Эра Мангуста. Том 6 (СИ)
Тогда, оттащив девушку от аудитории, княгиня на секунду зависла, смотря в одну точку. Потом, очнувшись, с недоумением прошептала: «Девочка моя, как я сюда попала?» и упала в обморок. Потом были маги жизни и лекари, больница. Диагноз был простым — полное нервное истощение, у студентов такое бывает перед экзаменами. В принципе, ничего страшного.
Княгиню продержали под наблюдением в больнице почти двое суток, но никаких отклонений не нашли. Наталья каждый день посещала её, и странности в поведении больше не повторялись. Ирина Сергеевна была молчалива и подавлена.
И вот она под дверью! Что ей могло понадобиться, особенно в момент, когда девушка собиралась к любимому на встречу? Внутренне готовая заработать штрафной балл в академии за прогулы. Почему-то она была уверена, что совпадением здесь и не пахнет.
Девушки, запахивая нарядные блузки и наспех застёгиваясь, сбежали по лестнице. Княгиню отвели в малую столовую, при их появлении она пила кофе, манерно отставив мизинчик.
— Раза вас видеть, девушки, — кивнула она. — Наденька, можно вас попросить оставить нас наедине? Ненадолго, буквально десять минут! Мне нужно поговорить с племянницей лично.
В последней фразе послышалась угроза, но этикет не позволял ослушаться столь вежливо высказанной просьбы. Кивнув, Коброва беззвучно покинула помещение, на долю секунды сжав ладошку Наташи в жесте поддержки.
— Слушаю вас, тётушка, — поклонилась девушка главе рода.
— До меня дошли слухи, что воскрес Мангустов! — с ходу в карьер начала дама. — И ты собираешься к нему. Да ты не стой, присядь.
Наташа послушно опустилась на стул у стола. Служанка тут же налила ей чашку ароматного кофе и понятливо испарилась, оставляя Орлановых одних.
— Вы правы, — тихо ответила младшая. — И я уже говорила своё мнение на этот счёт. Я войду в род Мангустовых, хоть младшей женой, но войду! Я люблю Андрея, но главное, это взаимно!
— Ох, молодо-зелено, — демонстративно вздохнула княгиня, закатив глазки. — Девочка моя, давай я тебе кое-что объясню. Это не моя прихоть. Наш мир так устроен. Существуют сословия, существуют боги родов. Это прописные истины. Так вот!
Она взяла пирожное с тарелки, откусила и зажмурилась от удовольствия, после чего продолжила:
— Вкусно, у вас замечательные повара, но я не об этом. Ты теперь княжна. Но главное — не просто княжна, а наследница рода, понимаешь? А это накладывает и обязанности, и ограничения. Орлан лично проследит, чтобы ты не ушла в другой род. Или накажет тебя страшно! Ты, конечно, можешь принять парня к нам, но, из того, что я о нём узнала, он на это не пойдёт.
— Но… — вскинулась девушка, но договорить ей не дали.
— Вот тебе и «но»! — перебила её княгиня. — В этой жизни не всё зависит только от нас, иногда приходится подчиняться обстоятельствам. И тебе это известно, думаю, лучше чем многим. Ты же росла на самом дне этого общества! Потому просто вспомни, что делать то, что хочется, не всегда возможно. Если хочешь, я расскажу тебе невероятно похожую историю из своей жизни.
— Хочу, — прошептала Наталья. На её ресницах повисла одинокая слезинка.
— Я тогда была совсем молодой, лишь чуть старше тебя, — глаза Орлановой затуманились, было видно, что она вновь переживает те события. — Я на одном балу познакомилась с настоящим мужчиной. Молодым, но мужественным, крепким, целеустремлённым. Он был обходителен и галантен. Конечно, я влюбилась, как кошка. Весь бал мы были вместе, танцевали, общались. После мы ещё несколько раз встречались, уже преднамеренно, на выставках, в музеях, парках.
Женщина замолчала, смотря в свою чашку невидящим взглядом. Наташа её не торопила.
— Так вот, в итоге дошло до того, что мы поцеловались. Это было очень волнительно, но не возбуждающе. Мы оба ничего не умели, как оказалось, у него тоже никого ранее не было. И сразу после этого, на следующий же день, он сделал мне предложение. Красиво, ничего не скажу. Подробности тебе не нужны, и сейчас не важны. Я согласилась, не думая. И тогда я впервые увидела Орлана. Бог призвал меня и расчехлил в хвост и гриву. И запретил уходить из рода.
Слеза скатилась по обычно невозмутимому лицу женщины.
— Я раньше не интересовалась, но оказалось, что мой избранник — барон. Но главное, он был старшим в роду, их род состоял всего из двух человек. Его самого и его древней бабушки, остальные сгинули в какой-то межродовой битве. То есть он был последним, кто мог продолжить свой род. Ты поняла, к чему я? Он физически не мог войти в мой род, я по всем людским законам не могла вступить в его. В тот вечер я видела его последний раз.
Ладошка Натальи в успокоительном и поддерживающем жесте легла на ладонь собеседницы, слегка сжимая.
— Андрей не такой, — уверенным голосом сказала девушка. — Он обязательно найдёт решение! Он меня любит!
— Молодо-зелено, — с грустной понимающей улыбкой умудрённой жизнью женщины ответила Ирина Сергеевна. — Буду рада, если этот выход порадует и тебя, и Орлана!
Поместье Мангустовых, Адлер
Подъезжали мы к дому, когда солнышко показалось из-за горизонта. Давно я не видел такой красоты. Миллиарды росинок на листве вечнозелёных в этой местности вьюнов и лиан переливались на солнышке маленькими бриллиантами, волны тоже не отставали, блестя отражённым светом. Невысокие, по сути, горы сверкали снегом на вершинах. Орали птицы, название которых я не знал, а в нос шибал запах моря и свежести. Было тепло, около восемнадцати градусов, несмотря на то что наступила зима и было совсем раннее утро.
У крыльца нас встречала целая делегация, а на КПП подняли шлагбаум заранее. Среди встречающих я встретил и полковника, и строителя, и близняшек, и главу деревни. Большинство же были мне не знакомы. Точнее, я их, возможно, даже видел, но плотно не контактировал.
Стоило мне выйти из машины, как народ ожил, поднялся лёгкий гомон, и вдруг где-то с краю послышался тоненький девчачий голосок:
— Во славу Мангуста!
— Во славу Мангуста! — тут же в полную глотку проорал деревенский глава. — Во славу!
— Во славу Мангуста, — подхватили его все. — Во славу Мангуста! Во славу Мангуста! Во славу Мангуста!
Я шёл, и меня просто омывало этой энергией, этим восторгом. Я даже после победы в межакадемической бойне подобного не испытывал. Казалось, я прямо сейчас могу оттолкнуться от земли и взлететь. Безо всякой магии, просто, сам по себе!
Поднявшись на крыльцо, я обернулся, и восторженные крики довольно быстро стихли. Но энергия никуда не девалась, она распирала меня изнутри. Нужно было произнести речь, сотни глаз требовательно смотрели на меня.
И только я собрался с духом, как оказался посреди знакомого тумана. Постамент с моим божеством тоже присутствовал, причём очень близко. И впервые я видел Мангуста в дикой ярости. Шерсть стояла дыбом, пасть оскалена, по его гриве пролетали молнии, как будто это была катушка Теслы.
— Ты! — громогласно рявкнул он, немного оглушив. — Как посмел ты, ничтожество, воровать у меня, твоего божества, божественную энергию? Кто тебя научил? Признавайся, или ты вернёшься обратно кучкой праха! Да, мне придётся начинать всё сначала, но твой сын поможет мне!
— Что? — непонимающе сказал я, а потом для меня дошла часть фразы. — Ты второй раз говоришь про моего сына, но от кучек праха сыновья не рождаются!
— Это неважно, — зло отмахнулся Мангуст. — Кто научил тебя забирать часть божественной энергии, спрашиваю! Ты не мог получить божественную способность, чтобы делать это на подсознании, ты слишком юн! Я объявлю этому богу войну, я уничтожу его! Это Кречет? Кобра? Орлан? Или… это Бобёр! Я угадал?
— Я вообще не понимаю, о чём ты говоришь, — честно признался я, устало садясь на землю. — И в этом мире я ничего ни у кого ни разу не крал.
— Не врёт… — тихо прошептал бог, немного отдаляясь и принимая привычный мне вид завёрнутого в хвост красавца. — Но запомни! Теперь я буду следить за тобой неотрывно. И не позволю тебе стать богом, пока ты не возродишь род! Ты обещал! Одного сына слишком мало!