Скорость Тьмы (Добавлена новая сюжетная линия) (СИ)
Псы чуяли «чужака», но напасть пока не решались, ибо «чужак» в их восприятии раздваивался на две совершенно разные личности, одна из которых явственно пахла своим. Однако магический обманный эффект не мог держаться долго.
Майор немного замешкался у резиденции коменданта концлагеря напоминавшей трёхэтажный мавзолей с украшенными странными фресками стенами. На фресках в лунном свете скалились жуткие черепа с пустыми глазницами, извивались похожие на гигантских змей драконы, раскрывали крылья напоминавшие стервятников огромные уродливые птицы. Снова этот странный стиль древних ацтеков. В прямоугольном проёме яркого входа меланхолично курил какой-то офицер и Карел решил немного подождать. Убивать было рискованно, так как эсесовец вполне мог оказаться оборотнем и поднять тревогу прежде чем сдохнет. Ведь вервольфы в человеческом облике были намного более живучими, чем обычные люди.
Яркая точка догорающего окурка описала в темноте крутую дугу, с шипением погаснув в ближайшей луже. Эсэсовец ещё некоторое время постоял на свежем воздухе и, кашлянув пару раз, вернулся обратно в здание. Майор выждал для верности пять минут и короткими перебежками осторожно обогнул мрачное строение.
А вот и медицинский комплекс. Его здания были лишены древних архитектурных изысков. Простые серые бетонные коробки. Переведённая из общих бараков заключённая, содержалась в низком двухэтажном здании с решётками на узких напоминающих бойницы окнах. Какие злодеяния творили здесь нелюди из Аненербе, оставалось только гадать. Во всяком случае, отловленный Карелом вервольф ничего о медицинских экспериментах «Тойфельханда» не знал. Да ему видно и не полагалось это знать.
Медчасть лагеря была огорожена невысоким забором – железной сеткой, к которой наверняка было подведено высокое напряжение. Майор перестал скрываться. Выпрямившись, он твёрдым шагом двинулся прямиком к КПП, в будке которого маячили фигуры двух солдат. Карел рассчитал всё верно, рассмотреть его фигуру подробно в темноте было невозможно пока он не приблизится к охранникам вплотную.
Майор нащупал в кармане две отравленные иглы. Но что-то в последний момент его остановило и через пару секунд он понял что именно это было. Солдаты оказались вервольфами. Форму этих элитных эсэсовских войск было трудно спутать с какой-либо другой. Тёмно-багровые мундиры, украшенные эмблемой проглатывающего солнце волка, заставили Карела быстро сменить тактику и оружие.
Четыре глухих выстрела прозвучали в ночи совершенно бесшумно. Серебряные пули насквозь пробили стёкла маленькой караульной будки. Спрятав пистолет, майор неспешно прошёл через КПП. Дверь, ведущая в двухэтажку, оказалась не заперта. На узкой лестнице Карел столкнулся ещё с двумя солдатами СС, по всей видимости они всё-таки услышали звон бьющегося стекла. Этих он застрелил прямо через карман зимней шинели, не особо разбираясь, кто перед ним верфольфы или обыкновенные эсэсовцы.
Затем был плохо освещённый коридор. Шаги гулко отдавались в висках. Коридор неожиданно закончился тупиком. Майор чертыхнулся, возвращаясь назад. Из-за угла злобно рявкнул автомат, но за несколько мгновений до этого, Карел успел упасть на живот. Выстрелы повторились. Одна из пуль попала в левое плечо. Майор взведённой пружиной вскочил на ноги, бросаясь на высокого темноволосого немца со шрамом на скуле.
Блеснул тонкий серебряный стилет. Шмайсер врага со стуком упал на пол. Солдат натужно захрипел, пуская на губах багровые пузыри. Сползая по выложенной руническим кафелем стене, мёртвое тело оставило на древних знаках толстую полосу свежей крови.
Где-то в недрах лагеря завыла сирена.
Теперь счёт пошёл на секунды.
Карел по наитию кинулся к самой дальней камере. Дверь в эту камеру была приоткрыта. Майор толкнул её ногой. В тесном плохо освещённом помещении находились двое. Сильно исхудавшая чернявая женщина и средних лет эсэсовец в полковничьем мундире. По-прежнему сжимая в руке окровавленный стилет, Карел напряжённо застыл в дверном проёме.
Майор не сразу понял, что прямо ему в лоб уставилось чёрное дуло готового выстрелить в любую секунду «люгера». Немыслимо, но незнакомый немец оказался быстрее.
- Не надо… - тихо простонала женщина на польском языке и эсэсовский полковник медленно опустил оружие.
Время вокруг замедлилось. Карел приготовился к смертельному рывку. Враг даже не успеет ничего понять. Нож аккуратно войдёт прямо под левое глазное яблоко.
- Нет, - Рита вытянула вперёд бледную руку, - не нужно больше смертей, не убивайте его.
Майор подчинился, чувствуя, как некая незримая сила мягко отводит в сторону уже готовую ударить руку с зажатым смертоносным лезвием. Ещё раз взглянув на странного, убравшего пистолет немца, Карел схватил Риту за острые плечи и потянул в коридор.
У самых дверей женщина задержалась.
- Danke, - обернувшись, прошептала она офицеру. - Ich werde nie genau vergessen, was du für mich getan hast.
- Sie haben nur funf Minuten, - сухо бросил им вслед оберштурмбанфюрер.
Майор его хорошо понял. Снаружи истошно выла сирена. Казалось, прямо посреди ночи настал ясный утренний день. Весь лагерь был залит ослепительным режущим глаза белым светом. Охрана задействовала включаемые по тревоге резервные фонари.
В беглецов уже стреляли. Карел вовремя закрыл собой взвизгнувшую Риту, принимая сразу четыре автоматные пули себе в грудь, затем он сорвал с шеи хрустальный «ключ» на тонкой серебряной цепочке и, произнеся давно заученную наизусть фразу на древнем мёртвом языке, крепко сжал холодную больно режущую пальцы стекляшку…
***
Вой сирены, выстрелы и оглушительный испепеляющий всё вокруг яркий свет исчезли, вместо них возник «туннель». Широкая шевелящаяся кишка напоминала глотку гигантского питона. Мягкие колышущиеся стены покрывали зелёные светящиеся узоры. В лицо с резким гулом дул тёплый удушливый сквозняк. Уши тут же заложило, к горлу подступил горький ком.
Нагло вторгшихся незваных гостей наверняка сразу же заметили и неусыпные стражи туннелей уже спешили наперерез нарушителям. Долго находиться в этом промежуточном опасном для живых месте было нельзя. Майор ни разу не видел стражей, но слышал один раз скрип их когтей, когда однажды задержался в «туннеле» дольше чем следовало. Ему хватило благоразумия тогда не обернуться и вовремя выскочить в реальный мир. Но тот случай он запомнил на всю свою жизнь и, каждый раз вспоминая его, ощущал на спине предательскую испарину.
Ошарашенная внезапной переменой, женщина отчаянно закричала, забившись в крепких руках советского нейроразведчика.
- Не бойся, мы ещё не умерли, - прокричал ей Карел на русском, толкая Риту вперёд. – Да скорее же…
Разжав сведённую судорогой окровавленную ладонь, майор отпустил напившейся крови покрасневший амулет, спрятав его под одежду и, проглотивший людей исполинский питон, исчез. Беглецы вырвались из схлопнувшегося «туннеля» где-то на окраине мёртвого леса. Лагерь смерти лежал далеко позади, но благополучное спасение всё ещё было довольно туманным. За ними наверняка уже шла умелая охота.
Как следует встряхнув всхлипывающую женщину, Валдек вытер о шинель кровоточащую правую руку. Открывающий проход амулет видимо давно не применялся, поэтому крови он выпил больше обычного. Голова слегка кружилась.
- Что это было? Кто вы? – спросила Рита на русском, женщину по-прежнему била нервная дрожь.
- Потом всё расскажу, нужно уходить…
Карел снова схватил её за невесомую руку и поволок в сторону разбитой гусеницами танков дороге.
Рита не сопротивлялась.
- У вас… у вас весь рукав… в крови…
- Ничего…
- Но вы ранены…
- Чепуха… не болтай, смотри под ноги.
По обочине утрамбованной дороги бежать было намного легче, чем через лес. Грязь здесь успела присохнуть, взявшись твёрдой коркой. Майор всё корил себя за одну существенную ошибку. Побег следовало устроить не ночью, а под вечер, в канун «исхода призраков». «Призраки» наверняка сбили бы со следа псов-псиоников, правда лишь на время, но оно того стоило.