Прах фортуны (ЛП)

Я покачала головой. Там я тоже не хотела встречаться с ним.
— Кладбище. Возле церкви Найта.
Лукас на мгновение притих.
— Ты хочешь встретиться на нейтральной территории? Ты думаешь, я что-то сделаю, и тебе нужно, чтобы мы встречались в безопасном месте?
— Нет! Конечно, нет. Просто… — я не могла облечь это в слава. То кладбище было местом, где я буквально испытала смерть. Казалось уместным, что оно также станет местом, где я испытаю метафорическую смерть. Это казалось правильным. — Если бы мы просто могли встретиться там, — неуклюже договорила я.
— Ладно.
— В десять часов?
— Я буду ждать.
Я выдохнула.
— Спасибо. Можешь отозвать своих головорезов? Их присутствие начинает раздражать. Я никуда не сбегу, и я не нуждаюсь в их защите. Ты это знаешь.
Его ответ был отрывистым.
— Как пожелаешь, — он помедлил. — Я люблю тебя, Эмма.
Я зажмурилась и нажала кнопку завершения вызова. И только тогда прошептала:
— Я тоже тебя люблю.
Поднялся тёплый ветерок, подхвативший несколько клочков мусора и заигравший моими волосами. Я с тяжёлым сердцем убрала телефон в карман и наблюдала, как один из вампов ответил на звонок. Мгновение спустя все трое ушли.
Их исчезновение не заставило меня почувствовать себя лучше; бремя, опустившееся на мои плечи в момент, когда я поняла, что я Кассандра, казалось, становилось лишь тяжелее. Я не смогу сбежать от этого. Выхода не было… и учитывая ребёнка, похоже, что теперь я также не смогу дать выход Лукасу.
Я пнула соседний фонарь и ушла.
***
Возле дома Лауры было не так много парковочных мест, так что мне пришлось пройти чуть меньше километра, чтобы добраться до Таллулы. Прогулка должна была стать приятной: тёплая погода, солнце уже светит, несмотря на ранний час, и за мной наконец-то не идут следом вампиры. Но прекрасный день не поднял мне настроение, а лишь глубже загонял в депрессию.
Я протащилась мимо дерева и хмуро посмотрела на маленькую голубую птичку, сидевшую на одной из нижних веток и вовсю чирикавшую. Когда доберусь до офиса, я сброшу с себя эту злость, но сейчас я могла позволить себе двадцать минут киснуть в страданиях, прежде чем натягивать улыбающийся фасад, за которым мне предстояло провести остаток дня.
— И что вам сделала бедная птичка?
Я напряглась при звуках певучего голоса Баффи и остановилась, награждая её сердитым взглядом, когда она появилась из-за дерева с другой стороны. Она не замечала или игнорировала тот факт, что её присутствие портит мрачное начало моего дня.
— Что ты тут делаешь? — спросила я сквозь стиснутые зубы.
Её губы, накрашенные ярко-розовой помадой, растянулись в улыбке.
— Я тоже очень рада вас видеть, детектив Беллами.
Я мысленно прокляла день, когда я родилась, день, когда родилась Баффи, и существование всей планеты.
— Как ты узнала, что я здесь? — потребовала я. — И чего тебе надо, бл*дь?
— Я знала, что вы здесь, потому что пришла искать вас. А хочу я совета, — она опустилась в притворном реверансе и захлопала ресницами.
— Ты хочешь совета? — спросила я ровным тоном. — От меня?
Она с энтузиазмом закивала.
— Ага!
— Планируешь совершать преступление?
— Нет.
— Совершила преступление в прошлом?
Она притворилась, будто задумалась над вопросом.
— Когда мне было десять, я украла из магазина батончик «Марс».
— Баффи…
Она просияла.
— Эмма.
Я мысленно сосчитала до десяти. Баффи, может, и не планировала ничего нелегального, но я начинала думать, что с радостью убью её, если она не перейдёт к сути. К счастью для нас обеих, она, похоже, осознала это.
— Окей, — сказала она. — Дело в том, что мне нужен романтический совет, и вы идеальный человек, к которому за ним стоит обратиться.
Я уставилась на неё. На один долгий, нехарактерный момент я лишилась дара речи. Баффи продолжала улыбаться.
— Баффи, — сказала я наконец. — Это не колонка одиноких сердец, и я последняя, кто должен давать советы, как-то связанные с любовью.
Она симпатично нахмурилась и погрозила пальчиком.
— Я говорила про романтику, — сказала она. — Не про любовь. Во всяком случае, пока что нет, — она похлопала глазками. — Пожалуйста? Едва ли я могу говорить о таких вещах с Леди Салливан, и у меня нет множества друзей, которые могли бы помочь.
  
— Даже не представляю себе, почему, — саркастично сказала я.
Она нацепила унылое лицо, но мне было всё равно; я уже давно не велась на фокусы Баффи. Я подняла воротник пальто и начала уходить.
— Найди кого-нибудь другого, — сказала я. — С таким тебе стоит обращаться не ко мне.
— Но детектив, к вам, — подлизывалась она. — Правда, правда к вам.
Даже если бы я хотела ответить ей, мне не представилось возможности. Не успела я сделать ещё шаг, как меня атаковала волна колоссального головокружения. В ушах зашумело, небо как будто потемнело и накренилось. Мой рот открылся, и я услышала, как мои собственные слова доносятся до меня будто издалека, а в голове с тошнотворной скоростью мелькают образы.
— Элементарно. Элементарно. Элементарно. Прольётся невинная кровь.
Закончив говорить, я тут же согнулась пополам, и меня снова стошнило. На сей раз без моркови, только ярко-жёлтая желчь.
— Фуууу.
Я сейчас не могла разбираться с отвращением Баффи. Я содрогнулась в последнем рвотном позыве и выпрямилась, прижав кончики пальцев к вискам. Что я видела? Брызги крови на грязном тротуаре, это точно. Блеск чего-то металлического, возможно, ножа. И что странно, маленький флажок, затоптанный массивным ботинком, после чего ещё одна вспышка острого металла, когда спрятанное лезвие выскользнуло из носка ботинка и полоснуло вверх.
— Элементарно, — пробормотала я про себя. Что это означало?
— Что с вами происходит? — поинтересовалась Баффи. — Вы теперь чокнутая беременяшка? Так проявляется беременный мозг?
Я в ужасе уставилась на неё, и моё сердце ухнуло в пятки.
— Что? Я оборотень… я за милю чую ваши гормоны, — она постучала себя по уху. — Я также слышу второе сердцебиение. Любой волк на это способен. Вы из-за ребёнка ушли от роскошного Лорда Хорвата?
Есть ли в Лондоне хоть кто-то, кто не знал о моей беременности? Я раздражённо зашипела и сделала мысленную пометку как можно дольше избегать всех оборотней.
Теперь стало ещё важнее поговорить с Лукасом сегодня вечером. С любого клана станется «случайно» рассказать ему хорошие новости. Более того, если я вообще знала альф кланов, они будут откровенно упиваться такой возможностью.
— Если ты расскажешь хоть одной живой душе, — произнесла я, — включая Леди Салливан, тогда я…
Баффи подняла ладони.
— Воу. Я ни слова ни скажу. Обещаю. Ваше состояние не влияет на клан Салливан, так что у меня нет причин рассказывать, — она счастливо улыбнулась. — Но если я промолчу, это означает, что вы взамен поможете мне советом?
Я сердито посмотрела на неё, развернулась и пошла дальше по улице.
— Подождите, — Баффи крикнула мне вслед. — Куда вы идёте?
— На Бейкер-стрит.
— Эээ?
— Элементарно, — прошептала я. Мой дорогой Ватсон. Пусть я была почти уверена, что где-то читала о том, что Шерлок Холмс никогда не произносил эту знаменитую фразу ни в одном из романов о нём, не оставалось сомнений, что фраза принадлежала ему.
Лаура жила в самом центре, так что Бейкер-стрит (и вымышленный дом вымышленного детектива) находилась всего через несколько улиц отсюда. Потребуется совсем немного времени, чтобы добраться туда и выяснить, о чём было моё чёртово видение. А вот опоздаю я или нет, посмотрим.
Я подавила отголоски тошноты и прибавила скорость. Мне нужно действовать. Я выбросила из головы Баффи, Лауру, Лукаса, ребёнка, Алана Кобейна и всех остальных и побежала так быстро, как только могла.
Свернув за угол на Бейкер-стрит, я увидела обычную толчею утренних туристов и обеспеченных лондонцев. Не нужно быть детективом, вымышленным или настоящим, чтобы увидеть различие между ними. Богатые лондонцы, которые жили в здешнем районе и направлялись на работу, носили стильные костюмы и блестящие туфли, дополняемые напряжёнными выражениями недовольства из-за туристов. Туристы громко говорили и резко останавливались где попало на тротуаре, чтобы сделать фото или показать на какое-то здание. Они носили более повседневную одежду, и их восторг чувствовался даже с расстояния пятидесяти метров.