Необратимость (ЛП)

― Кто?
― Лучше, чем кто-либо из живущих.
Ее взгляд ― как удар ножом в сердце.
― Я хочу верить тебе, но я больше не знаю, что думать. Ее слова едва ли громче шепота, я бы не расслышал его, если бы между нами была стена.
― Есть еще кое-что. ― Признание звучит так же тяжело, как я чувствую себя внутри. ― Когда я встретил тебя, я был на самом дне. Я всю жизнь строил вокруг себя стену, но каким-то образом ты преодолела нее. ― Я делаю глубокий вдох и выпускаю всю правду наружу. ― И теперь я не могу, черт возьми, держаться от тебя подальше.
  
Лицо Эверли морщится, из горла вырывается рыдание.
В этот момент я притягиваю ее к себе.
Сопротивление в ее мышцах исчезает, и она прижимается ко мне, изливая эмоции мне на грудь.
Мое дыхание сбивается, но я сохраняю спокойствие, чтобы она могла дать волю эмоциям.
Я не знаю, как это делается. Я не умею обращаться с женскими слезами, да и вообще с эмоциями. Даже своими собственными. Но вот мы сидим на кровати в номере мотеля, где я только что выплеснул на эту девушку свои грязные фантазии, и она приняла каждую из них.
Теперь я показал ей последние части себя, которые скрывал.
Мне ничего не остается, как уткнуться лицом в ее волосы и позволить ей выплакаться.
Выдохшись, она отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза.
― Мне не нравится чувствовать, что меня обманывали все это время… но я постараюсь понять. ― Наклонившись, она прижимается лбом к моему. Ее щеки залиты слезами, а глаза красные, но я никогда не видел ничего столь чертовски прекрасного.
На мой телефон приходит сообщение. Я бросаю взгляд на покрывало ― он лежит там, где его бросила Эверли, а на экране блокировки светится сообщение.
Таннер: У меня есть новости. Позвони мне, если ты выжил.
― Поговори с ним. А я пойду приведу себя в порядок. ― Эверли откидывается назад, вытирая указательными пальцами слезы под глазами. ― Передай Таннеру привет. ― Последняя фраза произносится с улыбкой, которая обещает, что мой друг в конечном счете получит не столько приветствие, сколько разнос.
Я нажимаю кнопку вызова, и он отвечает после первого же гудка.
― По шкале от «одного» до «я рискую потерять чувствительную область своей анатомии», насколько тебе сейчас хреново?
― Я цел и невредим. Эверли передает привет. Что происходит?
― Конечно, передает. Напомни мне надеть щиток, когда я увижу ее в следующий раз. ― Он переключает меня на громкую связь, и его голос внезапно становится далеким, я делаю то же самое. Я больше не собираюсь скрывать от нее что-либо. ― Я собираюсь отправить тебе кое-какую информацию и хотел предупредить. Ничего особенного, но я думаю, что отследил Винсента до Бельгии. Больше никаких следов в вашем районе. Возможно, он послал ту фотографию, чтобы ты сконцентрировал свое внимание на девушке, и он смог скрыться.
― Он прислал фотографию? Мою? ― Эверли выходит из ванной, вытирая лицо полотенцем. Я вижу, как свежее облако страха накрывает ее.
Это то, чего я пытался избежать.
― О, привет, Эверли. ― В голосе Таннера слышна настороженность. ― Не надо меня ненавидеть, ладно? С твоим мужчиной нелегко, я просто пытаюсь его обезопасить.
― Айзек, Хранитель… ― Она игнорирует Таннера. Ей нужно подтверждение от меня. ― Винсент… Он…
― ― Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
― Мы сейчас в опасности?
― Я справлюсь с этим. Вот почему я…
― Святое дерьмо. Боже мой. ― Ее паника нарастает с каждой секундой.
― Эверли. ― Ее имя звучит резко. ― Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
― Ты не можешь следить за мной каждую минуту. ― Когда я просто поднимаю бровь, ее глаза расширяются. ― О… Ты уже это делаешь.
Таннер прерывает нас, напоминая, что он все еще на линии.
― Ну, я пойду. Желаю удачи, приятель. Я сообщу, когда узнаю больше.
Я не свожу глаз с Эверли, ей нужно знать, что она в безопасности.
― Послушай меня. Я больше никогда не позволю, чтобы кто-то, кто мне дорог, пострадал. ― Когда она подходит ближе, я обнимаю ее за талию и притягиваю к себе так, что она оказывается между моих бедер. ― Мне все равно, что для этого потребуется.
― Что ты собираешься делать?
― Я сотру его с лица земли. Он все равно, что мертвец, прямо сейчас.
Ее глаза расширяются.
― Ты убьешь его?
― Да. Я, блядь, убью его. ― В моей груди разливается тепло, прежде чем я понимаю, что взял ее руки в свои и прижал к своему сердцу. ― Я убью его ради тебя.
Кончики пальцев впиваются в мою грудь. Ее глаза закрываются, а когда открываются, их синева становится твердой, как гранит.
― Хорошо.
Мои губы подрагивают. Это моя девочка.
Обняв ладонями мои щеки, она смотрит мне в глаза.
― Будь осторожен, хорошо? Я беспокоюсь о тебе.
― Не волнуйся. Это то, для чего я был создан.
Я должен был сделать это давным-давно.
ГЛАВА 46
Наступает вечер, и я укрощаю перед зеркалом упрямый локон, когда раздается стук в дверь.
Сердце подскакивает. Крутится.
Я смахиваю с глаз прядь своих русых волос, а затем провожу руками по серой толстовке с капюшоном. Мои нервы натянуты, как струна, когда я прохожу через гостиную и открываю дверь.
Джаспер приветствует меня, уперев руки в бедра и переминаясь с ноги на ногу.
― О… Ты не одета. ― Он окидывает взглядом мои повседневные синие джинсы и кеды Converse, а затем поднимает его вверх.
Я хмурюсь.
― С чего бы это?
На Джаспере строгий костюм и галстук лазурного цвета с металлическим отливом, что говорит о том, что он ожидал чего-то более официального.
Он прочищает горло и улыбается.
― Неважно. Ты все равно выглядишь потрясающе.
Комплимент бумерангом проносится сквозь меня, как хаотичный пинбол.
Раньше я жила ради его комплиментов, будь то ласковое слово или игривый взгляд. Я наносила любимые духи Джаспера на место чуть ниже уха ― нежную смесь медового яблока и нежного пиона. Он прижимался носом к моей шее, вдыхал мой запах, а я смеялась, потому что было щекотно.
Сегодня я не буду наносить духи.
― Спасибо, ― бормочу я, не зная, как воспринимать нашу новую динамику. Поколебавшись мгновение, я беру свою сумочку с крючка на стене, и прохожу мимо него. ― Куда мы направляемся? В нескольких милях отсюда есть милое кафе с отличным кофе…
― Я заказал столик в «Kaiyo».
Я моргаю, глядя на него, и направляюсь к выходу из комплекса.
― О. Это шикарнее, чем я ожидала.
― Я слышал, там вкусные суши.
Я не должна удивляться, что Джаспер забронировал нам столик в элитном ресторане. Он всегда был чрезмерным. Внешний вид имел значение. Но я не хочу, чтобы у него сложилось неверное представление о сегодняшнем вечере ― это всего лишь деловой ужин бывших супругов, запутавшихся в паутине сложной истории, эмоциональных травм и душераздирающего предательства.
Совершенно непринужденный.
― Надеюсь, ты понимаешь, что это не свидание. ― Я избегаю зрительного контакта, закрывая за собой дверь. ― Независимо от того, как у меня сложились отношения с Эллисон, я бы так с ней не поступила.
Я бы не поступила так и с Айзеком.
Эротические воспоминания всплывают в памяти, утягивая меня все дальше от Джаспера. Чувство вины терзает мое сердце.
Кто мы, черт возьми, такие?
Прошлая ночь была сочетанием стольких вещей: горячего, грязного секса, нежных моментов и с трудом достигнутой близости, важных открытий и путанных прощаний. Несмотря на все то, что мы обсудили, навешивание ярлыков на наши сложные отношения не было одной из тем.
  
Как ни странно… мне это даже нравится.
И все же я не могу отделаться от ощущения, что чувствую себя дерьмово, когда обгоняю Джаспера, как будто я убегаю от пожара, который сама же разожгла, только чтобы понять, что дым все еще цепляется за меня.