Тропа ауберианского траппера (СИ)

— Видишь ли, у эбрайлов нет устойчивого спроса почти ни на что, — вещала Валька, — только ситуативный. Возник новый клан или кто-то затеял с кем-то войну. Или кто-то занялся обустройством хозяйства, пусть даже через пару месяцев он это бросит. В таких экономических условиях строить специализированный завод — затея гиблая, — Валька допила свою чашу, на щеках проступил румянец. — Мы строим завод-трансформер. Одни и те же формирователи у нас будут производить стройматериалы, инструменты, детали машин, утварь и в перспективе — вообще что угодно! Тут главное — разработка алгоритмов для формирователей и поставка сырья. А сырья тут вокруг — чего только нет, железо, минералы разные, поля засеем цитроидами для производства пластика.
— Да, проект масштабный, — Факел уважительно качнул головой, — в твоём духе, Валька. Ты всегда стремилась вверх, рулить миром… Наверняка у тебя в планах не один завод.
— Угадал, — Валька подлила себе вина, не заметив озадаченный взгляд Дженги. — Этот завод уже третий. А первый на глазах превращается в город, эбрайлы туда стекаются, — она отхлебнула из чаши. — А влечёт их туда, знаешь ли, не продукция, не лопаты с кувшинами.
— А что же? — Факел мало-помалу отвлекся от мыслей о своей несчастной любви, во всяком случае, они потускнели, и на передний план выступил интерес к эбрайлскому вопросу.
Дженга, молча наблюдавший за обоими собеседниками, привычно уловил, как Валька превратилась в Валькирию (пусть и подвыпивушю): взгляд её стал твёрдым, в голосе зазвенела боевая сталь.
— Я строю государство. Не мелкое княжество из горстки поселков, окруженных частоколом, а полноценную страну для эбрайлов. Эусгард, край, где правит закон, нет бандитов, а каждый житель может найти себе место.
— Эусгард, — повторил Факел, — Асгард, что-то из древних мифов. А ты, наверное, Валькирия?
— Быстро схватываешь, ковбой. А мои воины — вайкинги. И знаешь, что ждет их после смерти в бою?
— Вальгалла?
— Это работало в древности на Земле, работает и сейчас на Аубере. Но жители Эусгарда идут за мной не ради красивого посмертия. Они создают свой дом.
— Значит, ты подобрала к ним ключик… — задумчиво промолвил Факел. — А что если я попрошу показать мне, что у тебя получилось?
Валькирия чуть помедлила, улыбаясь. Затем встала.
— Пойдем!
Они вышли из палатки. Валька направилась к стройке, Факел пристроился рядом, Дженга молчаливо следовал за ними в паре шагов.
— Это будет главный цех, сто квадратов, — презентовала Валькирия, и в её голосе Факел уловил волнение. — Самое важное — установить конвейеры и рельсы, обустроить стойки для формирователей. Тогда можно сразу запускать производство. А крышу и ветрозащитные стены уже ставить потом.
Факел как мог ухватывал детали, сопоставлял со своими знаниями о промышленном строительстве, которые набирал ещё с учебки, расспрашивал о нюансах. Поразительно, как судьба объединила две наиболее интересующие его темы: Валька рассказывает, как строить трапперский завод! Ответы на выбивавшие почву из-под ног вопросы, высказанные самым приятным во Вселенной голосом — это просто выключало его из реальности.
— Слушай, Валь, знаешь, я тоже хочу построить нечто подобное. Мне сдается, нам было бы выгодно объединиться, а?
— Хах, — Валькирия усмехнулась. — У меня уже есть толковый помощник, если ты не заметил, — она положила руку Дженге на плечо. — Эта грудь, — она стукнула его по нагрудным карманам, — не раз закрывала дыры в моей броне.
Факел посмотрел на Дженгу так, будто впервые его видел. Этот молчаливый траппер, будто якорь, вернул его к действительности.
— О, — Факел кивнул. — «Дыры в броне». Понятненько. Но, может быть, есть какие-то ещё дыры, которые…
— Игорь, — Валька упёрлась в него до боли знакомым взглядом исподлобья, в глазах её блестели смешинки.
— Да, прости. Просто это всё так необычайно, я… в шоке просто.
— Если не торопишься, погости у нас. Тем более, ты ещё не поведал свою историю.
Ночевать Факел решил вне вездехода: в кои-то веки вокруг безопасно. Он поставил палатку недалеко (но и не слишком близко) от штабной. Кишикуа расположились вокруг под открытым небом, прокопав себе неглубокие ямки. Траппер поручил им ночью быть настороже, хотя, пожалуй, это было излишне: эбрайлы, если надо, спят чутче сигнальных датчиков. Тем более, в чужом становище.
 
Вот ведь, какой богатый денёк. Надо с этим переспать. И он вырубился, будто ребёнок, нарезвившийся за день до упаду.
Утром Факел долго лежал на спальнике, пережёвывая очищающую пасту. Придется переработать план. Локация А отвалилась, нужно идти к другой. Но сначала — побольше узнать здесь, раз выпал такой удивительный шанс. Факел усмехнулся, удивившись самому себе. Значит, Валька для него теперь лишь возможность научиться строить заводы? А почему бы, собственно, нет? Всё, что между ними было, было давно. Столько всего произошло с тех пор, он изменился, она, поди, изменилась. И нечего бередить душу, ползать тут перед ней. И вообще лучше хотя бы денёк с ней не разговаривать вовсе. А вот с её мужиком, пожалуй, стоит познакомиться поближе, похоже, калач он тёртый.
Едва траппер вышел из палатки, его куцый кулак столпился перед ним, псово-ящеровые морды братились к предводителю. Они ждали распоряжений. Факел мысленно поздравил себя. Видимо, его разговор со здешними вождями добавил очков к его репутации.
— Вот ваше первое задание, бойцы, — сказал он строго. — Смотрите, слушайте, запоминайте. Я хочу, чтобы вы исследовали здесь всё, что вам позволят. А потом вы всё расскажете мне. Ясно?
— Нам ясно, Факел Хуман, — ответил Чепуха, эбрайл, который предпочел ехать с ним в кабине. Вообще-то его звали Черпухоэ, но Факел не мог удержаться от наречения бойца более человекопонятным словом.
Дженгу Факел нашёл на импровизированной спортплощадке. Голый по пояс, тот сосредоточенно крушил обеими кулаками подвешенный мешок с песком.
— Ого, — сказал Факел. — А ты хорош. Видно, что техника не самопальная. На Корабле учился?
Дженга только мельком глянул на него и снова резкими выпадами влепил по мешку.
— Знаешь, я тоже серьёзно занимался, — Факел расстегнул и принялся стаскивать куртку.
Он был на пол головы ниже Дженги и килограмм на 15 легче, не имел мускулатуры качка, как у него, но был жилист и крепок. Недаром старался каждый свободный клочок времени посвящать тренировке (правда, получалось бессистемно и нечасто).
— Хороший тренер был у меня на Корабле, — Факел начал разминаться. — Гонял нас, но, знаешь, не бездумно, а внимательно так за нами следил. Всё подмечал, все наши косяки. Сразу указывал, пояснял как правильно. Однажды я на соревнованиях сектора второе место занял. Из пятидесяти. Обалдел от счастья, когда объявили. А тренер что ж? Распёк меня как щенка. «Ты, — говорит, — можешь лучше!»
Дженга остановился, взял сырое полотенце.
— Ну и что же? Смог лучше? — спросил, вытирая шею.
— Ага, — Факел подошел к «груше». — Разрешишь?
Дженга легко наклонил голову, как бы говоря: «Да ради бога». Факел сделал несколько резких ударов.
— Сектор выиграл. А дальше не пошёл, — Факел подключил к атаке локти. — Профессиональный спорт отупляет. И не ведёт никуда, — он остановился, придержал качающийся мешок. — Тебе случалось бить эбрайлов? Вот так, руками.
— Случалось людей.
— А, ха-ха, тоже хорошо! Слушай, ты меня не считай за противника или, там, угрозу какую. С Валькой мы давно разошлись. У неё есть ты, она за тебя крепко держится. Да и я, — он усмехнулся, — не свободен. Есть у меня женщина, — добавил, возможно, больше для себя. — Ну что, мир? — он протянул Дженге ладонь.
Дженга заканчивая обтираться полотенцем, посмотрел на пятерню Факела, помедлил.
— Ладно, — он наконец пожал руку.
— Ну и ништяк. Нам, трапперам, невыгодно враждовать. Может, контактами обменяемся?
— Шустрый ты парень.
— Хехех, просто довелось хлебнуть дерьмеца. Однажды, например, чуть не стал ужином у бандитов. Спас только звонок другу, который меня забрал. Твари оставили пару автографов, вон, — он провел по голому боку, где виднелось несколько блеклых шрамов.