Скорость Тьмы (Добавлена новая сюжетная линия) (СИ)

Поехал в Индию один лишь фон Артц, остальные коллекционеры ограничились лишь денежными вложениями. Найденные артефакты было решено поделить между собой при помощи жребия. 
В поисках необычных исторических мест фон Артц вместе со своей небольшой командой (куда входил опытный археолог и охрана из солдат вермахта) оказался в районе Пуны штата Махараштра. Именно там, на горном перевале в западных Гатах возле Джуннара по утверждениям местных жителей находился легендарный пещерный храм Нанегхат. Гость из Германии выразил желание поучаствовать в неком местном обряде под названием «Проникновение в сокровенное». В противном случае в запретный для чужаков пещерный храм его бы попросту не пустили. 
Воспоминания от этого посещения остались крайне расплывчатые. Хъюго опоили чем-то наркотическим. Он точно помнил полуобнажённых соблазнительных танцовщиц, странную ритмичную музыку, в которой преобладали литавры и свою собственную кровь из рассечённой правой ладони, которой он лично окропил статую древней богини. Шрам на руке остался до сих пор. Фон Артц повторял какие-то непонятные мантры обращаясь к каменному изваянию, словно к живому существу. Кажется он даже признался жуткой статуи в любви. По всей видимости от наркотика у него слегка померкло сознание. А затем начался настоящий кошмар…
Обергруппенфюрер не любил вспоминать последующие события, списав всё на очередное помутнение собственного рассудка. В самом конце церемонии он очень быстро пришёл в себя и внезапно услышал в своей голове ласковый голос индийской богини отдавшей строгий и страшный приказ. 
Фон Артц тогда безропотно подчинился, дав знак автоматчикам расстрелять всех присутствующих в тот момент в храме индусов. Это была настоящая кровавая бойня. Принесённая жертва в оплату за будущие услуги. Затем при помощи солдат и археолога статуя была бережно извлечена из пещеры, упакована и на армейском грузовике вывезена из Индии. Никто особых вопросов не задавал. Решения обергруппенфюрера никогда не обсуждались, а местным пришлось дать приличную взятку в посольстве, полиции и на таможне. Учинённую немцами расправу на горном перевале Нанегхат индусы предпочли замять чтобы не осложнять дипломатические отношения с Третьим Рейхом.
Всё это за какие-то доли мгновений пронеслось в голове Хъюго фон Артца, пока он ласково касался холодного безжизненного камня, выкрашенного тёмно-синей охрой вивианитом. Ему показалось, что соски у древней статуи увеличились в размере. Обергруппенфюрер отступил на шаг и, зажмурившись, сжал пальцами переносицу. Лёгкая паника сразу же отступила, как и странное и совершенно неуместное постыдное видение. Подойдя к письменному столу, фон Артц уселся за него и, выдвинув верхний ящик, достал оттуда массивную кожаную коричневую папку с тиснёнными позолоченными молниями Siegrune. Внутри были результаты последних экспериментов по переселению.
В дверь постучали. 
Хъюго поднял голову от стола.
- Войдите!
В кабинет зашел, осторожно переступив линию из пепла, начальник личной охраны.
- Мы связались с вашим секретарём, - браво отрапортовал Уве Диркман. – Он сейчас в больнице. 
- А что с ним случилось? – с тревогой в голосе спросил фон Артц.
- Попал под машину. Вчера вечером. Был в бессознательном состоянии и очнулся только сегодня утром поэтому и не успел сообщить о происшествии.
- Что-то серьёзное?
- Сломанная рука и сотрясение мозга. Жить будет.
- Хорошо. Спасибо за информацию. Вы свободны.
Диркман вышел и обергруппенфюрер снова погрузился в изучение важных бумаг, но сосредоточиться оказалось довольно сложно, так как из головы всё не шло это странное происшествие с секретарём. Что-то здесь было нечисто. 
Сами исследования шли отлично, о чём свидетельствовали свежие данные. Вселение было возможно в абсолютно любого человека. Если советам требовался специально подготовленный «донор», то немецкая установка позволяла прыгнуть в кого угодно, мгновенно подменив одно сознание другим. Проблема сейчас была только одна – точность переброски и длительность пребывания в чужом теле. С этими моментами всё ещё требовалось как следует поработать.
 
Недавний инцидент с переселением в члена немецкого сопротивления по имени Дирк Бэккер выявил проблему быстрого выкидывания нейроразведчика из «донора» при любой попытке пробыть в нём больше пары минут. Этот дефект следовало обязательно устранить. Дирк Бэккер был убит русским нейроразведчиком именно из-за данной проблемы. Подселённый сотрудник Аненербе покинул чужое тело как раз в самый разгар яростной схватки. Это был настояний провал. Бэккера вели давно и тщательно, рассчитывая уничтожить всю тайную ячейку. Решение про подселение было принято из-за подозрительной активности этой ячейки в отношении высших офицеров СС. Разумеется, после провала всей операции враги тут же залегли на дно. Грета Швайгер и её отец бесследно исчезли после гибели Бэккера и по некоторым данным покинули пределы Германии. Однако досадные промахи не могли стать помехой в крайне успешном научном прорыве. 
Ещё одна несомненная удача это использование феноменально мощных псиоников Рейха в качестве пеленгаторов-посредников при помощи дополнительного оборудования усиливающего их способности. Этот эффект чем-то напоминал паранормальный маяк длинный луч света которого безошибочно находил определенного человека. Достаточно было показать псионику фотографию, как он тут же обнаруживал искомого, позволяя немецким нейроразведчикам вселяться в людей, которые в тот момент были рядом с ним. Почему нельзя было вселиться непосредственно в человека с фотографии, выяснить пока что не удавалось. Очередной побочный эффект здорово осложнявший задачи успешных исследований.
Отложив документы в сторону, Хъюго фон Артц встал из-за стола и, подойдя к окну, мрачно уставился на армейский плац, по которому двое солдат тащили дребезжащую тележку с огромными бидонами с надписью «Milch». Фургон молочника нигде видно не было, значит он уже покинул территорию лагеря. У тёмно-вишнёвого «Майбаха» солдаты остановились и принялись азартно обсуждать машину, с любопытством заглядывая в её салон.
Оберштурмбанфюрер усмехнулся и именно в этот самый момент его взгляд зацепился за висящую на стене полку с маленькими сувенирами-артефактами привезёнными из разных концов мира. 
- Что такое? – вслух изумился фон Артц, заметив красивую нефритовую пирамиду. – Это ещё здесь откуда взялось? 
В голове тут же пронёсся целый вихрь разных мыслей. Первая из них – он видит эту пирамиду впервые в жизни. Вторая – пирамиду оставил на полке его секретарь в качестве подарка ко дню рождения. Но день рождение у Хъюго будет ещё только через полтора месяца. 
«Очень странно, - подумал оберштурмбанфюрер, протягивая руку к полке. – Кажется это что-то мезо американское. Весьма любопытно…».
НЕ ТРОГАЙ – словно вспышка ослепительного света в голове взорвалась короткая фраза произнесённая знакомым женским голосом, который фон Артц уже один раз слышал в пещерном храме Нанегхат. 
Оберштурмбанфюрер не успел отдёрнуть руку, а спустя мгновение понял, что просто не может физически это сделать. Проклятая пирамида некой таинственной силой притянула его раскрытую ладонь, заставив взять себя в руку. Холод мгновенно опалил незащищённую кожу. С громким щелчком нефритовая безделушка раскрылась, словно бутон экзотического цветка выбросившего из себя длинные суставчатые ноги. Оживший артефакт стремительно побежал по руке закричавшего фон Артца и, добравшись до шеи, ловко забрался прямо ему в рот. 
На крик в кабинет ворвался Уве Диркман, увидев страшную картину – схватившись скрюченными пальцами за окровавленное горло, оберштурмбанфюрер бился в судорогах лёжа на персидском ковре. Мгновение и из груди фон Артца ударил фонтан тёмной крови в том месте, где было сердце. Из рваного отверстия вывалилась окровавленная каменная пирамида и, перекувыркнувшись несколько раз, отлетела в дальний угол кабинета. 
Диркман выстрелил в пирамиду из табельного оружия, решив что это какое-то живое существо, но пули не причинили ей вреда. Влажный каменный треугольник неподвижно лежал в луже вязкой крови, которая сочилась сквозь вырезанный в нефрите замысловатый орнамент.