Ева Моя (СИ)

— Хорошо. Только не сбегай больше, — усмехнулся я из всех сил стараясь сохранять спокойствие.
— Нет! Что ты! Так просто ты от меня не отделаешься теперь. Завтра я тебе обязательно позвоню, — она легко поцеловала меня и мы направились к дому.
Зашли в дом. Демид и взволнованная Яна ждали нас внизу.
— Ева, доченька! — она обняла Еву.
Я поздоровался с Яной, пожал руку Демиду. Пообщался с ним взглядами о том, что предстоит разговор и покинул их дом.
Сел в машину Марка на переднее пассажирское сиденье и мы двинулись в сторону города. Какое-то время ехали молча. Я не собирался оправдываться и что-то объяснять Марку. Начала разговора ждал от него.
— Что дальше? — спросил он крепко сжимая руль и глядя на дорогу.
— Пока Ева учится, будем жить в Германии.
Марк скосил на меня глаза, а потом снова вернул взгляд на дорогу.
— А что с бизнесом?
— Буду управлять оттуда. А для того, чтобы на месте тоже были управленцы, создаю Совет Директоров. Сейчас активно этим занимаюсь. Демид помогает.
— А я думаю, что за движ у тебя в компании? Перестановки кадровые, люди новые. А это из-за Евы моей кипиш? — усмехнулся он снова скосив на меня взгляд.
— Ну да. На расстоянии отношении она не захотела. Да я и сам не согласен был. И пока ей надо учиться, принял такое решение. А там видно будет.
— Да. Был у нее печальный опыт, — начал было Марк. Потом осекся не зная можно ли продолжать.
— Я в курсе. Так ее этот опыт впечатлил, что она даже попыталась бросить меня, сославшись на расстояние и все такое.
— Так это от тебя она бежала в начале учебного года, аж пятки сверкали? — снова засмеялся он.
— Все планы мне поломала. Но я не мог отказать. Пришлось везти ее на учебу на два дня раньше.
— Да. Попыталась.
— Ну говорю же, опыт был неприятный у нее. Вот и решила, наверное, ударить в этот раз первой. Хоть и душа в ошметки (видно ведь было, что тосковала сильно по кому-то), зато гордость сохранить. В прошлый раз по ней вся эта история словно катком прошлась. Еле собрали.
— У нас все по-другому.
— Хочется верить. Ты все-таки взрослый мужик. А не карьерист и мамкин подкаблучник.
— Ну нет, — усмехнулся. — Наигрался я уже в эти бизнес-игрушки. Теперь другие приоритеты совсем.
— Только учти, — Марк снова стиснул зубы, — Ева не игрушка. Куда бы ни сместились твои приоритеты.
— Дурак ты, Марк! Хоть и умный до жути!
— Будет у тебя дочь, я на тебя посмотрю, каким ты умным и сдержанным будешь, — хмыкнул Марк.
— Да уж, я заранее не завидую всем ее ухажерам. С таким-то отцом как я и дедом как ты.
Мы как раз остановились на светофоре. Марк повернулся ко мне, внимательно посмотрел:
— Даже так?
— Ну а как? Я же сказал, что все серьезно. И я ее люблю. Поэтому только так.
Марк хмыкнул.
— Только может не так сразу? Пусть доучится.
— Ну нет, конечно. Пусть доучится. Определимся окончательно где жить будем. Тогда уже можно задуматься. У нас только-только все наладилось. Не будем торопить события.
— Да, ты прав. Но помни всегда, что у нее есть я. И если обидишь… — Марк с силой снова сжал руль.
— Конечно. Забудешь тут. Но ты тоже помни, что у нее есть я. И если обидишь…
Мы засмеялись, почувствовав наконец, как стало спадать напряжение.
— А вообще спасибо, Марк. Отличную дочку вы вырастили с Яной. Умную, чуткую. С глубокими взглядами и высокими, достойными целями.
— Береги ее. И помни… — поиграв бровями и уже улыбаясь сказал Марк.
Подвез меня к дому и направился к себе. Я же поднялся в квартиру. Первым делом сходил в душ. Вспомнил, что ни ел ничего практически с самого утра, поэтому с удовольствием заглотил почти весь сырный пирог, который приготовила вчера Ева. Прошел в гостиную, налил себе виски и уселся в кресло рассматривая вечерний город, который маленькими живыми огоньками мерцал внизу, выстраивая витиеватые дорожки, разбегающиеся в разные стороны.
Заглянул в соц сети. Все тихо, спокойно. Открытие выставки прошло успешно. Гимнастки произвели фурор. Многие модели автомобилей вызвали живой интерес.
 
Набрал коллегам. Они подтвердили, что все хорошо. Фуршет прошел на высшем уровне. В последующие дни выставки ожидают большой наплыв посетителей. Хорошо. Этот момент можно отпустить и не волноваться.
Ева… Не знаю. То ли я слишком самоуверен. То ли просто уверен в Еве. Но я не боялся, что она опять выкинет какой-нибудь фортель, подобный побегу в Германию.
Да, ситуация неприятная. Предстоит очередной взрослый разговор. И в этот раз говорить должен буду я. Рассказать, объяснить. Попросить прощения за эту стерву. Ну надо же такое устроить! Столько времени не пересекались и тут такое! С кем она, кстати, пришла на выставку? Вход на открытие был только по пригласительным. И зачем она все это устроила? Увидела, что появился кто-то, кто действительно дорог мне? И снова решила лишить меня всего? За что она меня так ненавидит? А впрочем, без разницы. Надеюсь, больше она к нам, к Еве в особенности, не посмеет приблизиться — Марк был очень убедительным, когда обещал ее прикопать, если еще раз сунется к Еве. Усмехнулся, вспомнив как вытянулось ее лицо, когда она услышала, что Ева — дочь Марка. К которому она так недвусмысленно прижималась всеми своими выпуклостями…
Ева. Маленькая моя. Держалась достойно. Смогла дать отпор этой зубастой пиранье. Сумела за себя постоять. Но все равно. Я должен оградить ее от всего этого. Уберечь от подобных ситуаций. Надо продумать, кто еще из моего окружения, бывшего и нынешнего, может создать подобные неприятные ситуации и предотвратить.
И да… Статус жены уже во многом оградит мою женщину от домыслов, сплетен и всей этой грязи, которая может политься от завистников и просто злых языков…
  
Глава 13
 
ЕВА
Если вдруг дожди, а в сердце рана
Я в твой дом войду как двери храма
Ты меня поймешь опять
Слова мне не дашь сказать
Ты всегда была со мною мама
Вчера я так и не вышла больше из комнаты. Сначала отходила от шока. Надо же, как сильно меня зацепила эта ситуация! Не то, чтобы мне было больно или я ревновала. Нет. Просто как-будто получила удар в солнечное сплетение и невозможно сделать вдох. И не знаешь, как сделать выдох. И полностью дезориентирован в пространстве.
А потом снова началось самоедство. За то, что показала свою слабость. За то, что так открылась и пропустила удар. За то, что как малолетка сбежала к маме вместо того, чтобы обсудить все и выслушать Валика. Ведь он хотел поговорить. Эти мысли просто разъедали меня изнутри. И не знаю, до какого состояния я бы себя довела, если бы ко мне не поднялась мама.
Бесшумно зашла. Молча присела на край кровати. Взяла мою ладонь в свою и долго сидела нежно поглаживая руку.
Я же сначала просто лежала и смотрела в одну точку. А потом слезы как-то сами покатились из глаз. Мне было жалко себя. Стыдно перед Валиком. Неудобно перед родителями. Слезы катились и катились, пока я не начала всхлипывать, а потом и вовсе заплакала навзрыд.
Мама по-прежнему молча гладила меня по голове, спине, плечам. Безмолвно утешая меня и ожидая, когда ко мне придет освобождение от тяжелых эмоций и я смогу поговорить. От этой молчаливой поддержки мне действительно стало легче, уверенней, уютней. Я успокоилась, положила голову ей на колени и начала говорить…
О том, как познакомились и я в спешке сбежала от него. Как встретились снова. О моих сомнениях и страхах. О том, какой он невероятный. О том, как влюбилась. А затем, испугавшись, снова сбежала. О том, как нашел. О том, сколько делает для меня. Как попросил выступить на открытии выставки. О том, как планировали приехать вместе в гости после нее. О его бывшей и розах… И о том, как снова сбежала…
Говорила, говорила, говорила. Слезы высохли. Появилась какая-то легкость внутри. Как-будто я действительно освободилась от чего-то тяжелого.
Мамочка выслушала меня. А потом, убедившись, что я закончила, начала говорить сама.