Ужасно-прекрасные лица (ЛП)
Театральная сцена. Падение Мины. Тёмная фигура, забирающаяся в мою постель. Спокойный голос Кэнди мне в ухо. Я цепляюсь за неё изо всех сил.
Я бросаю взгляд в другой конец комнаты. Пустая кровать Кэнди застелена, простыни сложены, а подушки разложены, как на витрине мебельного магазина.
Помогла ли она мне успокоиться прошлой ночью? Или всё это мне тоже приснилось?
— Санди, ты здесь? — доносится снаружи голос Фэй.
— Заходи, я как раз встаю, — кричу я и свешиваю ноги с кровати, борясь с приступом головокружения.
Дверь приоткрывается, и внутрь просовывается розовая головка Фэй:
— Ты не пришла к завтраку, поэтому я подумала, что зайду проведать тебя...
Она отваживается войти с вежливой осторожностью, как будто не совсем уверена, что ей позволено вторгаться в моё личное пространство, хотя я уже давала ей разрешение. Её сегодняшний наряд такой же мечтательный, как и вчера, глаза и губы посыпаны блёстками. Множество девушек-айдолов пытаются изображать вечную куколку. Продюсеры это поощряют, а фанаты-мужчины принимают "на ура". Но добрый характер Фэй кажется настоящим, в нём нет ничего наигранного или искусственного, и я узнаю в нём то же приветливое очарование, благодаря которому стала столь популярна Мина.
В её голосе слышны нотки беспокойства и скрытого разочарования, и тут я вспоминаю, что обещала встретиться с ней за завтраком. Я потираю тыльными сторонами ладоней глазницы.
— Извини, у меня была тяжёлая ночь. Плохо спалось. Голова раскалывается.
— О нет, — она протягивает руку и нежно проводит пальцами по моему лбу, как будто проверяет, нет ли температуры. — Кажется, у меня в комнате есть немного аспирина. Могу сбегать и принести его тебе.
Прежде чем я успеваю ответить, она уже отвлекается, поворачивается на каблуках, чтобы осмотреть комнату:
— Вау, у тебя только одна соседка по комнате? Тебе так повезло! Я живу в одной комнате с тремя другими девушками... но я не жалуюсь никоим образом. Просто я единственный ребёнок в семье, и мне никогда раньше не приходилось делить с кем-то комнату. Ты ведь тоже единственный ребёнок в семье, так что знаешь, каково это?
Фэй такая милая девушка, но с её порхающими мыслями и зашкаливающим энтузиазмом к жизни рано утром трудно справиться.
— Который час? — сонно бормочу я.
— Э-э… — её взгляд беспокойно мечется. — У нас, кажется, остаётся 10 минут до первой тренировки?
— Что?! — я отбрасываю простыни. Часы на тумбочке показывают 8:17. — Блин!
Я ещё даже не распаковала вещи. Ныряю в сумку и начинаю рыться в содержимом. Вот и весь мой план по подбору макияжа и наряда на сегодня, чтобы внешний вид был безупречен и кричал всем соперницам "Попробуйте сравнитесь со мной". Вместо этого я надеваю первые попавшиеся предметы одежды — топик и пару свободных танцевальных штанов — и наношу немного консилера и подводки для глаз. Что делаю неровно.
— Блин!
Раньше у меня были большие проблемы с пробуждением в ходе концертного тура. Возможно, это был стресс, но я обязательно просплю, если не поставлю несколько будильников. Было несколько случаев, когда я чуть не опоздала на рейс, но Кэнди всегда была рядом, чтобы убедиться, что я встану.
Она больше не обязана присматривать за мной.
Мы с Фэй добираемся до танцевального зала ровно за 2 минуты до начала. Зал уже полон, все участницы проекта здесь, они выглядят отдохнувшими и готовыми к работе, кто-то увлечённо болтает, кто-то делает разминочную растяжку, и ни одна из них не выглядит так, будто только 10 минут назад вылезла из постели. Я едва успеваю оставить свою сумку у шкафчиков, прежде чем Юна начинает тренировку.
— Всем доброе утро.
Из глубины зала я вижу Кэнди, которая стоит во весь рост впереди группы, окружённая новыми преданными поклонницами. Почему мне опять больно на душе? Но напоминание ударяет в меня, как раскалённая кочерга между рёбер. Место рядом с ней раньше принадлежало мне.
— Теперь, когда мы разобрались с хореографией, вы разделяетесь для групповых тренировок по исполнительству, — объявляет Юна. — Когда я назову ваше имя, пожалуйста, присоединяйтесь к членам вашей группы для репетиций. Участницы первой группы: Грейс Чжан, Мали Сейлим, Виктория О и Фэй Куок.
— Пожелай мне удачи! — говорит Фэй с наигранным волнением, и я быстро машу ей рукой, прежде чем она вскакивает и присоединяется к другим девушкам.
Глаза бегают из стороны в сторону, пока перечисляются имена, каждая оценивает соседку, спокойно размышляя, кого из конкуренток было бы наиболее ценным или вредным иметь в качестве товарища по команде.
— Следующая группа, — объявляет Юна. — Алексис Тран, Ханна Пак, Санди Ли и...
Я вскидываю голову, когда слышу своё имя.
— ...Юджиния Синь, — заключает Юна.
Вена у меня на лбу подёргивается. Мы в одной группе. С Юджинией.
— У вас два часа на разминку. Руководителей групп выберите между собой, — инструктирует Юна после разбивки по группам. — В конце занятия мы проведём оценку всех групп. Пожалуйста, пройдите в комнаты для занятий.
Танцевальный зал взрывается бурным движением, начинается обратный отсчёт.
Во всяком случае, это будет хорошей возможностью потренировать мышцы щёк, удерживая радостную улыбку, хотя я киплю внутри.
Сначала я замечаю Алексис, её крашеные светлые волосы ярко контрастируют с загорелыми плечами. Она излучает флюиды спортсменки, жительницы Южной Калифорнии, как будто проводит много времени на пляже, играя в волейбол в бикини. Следующей к нам присоединяется Ханна — крошечная девочка-птичка, даже меньше Фэй, с обычным лицом айдола и робкой улыбкой. Я легко вижу её в списке одной из тех мегагрупп, в которых бывает более 50 участниц.
И, наконец, Юджиния Синь удостаивает нас своим присутствием. Она одета по-боевому: укороченная рубашка, подчёркивающая весь её подтянутый животик, и леггинсы, настолько облегающие, что они с таким же успехом могли быть раскраской для тела на бёдрах. Алексис и Ханна обмениваются неловкими взглядами. Уверена, все уже слышали, что мы с Юджинией вчера чуть не вцепились друг другу в глотки. Они, вероятно, одновременно проклинают своё невезение за то, что попали в группу с нами обеими.
— Великолепно, просто великолепно, — смеётся надо мной Юджиния.
— Что тебе не нравится? — вмешиваюсь я. — Я думала, вчера мы перестали быть друг для друга чужими.
— Тебе лучше не портить нам баллы, — она угрожающе тычет в меня пальцем. — Я не собираюсь тратить время на тренировку, поддерживая кого-то, кто, по сути, уже выбыл.
— Напомни мне ещё раз, у кого из нас платиновый сингл? — отвечаю я.
— Ладно, хватит грызться, — вмешивается Алексис, вставая между нами. — Давайте начнём тренировку. У нас всего 2 часа.
Юджиния захлопывает рот, театрально закатив глаза.
"Верно, — злобно думаю я. — Теперь ты не можешь делать мне заподлянки, не угробив при этом и свои баллы".
Не знаю, что имеют в виду, когда говорят "держи своих врагов поближе", но пока это работает в мою пользу.
* * *После того, как мы заходим в одну из небольших студий для занятий, Юджиния немедленно назначает себя руководителем группы.
— Я была в тройке лидеров, так что я должна быть старшей, — заявляет она, гордясь собственной нерушимой логикой.
Ради общего блага я решаю придержать язык и проявить доброжелательность. Не уверена, входит ли это в планы и у Юджинии.
Каким-то образом репетиция проходит хорошо.
Потрясающе хорошо.
Надо отдать ей должное: Юджиния знает своё дело. Она распределяет между нами четырьмя вокал и хореографию, аранжируя и превращая то, что когда-то было сольным выступлением, в групповое.
— Понятно? Ладно, давайте теперь повторим с самого начала.
Юджиния нажимает кнопку воспроизведения, и из динамиков льётся музыка. Только сначала бас и барабаны — глубокое, вибрирующее сердцебиение. Затем каскад потусторонних электронных нот накладывается на вздыхающие струнные, синтез современного и классического звучания. Я не придала особого значения этому треку во время вчерашней тренировки, но, услышав его снова прямо сейчас, он захватывает меня и заставляет влиться в ритм вибраций. Он успокаивает и гипнотизирует. От него кровь течёт быстрее. Музыка циклично закольцовывается, вытекая наружу, а затем сворачивается вновь, как мелодичный уроборос. Это прекрасно.