Я (не) ваша Лия! (СИ)

В груди все замирает от ужаса, когда вместе с рыночной толпой нам навстречу приближаются переодетые агенты с глазами острыми и цепкими, как крюки. Взгляды их скользят и по моему лицу, но, не признав во мне Всадницу, они нас минуют.
С облегчением выдохнув, мы беспрепятственно добираемся до дома, откуда планировался эфир. К тому моменту мне уже известно: дома учеников Магдалены рассосредоточены по всей стране, будто магиня предвидела грядущее и заранее готовила основание для происходящего ныне. Женщина возвращает мне изначальный облик, а дальнейшее протекает по накатанной колее.
Над ратушей снова вырастает моя огромная голограмма. Провожу короткий ликбез, раскрывая мотивы лордов и нюансы добычи энергиуса. Но на сей раз реакция народа превосходит все мои ожидания! Как только моя речь подходит к концу, разгоряченные люди орут:
— Что нам делать, Всадница?
— Покажись нам и мы последуем за тобой!
— Веди нас!
— Мы готовы восстать против лордов!
Я уже собираюсь, как обычно призвать дракона, чтобы самолично явиться людям, как вдруг моя свекровь хватает меня за руку и неуверенно бормочет:
— Стой! Что-то не так! Мужчины, которые громче всех ратуют за Всадницу… Их не трогают агенты…
Магиня прикрывает глаза, мышцы ее лица каменеют от напряжения, на коже выступает пот. Наконец, она напряженно шепчет:
— Это западня!
Женщина едва заметно меняет положение рук, и с городской ратуши исчезает мое три дэ изображение. Через пару минут с соседнего дворика вздымается голограмма, один в один изображающая меня и Карниллиуса. Эта три дэ версия меня и дракона несется на площадь, натурально размахивая крыльями, и без устали наворачивает круги над ратушей. Когда фейковый ящер спускается чуть ниже к земле, на него вдруг падают из ниоткуда светящиеся неоном сети. Пролетев сквозь изображение дракона, эти сети обрушиваются вниз, прямо на задранные к небу головы зевак. Среди попавших в ловушку раздаются возмущенные крики, которые перекрывают не менее разгневанные вопли близстоящих горожан:
— Ее здесь нет!
— Это обман!
— Все выступления — ложь!
Ментально я призываю Карниллуса, подспудно надеясь, что у магов не припрятана в рукаве еще одна ловушка. Учитывая царящий в стране дефицит магии, навряд ли… Магдалена меня на сей раз не останавливает, лишь жадно всматривается и вслушивается во что-то, происходящее не здесь. Вскоре вместе с драконом мы взлетаем и парим над площадью уже в реальном, самом что ни на есть правдивом режиме. Когда Карниллиус спускается пониже, кричу:
— Я не обманывала вас, добрые левийцы! Как видите я, Всадница, способна предвидеть хитроумные ловушки коварных магов. Откажитесь от войны и я гарантирую вам поддержку драконов и ваших фрийских соседей!
Прощальным аккордом, как водится, Карниллус зрелищно поджигает городскую плаху, и мы улетаем в закат.
Итак, подведем итоги. Всего лишь несколько выступлений — и народ бурлит по всей стране, готовясь взорваться, как банка сгущенки.
Однако революции мне совершенно не хочется. Обычно, восстания сопровождаются хаосом и никому не нужными жертвами. Поэтому теперь мне надлежит убедить левийское правительство добровольно-принудительно снять свои полномочия.
При мысли об этом заранее стрессую. Ведь убедить народ не воевать не так уж и сложно, — кому из среднетипичных граждан захочется рисковать своей шеей ради чужих кошельков? — а вот заставить отступить зажатых в угол лордов и магов — это совершенно другой уровень переговоров.
Я долго размышляю над тем, что делать и, в конце концов, убеждаю Фредерика пойти на немалые уступки. От лица фрийского правительства обещаю лордам неприкосновенность их жизни и имуществу, если они согласятся незамедлительно оставить свои позиции.
С моей точки зрения, это невероятно щедрое предложение! Ведь я предлагаю им избежать наказания за совершенные преступления, и даже не отбираю награбленного, что позволит им остаток жизни провести припеваючи.
Это как ограбить федеральный банк, и расслабленно, не спеша, с одобрения полиции переехать в другой штат, чтобы начать все с чистого листа, имея на руках миллиарды баксов.
 
Как ни удивительно, в ответных письмах, доставленных креаками, лорды имеют наглость торговаться:
— Ты же не будешь против воспользоваться нашим огромным опытом, высокочтимая Всадница?
— Ни один чужак не посоветует тебе, как удерживать в узде местных простолюдинов!
Лорд Велиран в своем послании опускается до банального шантажа:
— Если ты будешь столь бескомпромиссна, мне придется поведать людям о том, что Всадником мог стать только иномирянин. Полагаю, левийцев не обрадует новость о том, что их обожаемая Всадница — иномирянка.
Отвечаю, что пользоваться опытом их лживого правления, очень надеюсь, мне не придется. Новость же о моем иномирском происхождении они могут обнародовать в любой момент, после чего эта тема благоразумно забывается лордом Валираном.
Я уже давно поняла, что попаданцев здесь отлавливали исключительно для того, чтобы не допустить их к пульту управления страной. А значит, лорды шли против древних пророчеств, исполнения которых так жаждал народ. Вот и к гадалке ходить не надо, чей рейтинг понизят лорды оглаской сего факта.
Пока идет переписка, на границе собирается немалое фрийское войско. Над левийской же армией, неуклонно мельчающей в связи с дезертирством солдат, то и дело парят драконы, время от времени изрыгая из пасти мощные струи огня. Разумеется, все мимо цели, и все же ряды солдат продолжают редеть.
В результате столь неутешительных событий, лорды соглашаются на предложенные условия, понимая, что козырей у них не осталось.
Местом встречи для подписания договора назначается Белый Храм, что кажется мне весьма символичным. Мой путь в этом мире начался со служения в Белом Храме. Логичным кажется, что для завершения некого этапа новой жизни и перехода на следующий, мне необходимо вернуться сюда же.
Мы собираемся в роскошном приемном зале, в котором я не раз трапезничала с верховным магом. Король Фредерик, Ивар с Магдаленой и, разумеется, я представляем Фрию. С левийской стороны сюда пожаловали совет вычурно выряженных лордов, от блеска одежды которых уже рябит в глазах, и делегация облаченных в черное магов. Лорд Велиран и верховный магистр изрядно задерживаются, но, по словам их замов, обещают прибыть с минуты на минуту. Задержка верховного мага кажется тем более странной, что Храм — его вотчина.
Пока мы ждем опаздывающих, в который раз перечитываем договор, оформленный на тонкой, пожелтевшей бумаге. Его условия были тщательно продуманы, заранее подготовлены и одобрены обеими сторонами. Я лично проверила каждую буковку и, — спасибо первому курсу юридического! — подправила некоторые сомнительные формулировки.
Если по существу, наше соглашение вещает о том, что с сегодняшнего дня в стране меняется государственный уклад: власть в Левии переходит Ивару и Магдалене, а всем полномочиям совета лордов наступает конец. Лорды и маги обязуются никоим образом не мешать новому правительству, напротив, обещают всячески его поддерживать. В то же время новое правительство отныне не имеет права требовать возмещения за ошибки старого, а также обязуется оставить жизнь и имущество, принадлежащее тем к настоящему моменту.
Этот договор предполагается скрепить кровью, что означает: в случае отступления от клятвы клятвонарушителя ждет смерть.
На наших шеях висят мощные защитные амулеты, лично заряженные Магдаленой. Любая агрессия, и магического, и физического характера, не причинит нам никакого вреда, зато вернется трехкратным бумерангом к источнику. Судя по тому, с каким трепетом левийские маги поглаживают свои бирюльках на шеях, они тоже пришли под защитой.
Несмотря на это, обе стороны напряжены — ведь пока договор не подписан, может случится все, что угодно.
Чем дольше мы ждем лорда Велирана и верховного мага, тем сильнее у меня холодеют руки. От нервов всегда так. Здесь нет часов, однако ноги уже ноют от долгой ходьбы. Сидеть я не могу — лишь вышагиваю, как заводная по мраморным плитам, собирая раздосадованные взгляды присутствующих. Иногда приближаюсь к столу, хватаю документы и перечитываю их в сотый раз, пытаясь выловить в них незамеченные до сих пор подводные камни.