фэю. — Свитки «особого» содержания.
— Особого? — переспросил Сима Фэй.
Толстяк кивнул, а затем как ни в чём не бывало стал поправлять книжки на полке. Секунду спустя в голове Сима Фэй загорелась лампочка. Он улыбнулся и кивнул: