Повелитель миражей (СИ)

Юсупов. Интересно, его сын уже начал принимать наркотики? Насколько помню — да. И сгорит он лет за пятнадцать, благодаря клановым целителям просуществовав в образе наркомана поразительно долго.
— Ладно, понял, — пожимаю плечами. Все равно на эти деньги, как в целом на Алису мне плевать было. — Спасибо, что попытался.
Если все пойдет, как задумано, через пару недель у нас будут свои крафтеры, которые вытащат нас из долгов. А потом наш род начнет подниматься, и каждый, кто до этого смотрел на нас с презрением, изменит свое мнение.
В комнату я шел, вдохновленный. Собственные крафтеры, развитие рода, вывод его на городскую арену, а потом и на мировую — вот достойные цели!
— Кристина, — поприветствовал я попавшуюся навстречу девушку.
— Господин, — улыбнулась та. — Чего-то желаете?
— Принеси в комнату чашку кофе.
— Конечно.
Я проводил девушку взглядом и задумался — может, стоит устроить себе приятный вечер?
Пока ждал кофе, позвонил Дарье, озадачил продажей артефакта.
— Есть же аукционы, торговцы, — растерялась девушка.
— Есть. Но у меня нет времени этим заниматься, так что займись этим, пожалуйста. Я передам артефакт слугам, забери в ближайшее удобное время. И наладь контакты с человеком из магазина и с аукциона — может, есть вариант устроить покупку-продажу в обход официальных каналов.
— Такую информацию мне никто сразу не сообщит, — с сомнением в голосе сказала девушка.
— Разумеется, — согласился я, а потом разжевал, как ребенку. — Выбери какого-нибудь прожжённого дядечку, если такие найдутся. Пара сделок, несколько намеков на бóльшие объемы, и можно попробовать договориться.
Было бы замечательно, если бы в телефоне Даши нашлись все контакты, да и вообще девчонка оказалась была недооцененным мастером на все руки, только вот в жизни такие удобные встречи бывают редко.
— Кстати, попробуй найти на городском или даже имперском рынке артефакты, усиливающие иллюзии. Лучше «сердце миражей», но подойдет и какая-нибудь профильная руна. На этом пока все.
В дверь постучали, а потом вошла Кристина с подносом, на котором стояла чашка с кофе и лежали два бутерброда.
В прошлом я пускал на девушку слюни, но был закомплексован и не замечал, что и Кристина смотрит на меня вполне благосклонно. В отличие от большинства — без брезгливости, презрения, насмешки.
— Спасибо, Кристина, — вежливо улыбнулся я. И прежде, чем девушка ушла, добавил. — Может, ты хочешь сегодня прогуляться по городу?
Раз уж я в молодом теле, можно позволить себе простые радости жизни.
— Это не пойдет на пользу вашей репутации. Вдобавок ко всему, моя работа на сегодня еще не закончена.
— А что хочешь ты, Кристина? — Снова улыбаюсь. — Если желаешь прогуляться, я переоденусь в обычную одежду, предупрежу мажордома, и мы с тобой инкогнито пройдемся по улицам.
Девушка задумалась, но потом кивнула.
На то, чтобы переодеться и поговорить с управляющим, ушло минут десять. Кристина готовилась дольше — я двадцать минут скучал, сидя на новостных порталах, прежде чем в дверь поскреблись.
— Я готова, — сказала Кристина. Девушка стояла в кроссовках, серых брюках и бежевой кофте оверсайз. — Куда пойдем?
А пошли мы в «Ламию», один из лучших ресторанов в городе.
Когда мы пришли, оказалось, что я помню это место другим, каким оно еще не стало — чище, богаче, со швейцаром на входе и сплошь благородной публикой. Сейчас тут тоже хватало благородной публики. Нам предложили столик рядом с четырьмя молодыми мужчинами, судя по дорогой одежде и манерам — аристократами. Но меня смущал угловой столик с тремя крепкими мужиками. Все трое в шрамах, у двоих — сломанный нос, у одного — повязка на глазу.
Мужики зыркали по сторонам и выглядели так, будто ножи и вилки в их руках — приборы совершенно ненужные, и они бы на мясо и без них накинулись. Для полного соответствия образу книжных бандитов им не хватало только крюка на месте кисти и протеза вместо ноги.
Я накинул на спинку стула пиджак, отодвинул стул для Кристины.
Девушка выбрала салат, я заказал себе стейк с помидорами и соусом песто. Наконец разговорил девушку. Кристина рассказала про детство, проведенное с бабушкой, и о своих.
 
И все шло бы прекрасно, если бы в какой-то момент к нашему столику не подошел аристократ из-за соседнего столика.
— Простите, что отвлекаю, — слегка поклонился он мне. — Мы с друзьями слегка не рассчитали наши финансы. Можете выручить нас, оплатив часть счета? Я верну вам деньги, слово благородного.
— Нет, — спокойно ответил я и огляделся по сторонам в поисках охранника или официанта, который отгонит от нашего столика любителя пожировать за чужой счет.
— И все же, может быть, вы передумаете? Мой род достаточно знатен и щедр.
— Господин, вы бы не отвлекали мальца, — прогудел крепыш из-за столика. — Дайте им с девчонкой покоя.
Но мой покой не входил в интересы аристократов. Пока «бандит» за столиком говорил, силуэт аристократа подернулся иллюзорной пленкой и раздвоился. Образ мужчины остался на месте, а вот силуэт, едва заметный под иллюзией невидимости, шагнул ко мне и потянулся к карману пиджака, где лежал бумажник. Не будь я иллюзионистом, не увидел бы.
— Увы, не могу вам помочь, — подпускаю в голос чуточку притворного сожаления.
А потом — выхватываю из ножен кинжал и бью в бедро туманной фигуры.
Обе иллюзии растаяли — непросто удерживать магические плетения, когда в тебя всаживают лезвие. Визжащий аристократ падает на пол, сжимая ногу, к нам несется официант, а я вытираю клинок салфеткой.
Вечер испорчен.
  
Глава 7
 
Посетители ресторана оказались людьми закаленными — стоило раненому упасть на пол, как люди привычно потянулись к оружию, благо, обнажать клинки и пускать их в ход никто не стал. Сразу нашелся слабенький целитель, остановивший кровь незадачливому вору. Официант, чудом возникший у нашего столика, попытался было схватить меня за плечо — видимо, чтобы я никуда не сбежал, но ладонь слуги едва не напоролась на выставленный кинжал.
— Не нужно меня касаться. Я дождусь полиции, и не собираюсь нападать на кого-либо, но трогать меня не стоит.
— Господин, госпожа, я требую вас оплатить заказ, — с каменным лицом произнес официант.
Дружки аристократа под шумок пошли к выходу — мешать им я не стал.
— Очень удобно, — спокойно произнес я. — То есть, пока пытались развести на деньги на оплату чужого заказа, ты бездействовал, а как только опасность миновала — появился?
— Я ничего подобного не заметил. Зато прекрасно видел, как вы ударили этого человека.
Можно было позвать управляющего и задать вопрос — почему в стенах заведения происходит подобное. Но у меня возникла другая мысль. Я решил не портить вечер окончательно скандалами и заявлениями, а сыграть по-крупному. Если в этом месте, которое я помню как весьма достойное, прислуга ведет себя трусливо и неправильно, это место вовсе перестанет существовать.
— Без проблем, я рассчитаюсь, — кладу на стол две пятитысячных бумажки. — Имейте в виду, ваш ресторан мог бы стать одним из лучших в городе. Но уже не станет.
Со стороны сидящих в углу «бандитов» послышался одобрительный гул. Те даже не поднялись, продолжая ужинать. Мне кажется, крепыши восприняли произошедшее, как развлечение.
Ждать приезда полиции пришлось недолго, но даже за это время раненый попытался было убедить окружающих, что ему хорошо, и он уже пойдет. В ход пошли даже топорные иллюзии, которые я с легкостью развеял. Это создавать их я не могу, пока не стану сильнее, а разрушать или находить простенькие (а других «аристократ» и не показывал) — смогу с легкостью.
Беседа с полицией оказалась быстрой — я надел артефактный браслет с названием «обличитель», описал произошедшее, потом «аристократ» под обличителем описал свою версию событий, после чего металл браслета побагровел. Полицейские опросили посетителей, пара из которых действительно увидела, что человек появился из воздуха, и вопросов ко мне больше никто не имел. Я расписался в документах, где произошедшее описали с моих слов, а фокусника увезли.