Малыш по контракту (СИ)

– Такие правила, Лесь. Такие правила.
– В задницу все правила, – ругается неожиданно. – Ратмир! Лисиц не обижай, – просит мягко. – Мои девочки…
– Наши девочки будут в порядке, ма. Я позабочусь о них, а ты пригляди за отцом, чтобы он хоть немного отдыхал.
– Ты в это веришь? Чувствую, что мы ляжем спать только, когда найдем предателя и всех виновников. Рат, береги девочек и себя тоже. Мы скоро увидимся. Люблю вас, целую.
– Мы тебя тоже, ма.
Перебрасываюсь еще несколькими словами с отцом, прощаюсь.
– Правила ты знаешь, Ратмир.
– Да, знаю. Найди того, кто поднял руку на Анваровых.
– Найду и заставлю пожалеть, – обещает напоследок.
Быстро отключаюсь.
Лишний шорох и панику наводить не стоит. Из дома выйдем как ни в чем не бывало, чтобы не вызывать подозрений. В голове быстро раскручивается план действий на такие ситуации. Легкий страх за жизнь родителей в первые несколько секунд туманит разум, парализует. Но я быстро избавляюсь от него, научен мыслить тревзво и действовать быстро. Теперь понимаю, почему отец вдалбливал мне в голову эти правила, гонял, заставлял учиться уходить от слежки, прятаться, всегда быть начеку. Несколько квартир, много запасных вариантов, недвижимость, о которой никто не в курсе, все на другие имена. Иногда меня это напрягало, в крайние минуты я даже считал отца немного параноиком, но теперь понимаю и с благодарностью вспоминаю каждый из таких уроков, даже требования, строгие сверх меры, сейчас принимаются и вспоминаются мной с глубокой признательностью.
Собираю самое необходимое сам, накидываю прислуге план на вечер, заказываю ужин, якобы будут гости. Веду себя, как ни в чем не бывало, сообщаю о намерениях провести время с сестрами и вернуться к обеду…
После этого быстро поднимаюсь наверх, в комнату Ксюхи. Застаю картину, которую можно увидеть редко: сестры сидят на кровати и держатся за руки. У Томки глаза на мокром месте.
– Вставай, ревушка. Готовы?
– Да, готовы, – отвечает Ксюха за двоих.
– Сюда, – прошу. – Буду осматривать.
– Ратмир, мы вообще-то уже большие девочки! – вяло возражает Тамара.
– Угу. Из лифчика телефон достань. Не то сам полезу.
– Томка! – шипит Ксюха, когда мелкая достает из лифчика небольшой телефон. – Это мой! Когда стибрить успела, заноза?
– Это ты заноза в заднице, правильная. А я со скуки могу умереть.
– В чем-то ты права, Тамара! Умереть ты можешь. С телефоном точно отправишься на тот свет и прихватишь с собой всех нас. В принципе, вся семья будет в сборе. Да?
После моих слов Тамара вздыхает и отдает телефон, потом сама вытаскивает из своей сумки пачку прокладок и достает из них еще один.
– Прокладки? Том, ну ты хоть будь оригинальнее, что ли? Или ты всерьез думала, что я побрезгую в прокладки залезть?
– Все, у меня больше ничего нет. На связь смогу выйти только с космосом через астрал.
– Умница моя. Другое дело.
Глушу в себе мысли и сожаления: сам тоже не смогу выйти на связь ни с кем. Никак. Даже если я сам очень захочу, даже если меня очень сильно захотят найти. Молчание в эфире. Не время для сожалений.
– Погнали, будет весело. Улыбнитесь, ну же…
  
Глава 28
 
Лилия
Утро заступает в свои права слишком поздно.
Для меня, так точно, слишком поздно.
Я проспала, не встала на работу вовремя!
Почему? Подскакиваю на огромной кровати. От паники и разворачивающегося осознания, что проспала, не сразу воспринимаю отсутствие Ратмира.
Просто ищу телефон.
Телефон на беззвучном режиме.
Замечаю дату и день недели на главном экране, выдыхаю с облегчением обратно на кровать: суббота, можно не идти на занятия. Падаю обратно на кровать, с ощущением счастья, замершего в грудной клетке. Наслаждаюсь ощущением: воспарила на максимум.
Вспоминаю слова Ратмира: «Полетаем?»
Уже лечу…
Тело еще ноет, но в голове эйфория. Абсолютная нега, лень, нежелание двигаться.
Ратмира рядом нет, но я сначала не придаю большого значения его уходу. Может быть, в душе? В одной из других комнат? Лень проверять. Под одеялом так тепло.
 
Засыпаю снова, обняв подушку.
После вчерашнего я готова проспать половину дня. Кажется, именно так и поступаю, забываясь крепким, глубоким сном.
Ничто не тревожит.
Уверена, что Ратмир отлучился на время, а потом поперек талии опустится его тяжеленная рука, уха коснутся упрямые, твердые губы, выдыхающий жаркий порок.
Засыпаю.
Мне ничего не снится. Просто ныряю в забытье.
Просыпаюсь от легких мурашек и ощущения, что замерзла.
Из кондиционера струится прохладная струя воздуха.
– Ратмир, холодно… – жалуюсь в полудреме, натягивая одеяло повыше.
В ответ тишина.
Ни единого шороха.
Полежав еще немного под одеялом и согревшись, начинаю думать: почему Ратмира нет рядом.
Он же не может так много времени провести в душе.
Кондиционер продолжает нагнетать холодный воздух в комнату. Наконец, мне просто надоедает лежать в ожидании неизвестно чего. Я вообще раньше никогда за собой подобного не замечала. Ждать? Нет, я предпочитала действовать почти сразу же.
Но сегодня оказалась в жарком плену, отчего внутренние ориентиры сбились. Покоряющие обещания сыграли свою роль.
«Я тебя не обижу. Никогда не обижу…»
Не знаю, почему я поверила. Неужели было мало разочарований?
От поцелуев Ратмира, от его уверенных жестов и проникновенных слов растаяла без следа уверенность, что следом за подобными обещаниями последует предательство.
«Я тебя не обижу. Никогда не обижу…»
Поверила.
Настолько, что даже оставшись одна в его большой квартире, не сразу стала искать подвох.
Прошла в душ, согрелась под горячими струями, позавтракала на кухне тем, что нашла в холодильнике.
Возвращаюсь в спальню. Там сильно прохладно.
В поисках пульта от кондиционера натыкаюсь на пачку денег, ключей и карту.
Что это?
Пальцы застывают над этими подношениями, больше похожими на откуп.
Нет-нет, не может быть!
Отшатываюсь.
Не похоже на то, чтобы Ратмир заплатил мне за ночь.
Но где же он сам?
Я мечусь по комнате. Ни за что бы не стала перезванивать ему первой.
Ни за что.
Но внезапно внутри вскипает непонимание и обида.
Хоть бы строчку черканул.
В переписках, как всегда, творится хаос: родительский чат, чат преподавателей, чат с подругой.
Пролистываю дальше, в поисках номера Ратмира, который я заблокировала.
Но останавливаюсь на сообщении с неподписанным номером.
«Хата в твоем распоряжении. Ключи на столе. Ни в чем себе не отказывай. На связи»
Оседаю на кресло, медленно падаю в него, пытаясь переварить прочитанное.
То, как он написал, крайне сухо, безэмоционально, совсем не похоже на прошлое его поведение.
Листаю дальше.
Ах да, это второй номер, с которого он мне писал. Я так и не сохранила его в телефонную книжку, не сразу увидела это сообщение.
Но увидев, не могу перестать перечитывать его.
Снова и снова вчитываюсь в эти строки.
В поисках крохи тепла и подсказки, что мне показалось это безразличие и пренебрежительный тон с обращением свысока.
Проходит час, даже больше.
У меня начинают ныть глаза, от того, как часто и много я перечитывала эти несколько строк. Выучила наизусть, запомнила. Глаза жжет. Закрываю веки, а эти черные буквы на белом фоне плывут в моей голове бегущей строкой – навязчивой и непрекращающейся.
На повторе.
Стоп. Хватит.
Лента прокручивается до последнего словосочетания: «на связи».
Снова заходит на повтор, в стотысячный раз или даже больше!
Бегу в ванную, чтобы немного остыть. Ледяная вода в лицо – в самый раз, чтобы успокоить взбудораженные нервы и разрастающуюся панику.
Помогает на несколько секунд.
Потом капли воды высыхают на алеющем лице. Просто высыхают, и в отражении я вижу себя, с чужим лицом, перекошенным от эмоций.