Система Альфонса в Мире Боевых Искусств (СИ)
Может, начать использовать стихотворения его прошлого мира? А то и вовсе перейти от любовных изречений к откровенной эротической поэзии, чтобы добиться от неё прежней реакции?..
Размышляя об этом, он между делом выбрал новую тему для разговора, Лу Инь ответила, и так, незаметно, они прошли границу, на которой заканчивались верхние уровни Секты и начинался Внешний круг.
Время было довольно позднее. Лу Инь приходила в полдень и возвращалась почти что к самому отбою. Сперва она проходила весь путь самостоятельно, но уже на вторую ночь Сима Фэй настоял, что обязательно должен её сопровождать, после чего тренировки и чаепития, которые они проводили в пещере на вершине горы, заимели краткий эпилог в лице тихой прогулки под луной.
— До завтра, Лу Инь, — сказал Сима Фэй, когда она встала на пороге своего дома.
— До завтра, — кивнула девушка.
Сима Фэй сложил руки за спиной и проследовал на залитую звёздным светом улицу.
Поднимаясь по лестнице, он открыл меню системы и одобрительно кивнул, когда увидел табличку «+1 Балл…» и свой текущий капитал:
«17Б».
Затем немного поморщился, когда зацепился взглядом за «Показатель отношений» и увидел, что последний всё ещё топтался на «Покровителе».
Сперва Сима Фэй считал данный статус следующей ступенькой после простых «Знакомых», но теперь последний стал напоминать ловушку, зыбучий песок, выбраться из которого оказалось той ещё задачкой.
И ведь ничего не поделаешь. Он сам решил подойти к непримечательной служанке и отыгрывать перед ней благородного и возвышенного гения; с самого начала их отношения строились на фундаменте ассиметричного превосходства, который одновременно связывал пару воедино и представлял собой барьер, не позволяющий им сблизиться и стать настоящими «Друзьями».
Что с этим делать?
Без понятия.
Очевидно, что ему нужно было неким образом поднять самооценку Лу Инь, но сделать это было совсем непросто. Ведь она действительно была совершенно бездарной во всех отношениях, которые не касались фехтования, хотя благодаря последнему своему дарованию и приблизилась (и приблизила его самого) к постижению второй стадии боевого искусства.
Возможно, ему всё же придётся повысить её талант используя баллы и не дожидаясь следующей возможности крутануть рулетку… Хотя это и было ужасно расточительно.
Сима Фэй цокнул языком и продолжил неторопливо подниматься по каменной лестнице, над которой шумели в порывах ночного ветра древесные кроны…
…
…
…
Лу Инь взглядом проводила Сима Фэя до лестницы, повернулась и прошла в помещение.
Она всё ещё находилась в состоянии истомы, которое всегда завладевало ей после продолжительной беседы с господином Сима. Лу Инь в принципе говорила довольно редко, чаще пребывая в своих собственных мыслях, а потому ей до сих пор было непривычно высказывать их другому человеку; казалось, она приоткрывала заевшее оконце в затхлом домике своей души, и от свежего воздуха у неё начинала приятно кружиться голова.
Но вот всё вокруг переменилось. В помещении висела давящая тишина. Лу Инь неловко покосилась на девушку с розовыми волосами. Мин Юй, закрыв глаза, сидела на кровати, погружённая в глубокую медитацию.
Вот уже несколько дней прошло с визита Шен Бао. Первое время Мин Юй с ней вообще не разговаривала. Когда же на третий день (Лу Инь считала) она всё же обратилась к девушке, было это по поводу уборки, — сугубо деловой вопрос, — и голос её при этом был спокойным и пустым.
Данное положение вещей наводило на Лу Инь меланхоличное уныние. Она прекрасно понимала, что Мин Юй тогда поступила неправильно, совершила предательство, и что её, наверное, не следует прощать… и всё же Лу Инь не могла заставить себя действительно ненавидеть последнюю. Мин Юй была её первой и единственной подругой. Она давала ей советы и многое рассказала о том, как на самом деле устроена Секта Жемчужного Истока. Если бы не это, Лу Инь, верно, не раз и не два ушиблась, пытаясь освоиться на этом новом и неприветливом месте.
Что же касается предательства… Лу Инь помнила, насколько бледной и напуганной тогда была Мин Юй, и просто не могла на неё разозлиться. Сейчас ей просто хотелось вернуться к тем отношениям, которые были между ними раньше, но как это сделать она не знала.
Лу Инь присела на кровать и уже собиралась погрузиться в медитацию, как вдруг раздался голос:
— Тебе лучше быть осторожней.
Глава 41
Пара?
Лу Инь приоткрыла веки и удивлённо посмотрела на Мин Юй. Последняя косилась в сторону и немного хмурилась.
— Про тебя и твоего парня ходят дурные слухи. Некоторым это может не понравится.
— Вот как, спасибо, — бездумно проговорила Лу Инь и лишь секунду спустя осознала истинное значение слов Мин Юй.
— П-парня?..
— Сима Фэя. Вы пара, так? — спокойно спросила Мин Юй, впервые за долгое время обращая на Лу Инь свои светлые глаза.
— Пара?.. — повторила Лу Инь и вдруг покраснела настолько глубоко и стремительно, что Мин Юй невольно перепугалась, что у неё случилась проблема в культивации.
Лу Инь залепетала:
— Нет, я, мы эм, и господин Сима, просто, мы просто знакомые, и мы просто знаем друг друга, и пара, парень, это другое, и мы не пара, нет, совсем не пара, да, наверно…
После этой тирады она пристально уставилась на пол.
Казалось, у неё над головой поднимается дымок.
— Правда? — с подозрительным прищуром спросила Мин Юй.
Лу Инь кивнула и посмотрела на тазик с водой, подумывая о том, чтобы окунуть в него свою кипящую голову.
— По вам не скажешь, — сложив руки заключила Мин Юй. — В любом случае будь осторожней.
— Х-хорошо, — кивнула Лу Инь.
— Хм… — через некоторое время снова проговорила Мин Юй. — Если вы не пара…
Лу Инь замотала головой.
— … Почему он тебе помогает?
— А?..
— Он же не просто так помогает тебе с тренировками. Или тогда, с экзаменом.
Лу Инь замялась. Она тоже находила немного странным, что Сима Фэй уделяет такое внимание заурядной служанке.
— Господин Сима просто хороший человек, — сказала она слабым голосом.
— Вот как? — недоверчиво прищурилась Мин Юй.
Лу Инь неуверенно кивнула.
Ей соседка некоторое время помолчала, а затем сказала:
— Думаю, он хочет затащить тебя в постель без обязательств.
— … ………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………А?
…
…
На следующий день Лу Инь по своему обыкновению проснулась ранним утром, вместе с первыми отзвуками большого гонга, встала, села на корточки возле тазика и принялась умываться.
Она посмотрела на отражение своего заспанного лица и взъерошенные после сна, — не очень продолжительного, ибо две трети ночи она ворочалась под одеялом, — голубые волосы и стала растирать свою светлую кожу. Обычно она, по настоянию бабушки, делала это быстро и беспощадно, — чтобы скорее проснуться, — но сегодня Лу Инь то и дело замирала, разглядывая своё расплывчатое выражение.
Фарфоровые щёчки, светлые глаза, немного милое, но совершенно простое, лишённое аристократичной утончённости лицо…
Вымывая свои тонкие белые руки — которые были намного меньше, чем руки господина Сима, — она заметила небольшую родинку у себя на запястье и долгое время смотрела на неё не отрываясь; наконец она поправила свою белую мантию, затянула пояс, чувствуя, как последний обволакивает её тощее тельце, и наконец вышла на улицу.
Утро выдалось прохладное, и Лу Инь на секунду поёжилась, когда леденящий ветер облизал её покусанные бледно-розовые губы.
Затем она повесила голову и впервые в своей жизни действительно посмотрела на саму себя, на своё «тело».
Затащить в постель без обязательств…
Лу Инь не стала смущаться.
Она занималась этим целую ночь.
Теперь её рассеянное и немного иступлённое сознание занимал единственный вопрос: неужели господин Сима находил её… привлекательной? Она никогда не думала о себе в таком ключе. Возможно потому что невольно испытывала лёгкую горечь в отношении своего болезненного, хрупкого, тщедушного тела. Она не могла даже представить, что способна вызывать… это чувство.