Витязь 2 (СИ)

Оруженосец облачён в доспех, за спиной «коза». Это приспособление для переноски грузов, достаточно удобно и нагрузиться позволяет изрядно. Сейчас там закреплён короб с уложенными в него пустыми банками под трофеи. С такими же подтягиваются наши крепостные. Работы предстоит много, правда, сами мы всё одно не управимся.
Ладно ещё не обратившихся разделывать, тут и простецы управятся, тем паче крестьяне. А вот к обратившимся без алхимика уже не подступишься. Тем паче, что это огнедышащие твари, и с них можно поднять изрядно, их железы в особой цене, едва ли не сродни сферам. Я же говорил, что из них производят алхимическую взрывчатку. Так что, без помощи соседей нам всё же не управиться.
  
— Тебе, Ерёма, помогать в разделке, а после останешься на заставе. Дополнительный боец, лишним не будет.
— Слушаюсь. — Задорно ответил он, а затем вошёл в открытый мною портал.
Подошла матушка, кутаясь в шаль и мы с ней напару начали открывать порталы переправляя работников. Управились достаточно быстро. До заставы не так уж и далеко, и маны на это требуется немного. Так что, можно сказать, даже не вспотели.
Покончив с этим я направился в дом. Прошёл в рабочий кабинет Ольги и воспользовавшись рунной цепочкой «Ключ» открыл массивную дверь в тайный ход. Его спроектировали ещё при строительстве дома на вырост. Орешково изначально предназначалось князем в качестве наследства для кого-нибудь из детей. Потому и возможность устройства алтаря предусмотрели, которые всегда располагаются в подвалах.
У нас он пока ещё скромненький, но это смотря с какой стороны посмотреть. Иные бояре такого объёма и за десяток лет получить не могут, а мы всего лишь за год создали алтарь на шестьдесят шесть тысяч единиц маны. После сегодняшней драки он разом подрастёт где-то на четверть. А если ещё волны тварей подойдут, так и того больше.
Ольга стояла у стола возле стены, занятая копированием карт. Рядом ещё один стол, с разложенными деталями второго копировального артефакта, который ещё только предстоит собрать. Здесь же и небольшой токарный станок, какие используют часовых дел мастера. Не всё она может поручить своему помощнику, который трудится в мастерской во флигеле. Второй подмастерье часовых дел не устроил супругу и она с ним распрощалась.
Секретность наше всё. Потому и готовый артефакт находится в алтарном зале, и доводка второго осуществляется здесь же. Все чертежи с пояснительной запиской хранятся в книжном шкафу с боку от рабочего стола. Сюда можем попасть только я с супругой, и те, кого мы сами проведём. Всем остальным путь заказан.
К слову, каналы связи с алтарём так же имеем лишь я и Ольга, и в случае необходимости можем подпитываться от него маной на расстоянии в радиусе сотни сажен от дома. С ростом его объёма, увеличится и расстояние. Через них же мы можем и сливать ману из своего вместилища. Остальные перекачивают в сферы, а уже оттуда я или Ольга, переправляем их в алтарь.
— Как дела? — поинтересовался я у супруги.
— Сам знаешь, у нас пока ещё слишком маленький алтарь, и запаса маны на много не хватит.
— Вообще-то, три сотни карт не так чтобы и мало. Да ещё полторы сотни имеется в запасе. — Не согласился я.
— Сколько вы израсходовали во время этого штурма?
— Немало. Но в основном это «Булавы», чтобы ссадить с неба виверн. А их запас у нас изрядный. «Копий» ушло меньше.
— Если это была первая волна, то она самая слабая. — Прогоняя через артефакт очередной кусок картона, и получая на выходе готовую рунную карту, возразила она.
— В любом случае, я уверен, что карт нам хватит. К тому же, добытые сферы наверняка наполовину заполнены маной. Часть уйдёт на пополнение амулетов дружины, но тысяч десять мы сольём в алтарь. Вряд ли на вторую волну израсходуем весь запас, а там опять сможем что-то восполнить с трофеев. — Наблюдая за супругой занятой копированием, пожав плечами ответил я…
В сентябре прошлого года родился наш сын. Ольге пришлось помучиться с первенцем, спасибо матушке и тёще, которые принимали роды, и сумели её подбодрить. За меня помолчим, потому что мы с тестем трусливо сбежали в мой рабочий кабинет, где и наседали на коньяк.
Старому князю я наотрез отказал от дома, в чём был поддержан супругой. Её бабушка проявила солидарность с супругом и отвечала нам полным игнором. Вот ни разу не в обиде за это. Пусть и дальше так будет.
Мучилась Ольга долго, зато в себя пришла в считанные секунды. Вернее её привела в норму матушка. Вот такая ни разу не всесильная магия. Сначала помучайся, а потом будет тебе чудесное исцеление. Так-то.
Столь ранее появление малыша объяснили тем, что Ольгу сбросила лошадь во время верховой и у неё случились преждевременные роды. Сам был удивлён тем фактом, что рождение недоношенных малышей в этом мире вполне себе рядовое явление. Иное дело, что смертность гораздо ниже, потому что с новорождённым и роженицей руны уже вполне себе справлялись.
С появлением Михаила, как назвали мы нашего сына, у меня появилось желание заиметь фотоаппарат, чтобы запечатлеть процесс его взросления. Я конечно изограф и могу рисовать в стиле гиперреализма, но процесс это не быстрый. А тут ещё желающие появились в виде тестя с тёщей. Чтобы нарисовать копию времени приходится затратить ничуть не меньше. Вот тут-то я и произнёс в сердцах, мол жаль нет под рукой ксерокса.
— Что за ксерокс? — поинтересовалась Ольга, качавшая на руках уснувшего сына.
— Это я так фантазирую. — Отмахнулся я.
— Так расскажи, что ты там нафантазировал.
— Ну вот представь себе артефакт заряженный чернилами. Кладёшь на окошко картинку, накрываешь крышкой и вкладываешь в приёмное окошко бумагу, она проходит через этот копир…
— Ты сказал ксерокс.
— Да без разницы. Главное, что пока бумага проходит через артефакт, картинка переносится на бумагу, и на выходе получаем точную копию изначальной.
— А как это получается?
— А мне откуда знать. Ну, к примеру пока картон проходит через артефакт, картинку постепенно подсвечивается рунным светильником и освещённый участок наносится на чистую бумагу.
— А чернила можно поместить в ёмкость с нанесённой рунной цепочкой, чтобы они на выходе получались заряженными маной. — Задумчиво произнесла супруга.
— Зачем? — не понял я.
— Чтобы получить готовые рунные карты. — Как о само собой разумеющемся произнесла она.
— Я говорил о портрете Миши.
— Да, да, конечно. — Впав в прострацию произнесла она, передавая мне сына.
Не знаю, что там у неё щёлкнуло. Потом она меня ещё несколько раз пытала, как именно я вижу этот самый ксерокс-копир. А что я мог ей рассказать? Но и того, что поведал оказалось достаточно. Тут похоже нужны были сама идея, способности, жажда нового, ну и конечно же незашоренный взгляд.
Вообще-то всё это у неё имелось когда я подкинул идею с винтовкой, но там у неё ничего не получилось, а тут словно осенило. Не сказать, что она сходу создала копир. На всё про всё ей понадобилось восемь месяцев, но это всё равно очень и очень быстро, даже несмотря на мою помощь. Просто без участия изографа у неё ничего не получалось. В смысле, копировать картинки вполне, но не более. Пока она не решила привлечь к работе и меня. Вот тут всё и получилось как надо.
Правда, копир вышел не без недостатков. К примеру с моей помощью ей удалось изготовить артефакт копирующий карты только седьмого ранга, соответствующие тем параметрам при которых и был создан этот прибор. То есть с разовым лимитом для карт в пятьдесят единиц. Мне даже курсы медитаций пришлось на время прекратить, пока я не написал два комплекта различных карт, на случай если один будет утрачен. Месяц на это дело убил, не развиваясь и оставаясь всё это время на одном месте.
  
Второй недостаток состоял в том, что копировать артефакт мог только с оригиналов. С копий получались обычные картинки, хотя маны на их создание уходило ничуть не меньше.
Третий, прожорливость артефакта, которому требовалось вчетверо больше маны, чем несла в себе рунная карта. Так при заряде семиранговой в пятьдесят единиц, на её изготовление требовалось затратить двести.