Лесная ведьма (СИ)
И был ещё один важный аргумент не возвращаться в отряд – Мирна. Среди воинов она будет считаться всего лишь дополнительной добычей, и на его слова о том, что она обладает поразительной силой, не обратят внимания. И тогда…
Он заставил ездовых змей далеко кругом обойти отряд своих и так же, стороной, мчаться в родное поселение. Когда ездовой змей под ним показал первые же признаки усталости – такие незаметные, что только он, чувствительный, мог услышать их, Айас остановил обоих и пристегнул женщину ко второму – так, чтобы она не могла и рукой шевельнуть. И послал змей на той же скорости далее…
Небольшой птицы отчётливо хищного силуэта, летевшей следом, он не видел, потому что ни разу не догадался посмотреть не только назад, но и в небо…
…Теперь, когда они вернулись, Мстислав яростно принялся за дела с артефактами, которыми они собирались остановить нелюдей, если только те осмелятся поджечь лес. Лесной хозяин, так неожиданно вернувший их в избу лесничего, ранее казавшийся лишь сказочным героем и внезапно ставший соучастником, произвёл на всех на них сильное впечатление. Пусть он невидим, но намёками и прямым указанием, что делать, а чего не делать, он жёстко себя проявил.
Так что маги, совместно со школярами, быстро вынули из плащей всё необходимое, осмотрели и подвели итоги: ещё несколько артефактов – и можно крадучись идти к опушке и расставлять их, чтобы устроить заграду огню.
- Берём с собой Макса, Злюку, - начал перечислять Олег.
- Почему фамильяров? – возмутился Глеб. – А мы?
- Дара слишком травмирована тем, как погибали вокруг неё люди, - объяснил Мстислав, искоса взглянувший на девушку-мага, которая сидела на нарах возле печи. – С нами идёт также Матвей. Вы с Юрием остаётесь в доме.
Поморщившись на его «вы с Юрием», школяр насупился и задумался.
- А почему не я?
- Ты всего лишь практикант, - отозвался Олег. – Мы не имеем права требовать от тебя принимать участие в боевых выходах.
- А если я буду настаивать? – буркнул Глеб. – Ведь вам всего лишь надо расставить артефакты по краю леса.
- В темноте, - заметил Олег и вздохнул. – Жаль, что езженая дорога сюда обходит лес. Может, наши бы приехали раньше. Тогда бы мы действовали несколько иначе. Всё? Закончили? Собираемся.
Глеб немедленно встал и без слов принялся помогать старшим магам.
В единственный плащ, который до сих пор был заменой обыкновенному мешку, маги снова положили всё необходимое для защиты леса. За это время Матвей не только успел растопить печь, но и сварить бульон из зайца.
Фамильяры побежали впереди магов. В их задачу входило разведать путь впереди. Три мага и один дозорный спешили следом… Мстислав бежал вместе со всеми, и сердце тяжело билось в груди, едва он вспоминал ведьму. Что теперь с нею будет…
…Две ездовые змеи скользнули в песчаный дворик при доме Айаса и, выдохнув, распластались на нём. Он, покачиваясь от напряжения (в таком состоянии – с больной спиной, сидеть даже в удобном седле трудновато), спустился со своего и подошёл к змею, на котором лежала Мирна. Только расстегнул на ней ремни, которые удерживали её на змее, как она медленно поднялась и недоверчиво огляделась.
- На, - велел ей Айас, протянув руку помочь спуститься с ездовой.
Растерянно оглядываясь вокруг, Мирна приняла руку шамана и чуть не съехала со змея, хлопая глазами на увиденное. Она пришла в себя ещё в дороге и теперь пыталась понять, зачем Айас её похитил.
Дом нелюдя оказался на отшибе от основных домов поселения. В отличие от них, землянка с насыпью (не нора – как говорили!) пестрела различными, трепетавшими на сухом ветру тряпками и шерстяными то ли лентами, то ли просто шкурками. Приношения шаману от страждущих?
Когда Мирна поняла, что он привёз её не к своему отряду, а именно домой, приняла положение, при котором – им обоим повезло, что его дом довольно далеко от других. Судя по всему, Айас не хотел, чтобы знали о его возвращении, и ведьма, честно говоря, приветствовала это его нежелание.
Когда она укрепилась на ногах, застывших от непривычной поездки на неудобном для неё «транспорте», и с опаской отступила от ездового змея, спросила:
- Зачем ты меня сюда привёз?
И тут она слегка удивилась. Ей почудилось, что шаман, как ни странно, понял её от первого до последнего слова. Но не ответил, а лишь стукнул в спину – не больно, а толкнул, показывая, что она должна войти в его дом. Она подчинилась. Пока что ничего страшного она не чувствовала... До двери оставалось несколько шагов, когда она чуть не вздрогнула, услышав сверху краткий клёкот и свист стремительно пролетевшей птицы.
Головы поднимать не стала. Только погладила ноющий от недавнего удара затылок – и догадалась, каким образом она потеряла сознание.
Янис умный. Сам сообразит, что она поняла – он здесь.
Перед дверью замешкалась – вроде не знает, открывать как. Дверь тонкая, из неплохо обработанных досок. Здесь, наверное, всегда тепло?
Айас, стоявший близко за спиной, торопливо (боялся, что соплеменники увидят их?) рванул дверь на себя и втолкнул ведьму в дом. Она чуть не упала – шаман забыл или не удосужился предупредить, что внизу довольно высокий порог. Успела вцепиться в косяк двери и выпрямиться.
- Айас? – спросил удивлённый женский голос. – Ты привёл добычу?
Мирна ахнула: невидимая из-за темноты женщина говорила на обычном языке, разве что несколько растягивая некоторые звуки. Шаман и здесь обманул!
- Я привёл целительницу, - объявил нелюдь и, взяв Мирну за руку, подвёл её к дальнему углу небольшого помещения.
Всмотревшись, ведьма нахмурилась: женщина сидела на краю топчана с двумя детскими фигурками, лежавшими на нём.
- Айас, - строго сказала ведьма, - я сейчас сотворю свет – посмотреть, что тут.
Женщина, которую она не могла разглядеть, немедленно подняла руку к глазам – закрыть от внезапного света. Но ничего не сделала, чтобы уберечь глаза детей. Мирна начала подозревать, что дело как раз в зрении. Если дети не спят.
Когда на её пальцах вспыхнул огонёк, она молча принялась разглядывать детишек лет пяти-шести – мальчиков, которые лежали так замерев, словно затаились от врага. Потом, глядя на женщину, ведьма сказала:
- Меня зовут Мирна. Встань. Я сяду на твоё место, чтобы разглядеть получше.
Шаман кивнул женщине, и та послушно встала. Не успела Мирна присесть, как услышала слабый вскрик женщины:
- Айас! Твои глаза!
Ведьма только усмехнулась, оглянувшись на обнявшуюся пару, и с огнём в руках склонилась над детьми.
Глаза обоих открыты – и у обоих же серели гнилые бельма без малейшего напоминания, что они когда-то были зрячими…
- Айас, как давно они ослепли?
- Наше племя недавно переехало в эти края – поближе к той силе, которую мы используем для войны. Как только мы здесь оказались, многие стали жаловаться, что чаще стали болеть. А некоторые беспокоились, что зрение уходит.
- Но ведь ты-то с рождения был?.. – недоговаривая, напомнила ведьма – и поняла, в чём дело.
Всё правильно: к источнику здешней силы сначала ходили только шаманы, а теперь сюда, на место погибели, переехало целое племя – и постепенно умирает. И никакими чистыми пленниками им не помочь.
- Ты можешь их исцелить? – жёстко потребовал ответа шаман.
- Нет! – так же жёстко ответила ведьма. – Вам нельзя было переезжать сюда. Сила, которой вы поклоняетесь, уничтожает вас. Пока вы живёте на этом месте, моё исцеление будет напрасным. Сколько бы сил я ни вкладывала – им никогда не стать зрячими.
- Но мне ты помогла! – отчаянно проговорил шаман. – Помоги и моим сыновьям!
Она встала и заглянула ему в глаза. Оба сияли голубым небом даже в темноте этого странного для неё жилища.
- Я помогла тебе в лесу. А лес – чистое место… Там, на дворе, две ездовые змеи, - негромко сказала она. – Собери своё семейство – и отвези нас назад, в лес. Только там, среди чистой силы, с помощью чистой силы я сумею помочь твоим сыновьям. Иначе – никак, Айас.