Потерянное чудо (СИ)

 — И все же Йен – он не вызывает у тебя негативные эмоции? Или что-то еще?
 — Он… Нет, я больше не держу зла на него, но толика обиды все еще со мной. Он спас Арчи. Это дорогого стоит.
 — Например, твоего прощения?
 — Верно, Тео. Именно его.
 Глава 6 
 С того дня Арчибальд пошел на поправку. Флоренс не мог нарадоваться на него, а Йен был счастлив видеть приободрившегося омегу, ровно как и встречать каждое утро в клинике улыбающегося мальчика-альфу с удивительно искренними глазами. Арчи оказался не в меру любознательным – то ему расскажи, это ему покажи, а вот то ему дай, и еще про это не забудь! За последнюю неделю альфа прикипел к мальчику – на удивление быстро – и старался проводить с ним столько времени, сколько позволяла работа, однако не забывая и про Флоренса. Йену было интересно налаживать отношения с ребенком, так же это было и волнительно для него.
 Вскоре выяснилось, что Йен готовил документы на усыновление. Флоренс случайно подслушал разговор лечащего врача Арчи с Йеном, когда возвращался с горячим кофе в руках. Омега не знал, стоило ему порадоваться или расстроиться, жалея о невозможности стать достойным папой для Арчи.
 — Йен, у меня к тебе просьба, — серьезно произнес Флоренс, вытирая стенки запотевшего стакана с соком перед собой. Тем же днем он вместе с альфой расположился за одним из столиков в своем кафе: пришлось срочно приехать и решить несколько важных вопросов, но теперь все было улажено, и Йен как бы между прочим предложил пообедать. Аппетита у Флоренса не было от слова совсем, поэтому он просто задумчиво следил за тем, как Йен с удовольствием уплетал отбивную.
 — Что-то случилось? — прожевав, спросил Йен заинтересованно. Взяв салфетку, он аккуратно вытер рот и отодвинул тарелку. — Я весь во внимании, чем смогу, тем помогу.
 Сразу видно, Флоренсу было не по себе. Он безостановочно водил пальцем по краю стакана, сметал со стола невидимые крошки и смотрел куда-то на руки альфы – не выше, вся его поза излучала напряжение. И все же, прикусив губу, Флой в итоге взглянул на Йена ровно и без лишних эмоций.
 — Ты же собираешься усыновить его?
 Кого его – уточнять не пришлось. Йен нахмурил брови.
 — Флой, я…
 — Стой, погоди… Давай начнем с другого. Почему ты спас Арчи, Йен? — на молчание в ответ омега продолжил: — Почему? Только из-за меня? Якобы разузнал, что для меня он очень важен, и решил помочь?
 — Ну, — Йен сосредоточенно думал и подыскивал более подходящий ответ, — можно и так сказать.
 — Ты сейчас серьезно?
 — Пойми, Флой, у меня не было никакого злого умысла. Тем более, согласись, я вовремя навел справки: еще буквально неделя, и результаты операции могли бы быть менее утешительными.
 — Я все равно не понимаю, — Флоренс устало откинулся на спинку стула.
 Мужчина поджал губы и спустя полминуты тяжело выдохнул.
  
 — Мне не дает покоя тот случай давних лет. Когда мы были юны, я бросил тебя беременного, и из-за этого мы потеряли нашего ребенка. Я никогда не прощу себе этого, как бы ни пытался. Но, узнав про Арчи, я подумал, что смогу… сгладить эту боль.
 Посетители медленно расходились, обеденный перерыв закончился, и обыденный шум стал сходить на нет, поэтому Йен невольно сбавил тон.
 — Если говорить откровенно, я… убил своего ребенка. А Арчи – спас. И мне хочется надеяться, что этим поступком я… смогу что-то изменить. Не только в наших отношениях, но и в своей жизни. — Громко отодвинув стул, Йен встал. — Прости, я отойду.
 Флоренс оперся руками на стол и заметно сгорбился. Ну зачем он начал этот разговор именно тогда, когда все было замечательно.
 Да, теперь все стало понятно. В голове Флоренса прямо-таки нарисовалась картина: небо, заволоченное тяжелыми черными тучами, стало быстро светлеть и на глазах становиться ясно-голубым. Сейчас все было разложено по полочкам, но Флоренс как никогда прежде злился на этот «порядок» в своих мыслях.
 Всего через пару минут Йен вернулся, как будто ничего не случилось, снова улыбающийся и держащий тарелку с десертом.
 — Это тебе. Перекуси, не повредит.
 — Ум… Спасибо.
 — Ты спросил насчет усыновления. Да, я собираюсь это сделать, и в то же время я не планирую запрещать тебе видеться с Арчи – у тебя в глазах такой страх, и все сразу становится ясно. Неужели ты действительно все еще считаешь меня таким отвратительным человеком?
 — Я не… Это не страх. Не смотри так на меня. Просто мне грустно с ним расставаться.
 — Так кто говорит о расставании? Арчи сейчас нужен покой и желательно еще и близкий человек рядом. Мы с ним только-только сдружились, а тебя Арчи до безумия любит.
 — Откуда ты знаешь?
 — Он мне по секрету сказал, — наконец, почти осязаемое напряжение ушло, и Йен добро рассмеялся, его голос стал в разы мягче на этих словах. — На самом деле, все видно невооруженным взглядом. Не знай я истины, принял бы вас за семью.
 — Мы и так с ним семья, — возмутился Флоренс, вскидываясь, — и никакие бумажки нам для этого не нужны.
 — Именно поэтому я и хочу кое-что тебе предложить.
 — И что же?
 — Арчи уже выписывают, и я забираю его домой. Смена места с привычного на новое, с едва знакомым дядей, да еще и в таком возрасте. Переезжай к нам, — Флоренс хотел что-то сказать, но не успел, Йен быстро закончил: — я прошу из-за ребенка, ему с тобой гораздо уютнее и спокойнее. Не хочется видеть его запуганным. Вспомни, как он первые дни не мог привыкнуть к палате и дергался от врачей. Ты просто необходим нам, — Йен умоляюще взглянул на омегу, накрывая нежную тонкую ладонь своей, прикасаясь как к драгоценности – благоговейно и трепетно. — Пожалуйста.