Система Альфонса в Мире Боевых Искусств (СИ)

Когда же он пришёл в себя, у него немедленно появился вопрос: что Избранный ученик забыл в этих трущобах, в которых проживают самые бедные представители Секты Жемчужного Истока? Одна из причин, Шен Бао мог вести себя безнаказанно была в том, что здешнее отребье просто не смело ему сопротивляться. Он был королём, и вдруг в небесах зареяла красная мантия, и стало ясно, что всё это время его королевство представляло собой пятачок на дне колодца.
В толпе зазвучали крики:
— Господин Сима!
— Он самый!
Сима?.. Сима Фэй? Тот самый, который занял второе место на экзамене? Судя по тому, как вальяжно с ним общалась эта девчонка с голубыми волосами, они были знакомы, но как это возможно? Что может связывать благородного человека и обыкновенную нищенку?
Шен Бао нахмурился и, не обращая внимания на своего телохранителя, который корчился на земле и сжимал кровоточащую культю, попытался придумать, что ему теперь делать.
Вскоре он понял, что сам Сима Фэй не представлял особенной угрозы. Он был талантлив, это правда, но ему было всего семнадцать лет, и он только недавно стал учеником Секты. Шен Бао был им на протяжении многих лет и за это время выучил немало сильнейших боевых искусств. Нынешнего Сима Фэя он не боялся; проблема в том, что в будущем последний неминуемо станет важным человеком. Через год или два он доберётся до этапа Трансформации внутренностей, а потом и вовсе станет Воином Истинного Ци. Поэтому лучше было попытаться разрешить их конфликт мирным способом.
У Шен Бао был один вариант, как это можно сделать… Но у этого решения были некоторые неприятные последствия.
Ему просто нужно было назвать своего покровителя.
На первый взгляд именно Шен Бао был главным ростовщиком (и коллектором) в пределах Внешнего круга Секты Жемчужного Истока; на самом же деле он был не более чем публичным лицом и управляющим. У него было начальство. Если бы не это, с ним бы давно разделались органы правопорядка или Избранные ученики, которые хотели поднять свою репутацию среди простого народа.
Настоящим лидером его группировки был один из наиболее влиятельных Избранных учеников по имени Дин Ке, который, в свою очередь, исполнял роль правой руки для основательницы Клики Весеннего Равноденствия, ученицы Внутреннего круга Жуа Жо.
Такие «пунктирные» родословные можно было провести едва ли не от каждой организации Внутреннего или Внешнего круга. Всё влияние и все деньги, которые циркулировали в кровотоке секты, давно поделили между собой сильные мира сего. Если бизнес был легальным, они контролировали его явно; если нет, или если он был недостаточно почётным, как-то выбивание долгов, подбирали людей наподобие Шен Бао. Они были марионетками и подставными королями, которые несли ношу общественного недовольства. Долгое время Шен Бао наслаждался своим положением, своей «неприкасаемостью», которую даровали ему покровители из рода небожителей, но вот на пути у него появилась назойливая проблема.
Наверное, Сима Фэй только недавно стал учеником и просто не знал, что он, Шен Бао, работает на самого Дин Ке, которого называли «Тёмным королём». Тогда бы он разумеется проявил к нему подобающее уважение. А значит теперь ему просто нужно было рассказать всё это Сима Фэю… но желательно вдали от посторонних глаз.
Именно в этом и состояла главная проблема. Ибо хотя Шен Бао уже предвкушал, как Сима Фэй перепугается и начнёт извиняться перед ним, а может даже кланяться… да, именно что кланяться на глазах сотен собравшихся плебеев… ему нельзя было публично называть имена своих покровителей.
Наконец Шен Бао выдавил улыбку и заговорил:
— Так это вы, господин Сима! Кажется, между нами возникло небольшое недопонимание… Как насчёт перенести наш разговор в более приватную обстановку?
— Недопонимание действительно возникло, — спокойно ответил Сима Фэй.
— Тогда…
— С твоей стороны, если ты считаешь, что я буду говорить с человеком, которые натравил своих собак на моего друга.
— Друга?.. — не успел Шен Бао понять смысл сказанного, как перед глазами у него мелькнула красная мантия. Секунду спустя Сима Фэй оказался прямо перед ним и выхватил меч. Шен Бао немедленно попытался обнажить свою саблю, но почти сразу почувствовал резкую боль, — он вскрикнул, его клинок ударился о землю, а сам он немедленно схватился за левую руку, на которой появился и брызнул кровью глубокий порез.
 
— Ты!.. Как ты… — Шен Бао свалился на колени и с огромным удивлением посмотрел на Сима Фэй. Последний был быстрым. Слишком быстрым. Причём добился он этого не с помощью техники, но благодаря невероятной силе своего тела.
Он УЖЕ был на этапе Трансформации внутренностей.
— Стой! Н-не смей меня трогать! Секта запрещает нападать на других учеников. Тебя выгонят!
— Я просто защищался, — невозмутимо ответил Сима Фэй и занёс клинок для последнего удара.
Ярость Шен Бао немедленно испарилась, на смену ей пришёл бешеный ужас. Когда лезвие мелькнуло на солнце, он вскрикнул:
— Я… Я работаю на самого Дин…
Бах!
Раздался свист, затем хруст, и Шен Бао распластался на земле.
Сима Фэй посмотрел на конвульсирующее тело, которое ударил плоской стороной меча, затем грациозным движением вложил клинок в свои простые красные ножны и обратился к прихвостням Шен Бао:
— Унесите его.
Тишина.
— Живо.
Наконец один из них быстро подошёл к своему начальнику и приподнял его на руки. Другой в это время взял свою отрубленную кисть — на этапе Трансформации костей воин мог запросто остановить кровотечение и даже пришить назад отсечённую конечность, — но Сима Фэй остановил его:
— Оставь, — сказал он леденящим голосом, даже не смотря на человека. — Этой рукой ты коснулся моего друга. Считай это своим наказанием.
Лицо парня перекосило, и всё же, не смея противится воле Сима Фэя, который теперь напоминал ужасающего Бога Смерти, он жалобно посмотрел на свою руку и швырнул её на землю.
После этого троица с опущенными головами стала удаляться по каменной улице. Многочисленные наблюдатели проводили их взглядом до самой лестницы.
Был среди них (наблюдателей) был Сима Фэй; он поглядывал на процессию краем глаза и невольно вздохнул, когда Шен Бао скрылся среди листвы.
Было близко… На самом деле Сима Фэй сразу догадался, что у «ШБ» были покровители, и последний на самом деле был не более чем подставной фигурой. Именно поэтому Сима попытался провернуть всё как можно быстрее, не позволяя противнику сказать ни единого слова. Таким образом он хотел сделать вид, что, будучи новым учеником, просто не знал про «крышу» Шен Бао. А последний не успел или не подумал про неё рассказать. Вот и всё. Теперь, если начальство этого идиота было адекватным, оно не будет донимать ни самого Сима Фэя, ни Лу Инь, но предпочтёт замять это дело.
Если же эти люди были неадекватными… Что ж, будет неприятно, конечно, — меньше всего Сима Фэй хотел наживать себе лишние проблемы, — но ничего не поделаешь.
Он повернулся и посмотрел на Лу Инь. Девушка казалась немного потерянной. Но вот она заметила взгляд своего «друга» и смущённо опустила голову.
Сима Фэй приблизился. Сказал:
— Извини.
— Ах? — удивилась Лу Инь.
— Я обещал прийти намного раньше, однако невольно погрузился в медитацию, когда пытался провести Трансформацию внутренностей. Я бы с удовольствием прервал её, чтобы исполнить обещание, но в такие моменты время становится иллюзорным. Когда я пришёл в себя, прошло три дня. Надеюсь, ты сможешь извинить меня, Лу Инь.
— К-конечно! То есть, вам, вам не нужно останавливать медитацию ради меня, я подожду сколько угодно… — проговорила девушка, чувствуя одновременно смущение, стыд, что посмела сомневаться, и вместе с тем великое, неописуемое счастье.
Он её не забыл.
Он хотел навестить её, даже если это было во вред его культивации.
Лу Инь понимала, что радоваться этому было совершенно неправильно, но ничего не могла с собой поделать.
Более того, теперь ей сделалось неловко, что она вообще посмела сомневаться в господине Сима. Он мог совсем её не навещать. У него не было ни единой причины этого делать. И всё равно он пришёл — ради неё.