Потерянное чудо (СИ)

 Глава 4 
 Позже общее напряжение сошло на нет. Солнце было в зените, когда Йен в попытке отвлечься от плохих мыслей делился моментами своей жизни за прошедшие года, и Флоренс отвечал ему тем же. Омега узнал, что Йен действительно стал доктором наук, выучил техники айкидо и дзюдо, отлично и вполне себе профессионально ловил волну, а также научился готовить множество экзотических блюд. Флоренс же в свою очередь поведал о том, что увлекся поэзией и даже сам пристрастился к перу, опробовал себя в качестве репетитора, обошел все музеи, выставки и художественные галереи в радиусе ста километров, и заодно выучил корейский язык – тут уж брат подсобил.
 — Не хочешь прилечь? — Йен заметил бледность Флоя и его заторможенную реакцию на свои слова, совсем умаялся.
 — Ладно, — без лишних возражений согласился Флой. Голова была будто пустая, и не хотелось ровным счетом ничего. То количество информации, что Флоренс сегодня получил, мозг отказывался фильтровать.
 Флоренс лениво разглядывал хаос на полу перед собой, параллельно думая о том, как будет вычищать ковер от земли. Йен заставил его сегодня и расстроиться, и засмеяться, приуныть и снова улыбнуться. Такую гамму эмоций с другим человеком он не испытывал так давно, что уже успел отвыкнуть, и, казалось, именно от обилия испытанных чувств он сейчас буквально опустошен.
 — Знаешь… А я несколько раз порывался взять ребенка из детского дома. Но меня всегда что-то останавливало. Когда ты приходишь туда и смотришь на всех этих детей, которые живут в таких жутких условиях, не зная, что может быть в стократ лучше… Сердце разрывается. Невозможно из всех выбрать одного. Это совсем нечестно… — расстроился вконец Флоренс, сжимая зубы.
 Йен старательно молчал, слушал и вслушивался.
 — Я делал пожертвования, приносил игрушки, еду, что-то из одежды. Господи, Йен, эти счастливые глаза детей, ты не представляешь, чего стоило смотреть в них ровно, улыбаться, пытаясь не сорваться. В каждого из них будто врос детектор лжи, они ведь чувствуют неискренность за милю.
 Какое-то время Флоренс не произносил ни слова и просто смотрел в никуда, словно погруженный в воспоминания. Мужчина придвинулся ближе. А Флоренс сжал руку Йена как будто рефлекторно, на автомате, явно не заметив этого за собой, и продолжил:
 — Я захаживаю туда временами. Знаешь, дети там тоже умирают. Кто-то из-за плохих условий, кто-то из-за нежелания жить, кто-то становится объектом побоев…
 — Все, прекращай, — отрезал Йен. Достаточно. Не для этого доброго сердечка такие тягостные думы.
 Альфа вглядывался в осунувшееся лицо Флоренса и мысленно костерил себя на все лады. Да, все не так хорошо, как казалось бы. Он и сам был хорошо наслышан о детских домах и прежде нередко проявлял участие, когда-то давным-давно внося свой вклад в организацию благотворительных мероприятий в поддержку детям вместе с Джеком. Сейчас это казалось одним из тех немногих светлых дел, что его отец сотворил за всю жизнь.
 — Кстати, я живу вместе с племянником Тео, ему девятнадцать. Роберт и Мэй лет семь назад попросили взять мальчишку на воспитание.
 — Шалопаем был? — издал смешок Йен, с улыбкой заглядываясь на омегу: попытка поменять тему разговора засчитана. Наверное, Тео отправили в ссылку к дяде из-за проказ. Роберт прошлой ночью уже оговорился, что их сын жил с Флоренсом, но подробностей не раскрывал.
  
 — Нет, все гораздо сложнее. У брата с мужем едва получалось урвать выходные, Тео часто сидел с нянькой – никакого внимания со стороны родителей. Позже у них начались проблемы на работе, и они были вынуждены чуть ли не ночевать там. Вскоре сообразили, что просто физически не успевали дарить столько любви и тепла своему ребенку, что в итоге решили отправить его ко мне, тем более что, несмотря на мои потяги, из детского дома позволяли забирать детей в полную семью со стабильным заработком, а у меня на тот момент не было ни того, ни другого. Роберт надеялся, что с Тео мне будет легче и спокойнее, будет о ком заботиться и любить.
 — И он не прогадал?
 — Конечно, нет! — возмутился Флой. — И, кстати, если тебе интересно, это благодаря мне Тео сейчас мелькает в топ-чартах!
 — Прямо-таки уж и благодаря тебе? — наигранно засомневался Йен, нарочно выводя из себя Флоренса, как и делал раньше частенько.
 — Поначалу Тео пришлось за уши водить в музыкальную школу, но потом он свыкся и даже душой прикипел к этому делу, — важно кивал Флоренс, не поддаваясь на провокации. — И вообще, ты как хочешь, а я ставлю чай.
***
 Открыв входную дверь, Роберт первым делом приметил ботинки, как он мог догадаться, Йена и неопределенно передернул плечами, пропуская вперед мужа. Сняв верхнюю одежду и оставив ее в шкафу, Роберт заглянул в гостиную и обмер. На ковре лежал сломанный стол и все, что прежде на нем находилось, а рядом, на диване, в крепких даже во сне объятиях друг друга спали Йен и Флоренс. Альфа, сжимая в своих руках омегу, хмурился чему-то, а сам Флой распластался на нем и шумно сопел. А он-то торопился!
 — Как они?
 За спиной Роберта послышались тихие шаги Мэя, и в следующую секунду мужчина ощутил тепло ладошек на груди и легкое дыхание в районе лопаток.
 — Ты только взгляни на них! Дрыхнут как ни в чем не бывало.
 — Словно между ними и не было этих двенадцати лет, — грустно откликнулся Мэй и поцеловал Роберта в подбородок. — Не будем им мешать. Пойдем наверх.
 Старший муж согласился. После перелета он еще ни разу не сомкнул глаз. Было бы отличной идеей принять сейчас душ, а затем, скажем, еще соблазнить Мэя перед долгим дневным сном. Хотя зачем откладывать на потом то, что можно сделать сразу?..
***
 Открыв глаза, Флоренс ощутил себя немного дезориентированным. Он не помнил, когда уснул и что происходило накануне, а еще ему почему-то было неудобно лежать и жутко хотелось пить. Взгляд зацепился за окно, на улице было темно, и только фонарные столбы слабо освещали дорогу. Флоренс глубоко вздохнул и сладко потянулся. Наконец-то он выспался!
 И только шевельнувшись снова, Флой почувствовал легкую тяжесть на голове. Йен со слабой улыбкой на губах ласково перебирал пальцами его волосы. Флоренс хотел бы улыбнуться в ответ, но не мог. Он все же не был готов.