Семь Нагибов на версту часть 3 (СИ)

Сыто откинувшись на спинку стула, дамочка довольным взглядом посмотрела на меня, облизнулась и слово молвила голосом человечьим:
— Меня зовут Гугуша, а это моя сестра Жасмин. Мы пришли за помощью. Завтра в этом городе состоится ритуальное жертвоприношение, когда в угоду мрачным демонам Джаханнама — Ада по-вашему, — будут принесены в жертву пятьдесят женщин и детей. Помогите нам, благородный господин, — встав, она сложила руки лодочкой на уровне груди и поклонилась.
Ее сестра проделала то же самое. Так они и застыли немым укором мне, потому как помогать не хотелось, но и не помочь я не мог.
— Рассказывайте, — тяжело вздохнув, я приготовился слушать.
 Глава 23 
Глава 23
Сегодня обычный день. Идет дождь. Самое время, чтобы умереть.
— Как я уже и сказала, меня зовут Гугуша, а мою сестра Жасмин. Наш город Ашрон стоит на землях барона Чифра аль Кудаха, злобного мерзкого и противного старика. Детей у него нет, своих жен, по слухам, он давно свел в могилу. Одна радость — до недавних пор он сюда и носа не казал, обитая где-то в центре империи. Но три года назад все резко изменилось.
Он вернулся, и не один — с ним было еще человек десять. Все солидные, при охране. А потом стали в городе и окрестностях пропадать люди. Сначала это было не особо заметно — территория у нас большая, глухая — лес рядом, да и не сильно мы интересуемся тем, что происходит вокруг. Но сначала один человек, потом еще и еще, несколько горожан забили тревогу и… пропали. Будто и не было их. Родственники, казалось, что-то знали, но молчали, испуганно отнекиваясь от любых расспросов.
Особо активные попробовали обратиться к страже — догадываешься, что стало с обратившимися? Писали и в Москву — тех, кто писал, постигла та же участь, что и тех, кто искал правду у стражей. У барона есть связи везде, включая столицу. Из региона не выехать — мы же тут как бы на отшибе находимся, все у барона на контроле.
Уверена, о том, что вы приехали, ему уже доложили, и за вами следят. Если бы вы не были магами, я бы кричала вам, чтобы вы уезжали отсюда как можно быстрее. Хотя, возможно, уже поздно — вас вполне могут не выпустить, после того, как вы поговорили с нами, — виновато опустила она голову. И тут же вскинулась, услышав наш смех.
— Ямир, он тебя не выпустит, ой, не могу, — закатывалась Этери.
— Вшивый провинциальный барончик попытается задержать графа Нагибина! — заливаясь смехом, сдала меня Соль.
Вот не умеет ушастая держать язык за зубами!
— Вы… — Гугуша шарахнулась так, что едва не упала со стула, — … НАГИБИН!!!
— Ямир Ярославович, к вашим услугам, — привстав, я чуть поклонился.
— И вы… Вы едете к пограничным столбам через наш город⁈ Сестра, мы спасены!!!
— Так, лошадей не гоним, в альтруизм я не верю, поэтому хочу знать, в чем ваш интерес.
— У них наша сестра, — злобно хрустнула пальцами Жасмин. — Поехала к тетке в деревню — там ее и взяли. Хорошо, нашлись те, кто видел, как ее запихнули в машину люди барона. Но у нас был шанс ее вернуть — достаточно было заплатить начальнику стражи, и ее бы отпустили. Но таких денег у нас нет, вот и пришлось лезть к вам. Без подготовки, на скорую руку — мы не знали, что вы аристократы, ну и сглупили, торопясь сделать все быстро.
— Так, не части, — поморщился я. — Не совсем понял насчет Ада, или как он там называется по-вашему? Причем тут демоны? Зачем их вызывать, когда они живут совсем рядом?
— Это не те демоны, что нужны барону. Они, можно сказать, потомки тех, что давным-давно пришли в этот мир. Ад, он ведь у каждой веры свой, и эти демоны как бы наши. Вот и хочет барон призвать к нам, ну можно так сказать, своих.
— А в чем разница-то? — не понял я.
— У нас все немного иначе, — потупила она взгляд. — Мучения в Аду жаром и холодом страшны и бесконечны. Наш земной огонь является частицей огня Ада, который семь раз был брошен в море для охлаждения. Огонь, что на земле, несравним с огнем Ада. В Аду находятся змеи, яд (закум), хамим (напиток настолько отвратительный и горячий, что, поднесенный ко рту, обжигает все лицо).
  
У того, кого подвергают каре в Аду, для усиления наказания тело увеличивают во много раз. Один зуб человека бывает размером с гору Ухуд. Кожа бывает в семьдесят раз толще обычной, и каждый раз после сгорания она вновь восстанавливается, чтобы подвергать человека каре еще и еще.
Под ногами у того, кто заслужил самое слабое наказание, горит огонь, который заставляет кипеть мозг. В нашем Аду людям не дадут умереть и привыкнуть к мукам. Обо всем этом повествуется в священной книге, да будет благословен каждый прочитавший ее.
Ад имеет семь ступеней. В самый верхний уровень Ада бросают верующих грешников, которым Всевышний не простил грехи. На других ступенях Ада будут неверные, которые останутся там навсегда.
Самый верхний слой называется Джаханнам, ниже располагаются Лазза, Хутамат, Саир, Сакар, Джахил. Самый нижний — Хавият — предназначен лицемерам. В Аду людей подвергнут наказанию сильным морозом, и эта кара будет более мучительна, чем наказание огнем.
Семь демонов правят там, семь грехов порицают они и покровительствует им семь планет. Страшны они все, но самый ужасный из них Иблис — повелитель шайтанов. Стоит его призвать, как мир погрязнет в пучине лжи, подлости и коварства. Но своим верным последователям дарует он власть над умами живущих, позволяя делать из разумных марионетки. И вот эту тварь и хочет призвать барон.
— Почему именно сейчас?
— Лучше всего это делать тогда, когда начинается зарядка столбов. Они ведь не только защищают наш мир от тварей Проклятого леса, но и делают мир закрытым от разных злобных существ, живущих вне его. И когда заряжен лишь один столб, появляется как бы резонанс с остальными. И тогда в защите мира появляется лазейка, через которую можно прийти к нам. Они уже провели три обряда — осталось еще два, и все у них получится.
— Ага, то есть, он просто подгадывает, когда я начинаю зарядку, и действует? Интересно, а откуда он узнает, что я ее уже сделал? Ой, течет у императора во дворце, ой, течет. И все же я не совсем понимаю — неужели нет способов сообщить куда надо, чтобы барона подвесили за яйца? В мир цифровых технологий это не должно вызывать трудностей.
— Да в том-то и дело, что не получается. Вы же знаете, как у нас работает власть — приходит сигнал, и его сразу переправляют обратно. Туда, где у барона все схвачено. Причем того, кто написал, быстро находят. Люди реально боятся что-то делать. Вы же ехали по городу, видели, что он будто вымер…
— Ямир, мы же им поможем? — с надеждой посмотрела на меня Соль.
— Нас пасет Тайная канцелярия. Скажем им, пусть займутся. Время, Соль, не забывай про время. У нас оно есть, но его запас не так велик, как кажется.
— Ни хрена твои агенты не сделают. Или ты думаешь, они не в курсе того, что тут происходит? Или опять же, ты думаешь, что если бы тебе тут грозила хотя бы минимальная опасность, тебя бы пустили в город? Уверена, все только и ждут, когда мы уедем. А вот если мы задержимся хотя бы на день, то вполне можем сломать барону планы, даже ничего для этого не делая. Хотя я бы с немалым удовольствием посмотрела, как он болтается в петле.
— Экая ты кровожадная, — погладил я ее по голове. — Конечно же, мы задержимся и надерем этому гаду зад. Все-таки человеческие жертвоприношения я не люблю и осуждаю. Да и демонов тоже не люблю, поэтому приход одного из них я наблюдать не желаю.
— И что будем делать? — Этери приняла игру и теперь была настроена на хорошую драку. Сестры замерли, ожидая моего решения.
— Как это что? Наводить шорох, попутно зарабатывая себе на жизнь, — коварно улыбнулся я и разразился, как я думал, демоническим смехом.
* * *
Вера кивнула. И, развернувшись, молча пошла прочь, оставив Толика в одиночестве стоять у подъезда своего дома. Десять шагов — и она уже не шла, она бежала по двору, сопя и дрожа от переполняющего ее бешенства. Она хотела кричать во все горло, чтобы весь свет знал о ее горе, хотела орать как бешеная — и не могла. Не могла выдавить из себя ни звука, кроме этого пресловутого сопения.