Защитник (ЛП)

Ага. Видимо, я все еще — разочарование.
— Послушай, думаю, я понимаю, о чем ты говоришь. И постараюсь справиться с этим лучше. В свою защиту скажу, что раньше не была замужем за игроком, и все это для меня в новинку. Но этот совет действует в обе стороны. Если попытаюсь понять твою точку зрения, было бы очень хорошо, если бы семья попыталась понять мою.
— Все любят тебя, малышка, — говорит он, как будто от этого все станет лучше.
— Но в этом-то и проблема, Макс. Я взрослая женщина, а не ребенок. Кажется, вы все забываете, что мне повезло наблюдать, как вы проходите через ад, чтобы обрести свое «долго и счастливо». Вы также забываете, что я очень хорошо разбираюсь в математике и у меня отличная память. Твоей жене было двадцать три, когда ты ее встретил. И ты был старше моего мужа. Так что, возможно, ты захочешь отступить.
Он тихо сидит на другом конце телефона, пока я опускаю окно городской машины и наблюдаю, как люди выходят из машин и направляются на арену.
— Послушай, Макс. Я должна идти. Игра скоро начнется.
— Намек понят.
— Что? — спрашиваю его в замешательстве.
— Ты права. Дафне было двадцать три, когда мы встретились, и не все были согласны с нашими отношениями.
— И ты ее бросил? — спрашиваю, уже зная ответ.
— Если бы я это сделал, у нас не было бы Серены.
— Неа. Ты бы точно не стал, старший брат. Подумай об этом, пока я думаю о том, что ты сказал. Хотя мне правда пора идти. Хочу немного размяться.
— Люблю тебя, Мэдлин. Ты уверена, что не хочешь, чтобы я провел тебя на VIP место?
— Нет, спасибо. Я купила себе билет прямо у одной из сеток. Скоро увидимся, — заканчиваю разговор и на какое-то мгновение думаю, может быть, просто может быть, у моей семьи есть какой-то шанс.
Об этом забываю в ту же минуту, как только выхожу из машины, и перед моим лицом вспыхивает миллион вспышек.
— Мэдлин, посмотри сюда.
— Линди, это футболка Истона?
— Линди, ты беременна?
— Тебе пришлось насильно выйти замуж?
— Линди. Линди. Ты вышла за него замуж, чтобы заполучить его в команду?
Вопросы летят на меня со всех сторон, и охрана у VIP-ворот проводит меня. Дерьмо. Такого еще никогда не было. Я показываю охраннику билет и пропуск. Макс думает, что он единственный, кто способен решить все одним звонком. Но я не могла пойти на первую игру и посмотреть, как муж играет за мою команду, не потянув за несколько ниточек.
Меня проводят через огромные залы и подводят к скамейке «Революции», где Бринли стоит с Мэйсоном, главным физиотерапевтом. Она вся сияет, когда видит меня, и я бросаюсь обнять ее.
— Я так рада, что ты пришла, — она указывает рядом с собой. — Ты знаешь Мейсона, да?
— Да, мы встречались, — улыбаюсь Мэйсону и протягиваю ему руку.
— Приятно видеть вас, мисс Кингстон.
— Вообще-то, сейчас я Хейс, — поправляю его с такой легкомысленной улыбкой, что не могу сдержаться, когда смотрю на Брин.
Ее глаза расширяются, и она поворачивается к Мейсону.
— Ты не против, если я… — она указывает на меня.
— Вперед, продолжайте. У нас все в порядке. Только не уходи далеко.
Она берет меня за руку и идет на другой конец скамьи за скамейкой штрафников.
— Ммм… хорошо, миссис Хейс. Я думаю, тебе нужно все рассказать. Означает ли это, что вчера вечером все прошло хорошо? Я имею в виду, что сегодня утром читала «Хроники», и фотографии вас двоих, которые сделали вчера вечером, выглядели горячо. Очень горячо. Но когда не получила от тебя вестей за весь день, я не была уверена в них.
Я смотрю на лед и сразу вижу, что Истон потягивается.
— Ах, да. Все прошло очень хорошо. Это было потрясающе, Брин.
— Достаточно потрясающе, чтобы представиться как миссис Хейс? Означает ли это, что ты закончила требовать аннулирования?
— Я все вспомнила, Брин. Все. Так что да, больше никаких разговоров об аннулировании.
Она берет меня за руку и смотрит поверх льда на команду.
— Так вы, ребята, в порядке?
— Ага, — улыбаюсь, думая о прошлой ночи. — Я так думаю. Мы как бы пошли в обратном направлении. Но думаю, что все сложится хорошо.
 
— Хорошо. Потом тебе придется разобраться с семьей, когда вернешься в Кройдон-Хиллз.
— Да ладно, ты не можешь позволить мне просто насладиться этим вечером? Я уже имела дело с Максом. Этого хватит на сегодня, — прошу я, у меня нет настроения выслушивать еще одну лекцию.
— Линди… Истон ударил Джейса в раздевалке. Не знаю точно, что произошло, но мне нужно было убедиться, что у Джейса не сломана челюсть. И я точно слышала, как тренер Фитц устроил ад Джейсу и Истону. Это было плохо.
В этот момент мой брат подъезжает к нам и стучит по куполу.
— Привет, сестренка.
— Джейс Джозеф Кингстон. Ты, придурок. Почему у тебя синяк на челюсти? — спрашиваю, и этот ублюдок откатывается от меня назад, пожимая плечами, как будто не слышит. — Я убью его.
Музыка меняется, и ребята начинают катиться к скамейке.
Бринли сжимает мою руку.
— Мне нужно вернуться. Тебе нужна помощь в поиске места?
— Неа. Я в порядке. Увидимся дома, когда вернешься.
— Окей.
Я делаю шаг назад, когда Истон стучит по стеклу между нами.
Я целую свою руку и прикладываю к его.
— Надери им задницу, детка.
Глава 16
Истон
— Чувак, твоя жена — настоящее огненное шоу, Хейс, — один из парней в команде стучит по моей клюшке, пока мы выходим в очередь на исполнение национального гимна, его глаза прикованы к Линди, и я даже не могу злиться. Она чертовски великолепна, стоит за стеклом и смотрит на меня.
— Осторожнее, мудак, — Джейс смотрит на меня, когда останавливается рядом. — Это моя младшая сестра.
— Дерьмо. Прости, Кэп.
Джейс игнорирует его и поворачивается в мою сторону.
— Она носит твою майку.
— Да, — меня даже не волнует, разозлит ли это его.
— Она носила мою футболку с того дня, как меня призвали в армию, — ворчит он. Но сейчас это звучит не так злобно, как раньше.
Я смотрю на него, когда певец приближается к центру льда.
— Муж важнее брата.
— Ты даже не сожалеешь об этом, не так ли? — он насмехается.
— Ни капельки, — отвечаю перед тем, как начинается гимн, и мы все замолкаем. Настало время выиграть игру.
После нашей победы в раздевалке царит напряжение, которое усилилось на ступеньку выше, поскольку это была всухую против команды, которая была сильной в этом сезоне. Репортерам нужны интервью, которые они могли бы получить, а я пока не в настроении говорить. Я новичок в этой команде, и мне не нужно, чтобы чье-то эго было уязвлено, если они попытаются зацепиться исключительно за счет игры всухую. Но даже дополнительное время в душе на этот раз не поможет. Как только подхожу к своему шкафчику, меня останавливает один из знакомых репортеров.
— Истон. Каково это выиграть вторую игру в составе «Революции»? Как думаешь, команда сплоченная?
— Да, мужик. Мы сплоченные, и это прекрасно. Я просто пытаюсь найти свое место среди невероятных игроков этой команды. Пока все хорошо, — говорю ему и тянусь за сумкой, готовясь одеться и выйти.
— Ходили слухи, что между вами и капитаном Джейсом Кингстоном есть вражда. Есть ли правда в этих слухах?
Прежде чем успеваю ответить, Джейс присоединяется и обнимает меня за плечо. Рука, от которой я не могу отмахнуться перед камерой. Мы стоим там вдвоем: я со все еще заметным синяком под глазом, а он со свежим синевато-фиолетовым синяком на челюсти, оставшимся ранее.
— Алекс, Алекс, Алекс, — успокаивает репортера Джейс. — Я знаю Истона с тех пор, как он учился в старшей школе. Он чертовски хороший вратарь. Уверен, сегодняшний вечер говорит сам за себя. Между нами нет вражды.
— Итак, Джейс, скажи мне. Что же ты тогда подарил Истону и своей сестре на свадьбу? — Алекс настаивает, слегка повышая голос. Он знает, что мы враждуем. И хочет стать репортером, доказавшим это.