Руль 2

– Ясно, могу взять в качестве попутчиков, по двадцать камней с носа за сутки. Жратва и жильё – ваши проблемы.
– Ладно, – внезапно включила заднюю Гюрза. – Но учти: если передумаешь, наши услуги вырастут в цене.
– С какого это я должен передумать? – ухмыльнулся Фельдшер.
Гюрза не ответила. Мы вместе выбрались на улицу, после чего быстрой походкой затерялись в лабиринте складов. И только свернув за пятый угол, подруга остановилась и с ехидной рожей выудила из-за пазухи знакомый блокнот.
– Фигасе! – удивился я, – Когда ты его свистнуть-то успела?
– Ловкость рук и никакого мошенничества, – крылатой фразой ответила она, при этом листая страницы. – Ага, вот оно.
– Что-то мне подсказывает, до добра это дело не доведёт. Ты не станешь никого убивать?
– Я, по-твоему, кто? Просто спеленаем парочку кандидатов и с невинным видом дождёмся каравана Фельдшера.
– Вот объясни мне, дураку, за каким хреном нам все эти сложности? Чем плох вариант с попуткой? А ещё лучше – с личной машиной, которая у нас, к слову, имеется.
– Нужно, чтобы нас кое-кто заметил, – поморщилась Гюрза.
– Это я уже и без тебя догадался. И чьё же внимание нам так необходимо? Надеюсь, не Мазая?
– Сплюнь и не произноси всуе… Скоро ты сам всё узнаешь.
– Так сложно ответить? Или ты боишься, что я нас сдам?
– Нет, просто не хочу спугнуть удачу.
– Вот ты прям бесишь иногда своими закидонами.
– Короче, Руль, мне кажется, что Кот сказал нам не всю правду.
– О чём ты?
– Я думаю, что их агент тоже наткнулся на мёртвого Смита, а то и вообще появился там после меня.
– С чего такие выводы?
– Во-первых, мы ещё живы, и вряд ли дело в том, что торговый союз нуждается в наших услугах. А во-вторых, Смит собирался продать им камень, так какой смысл его убивать в момент сделки? Те инструкции были написаны вовсе не от хреновой памяти. Сомневаюсь, что о такой закладке вообще можно забыть.
– Только не говори мне, что одержима поиском настоящего убийцы.
– Репутация, Руль, запомни это слово. – Гюрза назидательно подняла палец.
– Ладно, но в чём смысл всех этих манипуляций?
– Чтобы нас как следует запомнили. Ты хоть представляешь, сколько людей еженощно проходит через этот форт? Нам нужно как-то выделиться на их фоне.
– А разве он не может отыскать нас по тому же принципу, которым воспользовались мы в комендатуре?
– Да, но это ему даст только то, что мы здесь останавливались. А я хочу, чтобы он точно знал, в какую сторону мы ушли. Я вообще подозреваю, что торговый союз занимается тем же самым, играя нас втёмную. А я очень не люблю такие процедуры.
– Не нравится мне всё это, – поморщился я.
– Согласна, мне тоже не в кайф, но этого говнюка необходимо убрать прежде, чем мы доберёмся до камня. Ладно, пойдём-ка ещё раз до комендатуры, хочу посмотреть на портреты кандидатов. По одному только имени мы их до второго пришествия будем искать.
 
Глава 4
 
Меры воспитания
Дверь в администрацию оказалась закрыта ввиду окончания рабочего дня. С охранником договориться не получилось, да и смысл, если нужный нам человек всё равно отсутствовал. Естественно, Гюрзу это не остановило, и вскоре мы уже пытались отыскать его методом общения с барменами в различных питейных заведениях. Заодно умудрились договориться о работе с ещё одним караваном. Не уверен, но мне показалось, что это было частью плана подруги.
Ночь уже подходила к концу, и форт постепенно заполнялся людьми, когда мы наконец выяснили адрес одного из кандидатов в караван Фельдшера.
– Ты уверена, что нам оно так необходимо? – спросил я, когда мы вошли в гостиницу. – Мы вроде как уже с другими договорились.
Не самое приличное место в форте. Располагается на отшибе, к тому же прямо у вышки с пулемётным расчётом. Понятия не имею, как жильцы умудряются уснуть под этот грохот. Зато ценник за день составляет всего три камня. А за один прозрачный вахтёр пропустил нас внутрь без единого вопроса.
В коридорах воняло перегаром, табаком и рвотой. Такое ощущение, будто мы попали в притон с бомжами. Для полной картины не хватало только пьяных тел, валяющихся прямо на полу. Но и день ещё не начался, так что, возможно, всё впереди. Даже тот хостел, где меня обокрали в первый же день, выглядел в разы презентабельнее.
  
– Надо, Руль, – ответила подруга. – Таких козлов надо учить.
– Может, тогда Фельдшеру рожу-то разбить?
– Не, слишком очевидно.
– Да, а здесь мы прям сама конспирация, – усмехнулся я. – Вахтёр наши хари срисовал, да и догадаться, чьих рук это дело, будет не так-то сложно.
– Ты так ничего и не понял, – вздохнула Гюрза и остановилась у двери с нарисованным краской номером «28». – Кажется, здесь.
– Стучаться будем?
– А как же, – ухмыльнулась Гюрза. – И даже доброго утра пожелаем. Так, скройся за створкой, чтоб тебя в щель не было видно.
Я слегка отстранился, а девушка несколько раз ударила костяшками пальцев по створке. Некоторое время ничего не происходило, и когда она собиралась повторить процедуру, из-за двери раздалось хриплое:
– Кого там черти принесли?
– У меня послание от Фельдшера, – ласковым голосом произнесла Гюрза.
Я криво ухмыльнулся, потому как мне подобный тон не доставался даже после хорошего секса. Впрочем, мне нравились наши с Гюрзой отношения, любой нормальный мужик может о таких только мечтать. Мозг не выносит, требований минимум, а в постели вытворяет такое, что фильмы для взрослых нервно курят в уголке.
– Чё там?
Дверь слегка приоткрылась, и в щели нарисовалась небритая, опухшая от чрезмерного употребления алкоголя рожа.
Гюрза прямо с места нанесла прямой удар ногой в створку, снося мужика с копыт. Раздался грохот падающего тела, а подруга и не думала останавливаться. Она скользнула внутрь и принялась методично избивать человека, которому не повезло занять наше место в караване.
Мне эта затея нравилась всё меньше, а когда Гюрза целенаправленно сломала мужику руку и собиралась проделать то же самое с ногой, я подхватил её за талию и вытянул обратно в коридор. Девушка брыкалась, пыталась меня пнуть, но я и не собирался её долго удерживать. Как только она оказалась за пределами номера, я поставил её на пол и занял место в проёме.
– Отойди! – прошипела Гюрза.
– Нет, – спокойным голосом произнёс я. – С него хватит.
– Слышь, козлина! – крикнула в приоткрытую дверь Гюрза. – Если увижу тебя завтра у Фельдшера, я тебе яйца отрежу! Понял?!
– Да пошла ты, мразь! – вернулся ответ, и мне пришлось отступить, чтобы не оказаться на полу рядом с этим бедолагой.
Мужик явно не понимал, с кем связался. Точнее, на кого напоролся. У Гюрзы с тормозами вообще плохо, и я в очередной раз в этом убедился, когда раздался влажный хруст берцовой кости. Мужик взвыл от боли, за что получил ботинком в лицо. А я всё ещё не понимал, зачем мы это делаем.
Ну допустим, покалечит она водилу… И что? Микс поставит его на ноги в считаные секунды. Запугивать кого-то в Мешке ещё более бессмысленное занятие, потому как люди здесь сталкиваются с опасностью чаще, чем ходят в туалет. Однако Гюрза продолжала экзекуцию, заставляя мужика скулить от боли.
Само собой, наше занятие не осталось без внимания, и вскоре распахнулась дверь в номере напротив.
– Да вы задрали уже! – рявкнул недовольный тип с помятой спросонья рожей. – Можно как-нибудь ваше мероприятие на улицу перенести?!
– Закрой хайло! – вернула ему подруга.
– Я те щас очко ботинком закрою! – не менее дерзко ответил тот.
– Чё ты там вякнул?!
Конфликт обещал перерасти в массовую потасовку, но на удачу, в ситуацию вмешался вахтёр. Для усиления эффекта, а так же с целью привлечь всё внимание к себе, разговор он начал с выстрела. А в замкнутом пространстве грохот двенадцатого калибра работает как надо. К слову, стрелял вахтёр холостым, но, переломив стволы, показательно заменил патроны, намекая, что теперь там находятся боевые.