(Не)Желанная жена драконьего военачальника (СИ)

Почти доведя меня этой паузой до экстаза, Грант приблизился к кровати, нагнулся, нависая надо мной на руках. И склонился к моим губам. Неспешные ласки зашли на новый круг. Долгие поцелуи в окружении запаха наших тел и аромата розовых лепестков. Касания, взгляды, стоны. Я желала перейти к главному, и в то же время мечтала, чтобы эти мгновения никогда не закончились. Но терпение как раз не могло длиться так долго. И когда тело Шейна накрыло моё, я вскричала от ликования. Сама направила возбуждённый орган в своё тело, и вскрикнула вновь, когда он вошёл в меня. Снова неторопливо, сантиметр за сантиметр, заставляя меня вздрагивать под ним и сжиматься от ожидания. И когда наши тела всё же соединились, мир взорвался яркостью оргазма. Дыхание окончательно сбилось. Окружающее поплыло. А я со стонами сжималась вокруг находящегося во мне члена. Шейн просто ждал. Но стоило мне успокоиться, он выскользнул из меня и вновь толкнулся.
Мои руки сжались на его плечах. Сладкий спазм пронзил тело. Тлеющие искры удовольствия принялись разгораться в новое пламя с каждым его движением. И вскоре стоны перешли в крики, а наше дыхание зазвучало в унисон. Мир окончательно поплыл, сосредоточившись лишь на Шейне. Я видела и чувствовала лишь его, ловила его вздохи, отзывалась на его поцелуи, сжималась вокруг него так сильно, что его разрядка ударила новой волной удовольствия и по мне. Захлебнувшись криком, я стиснула его шею руками и окончательно утонула в океане общего блаженства.
— Жива? — спросил он через время.
Теперь мы просто лежали, прижимаясь друг к другу и приводя дыхание в норму.
— Жива. Это… было невероятно.
— Прощальная ночь же, — он прижался губами к моему плечу.
— Я буду скучать, — всхлипнув, развернулась и прижалась к его груди. — Очень-очень.
— Я тоже, — он обхватил пальцами мою шею сзади и втянул аромат моих волос носом. — Но, Виктория, не надо слёз. Что для драконов два года, пять лет или даже десять? Время пронесётся незаметно, — и, отстранив меня, убеждённо заглянул в мои глаза.
Шейн улыбался для меня, но делал это через силу. Ему тоже было тяжело, что бы он ни говорил.
— Да, всего лишь пять лет, — кивнула, только из глаз всё равно предательски брызнули слёзы.
— Вот же глупая, — он снова обнял меня.
Я зажмурилась до искр перед глазами и попыталась успокоиться. Он прав, о последней ночи мы должны помнить не слёзы, а нежность единения.
* * *
Прощание прошло быстро, Шейн не хотел долгих объятий и объяснений. Он отвёз меня на вокзал, поцеловал в губы, потом в лоб и проводил меня в купе. Там снова поцеловал и ушёл. Я осталась одна. Снова хотелось плакать, но приходилось держаться. Я ведь Вилдбэрн, хоть теперь уже Грант. К тому же Шейн прав, это всё временно.
Путь до серой зоны прошёл без происшествий. Я благополучно добралась до лагеря своего отряда и заступила на практику. Неделя пронеслась незаметно. Ранние побудки, тренировки, ночи в палатках, мытьё в общих казармах и патрулирования не давали хандрить. В этом была своя романтика. Я даже подружилась с приятной полукровкой из обычной семьи и милым парнем-человеком. Втроём стало легче привыкать к новой жизни.
Так же почти обыденно наступил очередной день. Сегодня мне даже удалось выспаться, потому на построение я прибежала вполне бодро. Но не достигнув шеренги рекрутов, остановилась, ощутив знакомый аромат. Неужели…
— Вилдбэрн? Особое приглашение нужно? — прокричал мне жнец Кудс.
Охнув, я поспешила занять своё место в шеренге. Началось обычное утреннее распределение обязанностей и оглашение распорядка дня. А я не могла сосредоточиться, гадая, показалось мне, или всё же это чудо возможно.
— Рекруты, самое главное. Сегодня мой последний день в качестве вашего командира. Мне дали долгожданное распределение в чёрную зону, а на моё место заступает жнец Грант.
Я забыла, как дышать. В рядах рекрутов воцарилось оживление. Само собой, многие слышали про Шейна. А он не заставил себя долго ждать. Выступил из-за палаток и присоединился к улыбающемуся Кудсу.
 
— Рад знакомству, рекруты, — Шейн был привычно строг и собран.
И только я знала его другим, любящим, заботливым, страстным. Именно воспоминания о нём не позволили мне толком услышать его речь. К счастью, она не продлилась долго. Нам велели отправляться по своим распределениям. Но я сразу рванула к своему мужу. Он кивком указал мне на палатки. И мы неспешно двинулись в заданном направлении, он впереди, я за ним, ощущая, как сердце ускоряет свой бег, готовое вырваться из груди от счастья.
Стоило нам войти под прикрытие палатки, как я с радостным визгом бросилась на шею своего дракона. Он обнял меня за талию и закружил на месте. Мы задохнулись от смеха.
— Это правда ты!
— Я, как видишь, — продолжая смеяться, он посадил меня на складной столик.
— Но как ты здесь? Я не понимаю, — смех продолжал душить и в то же время по щекам скользили слёзы радости.
Я понимала, что он здесь ради меня, потому чувствовала невероятное счастье. Можно говорить о любви, кричать о ней всему миру, или молчать, как мы, но о настоящих чувствах способны сообщить только поступки.
— Где твои ледяные навыки? — он с улыбкой стёр мои слёзы.
— Прости. Я так рада тебе. Но что ты здесь делаешь? Надолго?
— Я никогда не говорил тебе, но я тебя люблю, — пожал он плечами, будто это само собой разумеющийся факт.
— И я тебя люблю, — ответила без раздумий, ведь для меня это так же естественно, как дышать.
— Вот поэтому я похандрил без тебя пару дней, а потом подумал: «Зачем друг друга мучить разлукой, когда нам так хорошо вдвоём?».
— Но академия, там ведь твоя работа…
— Буду преподавать здесь. К тому же это ведь не навсегда. В конце концов, что для драконов пять лет?
— Ничего, когда они вместе.
— Вот и я так подумал, — нежно улыбнувшись, он провёл ладонью по моей щеке. — А теперь… — он хитро прищурился.
— Займёмся любовью на столе? — предположила я. — Ты что?! — возмутилась.
— Я? — прыснул он. — Вообще-то, я хотел просто тебя поцеловать. Но если ты настаиваешь…
— Шейн! — вновь расхохоталась я, когда он припал губами к моей шее.
Он порывисто стиснул меня руками и вновь заглянул в мои глаза. Улыбался, шально, счастливо, влюблённо.
— Мне так хорошо с тобой, — призналась я тихо.
— И мне. Поэтому я здесь, — так же шёпотом ответил он.
И его губы накрыли мои в долгожданном поцелуе. Я знала, мы больше не расстанемся. Просто не захотим.
Конец.