РАЙЯ бесчувственного командора. Галактика Его желаний

Поэтому я кивнула снова, давая себе обещание вообще притвориться немой, лишь бы он и правда выполнил своё. Ведь оно в любом случае означало отсрочку. Хоть какую-то. У меня бы появилось немного времени, чтобы придумать что делать дальше. И может договориться с ним ещё о чём-то?
Конечно же, тогда я не догадывалась, что договор с рай-ши вещь довольно специфическая, как и его взгляды на моё к нему «привыкание»…
  
Ну как же меня вообще угораздило-то так?
 
Глава 3
 
Райя. Некоторое время до
Холодно.
Я подняла выше воротник тонкой куртки, которую одолжила у подруги, и вскинула взгляд вверх – в самое звёздное небо. Сегодня огоньки на нём казались особенно яркими. Но времени порассматривать ещё у меня просто нет. Нужно спешить в ночную кафешку, где я подрабатываю после пар в университете.
Да, студенческая жизнь оказалась совсем не сладкой. Мизерная стипендия, прогулы не допускаются. Поэтому подработка – только по ночам. И то заработанных денег хватает впритык на то, чтобы оплатить съёмную комнату у сварливой хозяйки и не жить впроголодь. А вот на вещи уже не остаётся…
Вчера как специально в маршрутке порвался мой старенький тёплый плащ. Один из пассажиров пропустил свою остановку и торопился выйти, толкнул меня, а мой рукав зацепился за неровный выступ поручня и тут же пошёл по шву.
Я честно пыталась зашить дома, но сделала только хуже. Уже давно протёршийся материал буквально расползался прямо под иглой. Стоило коснуться в одном месте, как в другом он разъезжался на моих глазах, превращаясь в отдельные дерматиновые клочки. В итоге промучившись часа два, всё же бросила это дело, радуясь, что на улице уже не такие сильные морозы. Поэтому попросила у подруги, с которой вместе снимали комнату, её весеннюю куртку. К счастью, она не отказала. И вот я почти бегу по пустынной улице, чтобы ничего себе не отморозить, изредка дыханием согревая закоченевшие пальцы.
Нельзя пропустить автобус, ведь следующий будет только через час, а значит я опоздаю на смену. Ноги в летних кроссовках разъезжались на скользком от тонкой корки льда асфальте, сверху покрытым ещё и влагой от дождя. Мерзкая погода. Холодно и влажно. Но позволить себе улететь на отдых или просто переехать в тёплые места ближе к югу я себе просто не могу. Учёбу не бросишь, перевод на бюджет в середине семестра – почти невозможен, ну и средств, конечно, тоже нет. И как бы я не ненавидела это место, в котором живу, вынуждена приспосабливаться, мечтая о лучшей жизни в будущем.
Вообще я любила мечтать, но называла свои мечты планами. У меня всегда всё было чётко и по полочкам. Я знала, ради чего терплю и куда стремлюсь. После окончания института сделаю всё возможное и невозможное, чтобы попасть на стажировку в лучшую компанию нашего города. Оттуда при должном упорстве можно будет перевестись в головной офис в столице. И тогда у меня будет та жизнь, о которой я грезила.
Стыдно сказать, но в свои двадцать два я даже ни разу не целовалась. Было не до отношений. Просто времени даже нет на это. Всё свободное посвящала учёбе, остальное – работала. Поддерживать меня было некому. У моих родителей я пятая. Есть ещё двое младших. Так что отправив меня учиться в город, они не то, что не планировали помогать, а скорее выдохнули – что теперь моё пропитание и жизнь не их забота.
Не сказать, что я сильно скучала по семье. Когда растёшь в такой, привыкаешь всё просчитывать наперёд. Верно говорят, что в большой семье некогда щёлкать клювом. Нужно было заботиться о себе самой. Младшим ещё хоть что-то перепадало из еды и одежды, а старшим доставались от родителей только тычки и обвинения в нахлебничестве. Так что можно сказать, что я привыкла к самостоятельности и к тому, что если хочешь что-то получить, нужно для этого что-то сделать.
А вот к чему я не привыкла – так это рассчитывать на кого-то другого. Мне некому было помогать. У подруги, с которой мы и снимали комнату на двоих, похожая ситуация. Мы могли делиться друг с другом едой или одеждой, морально поддерживать, но, по сути, особо и поболтать было некогда.
Она наоборот училась в вечернюю смену, а работала днём. Так что виделись мы примерно раз в неделю нормально, в остальное время перебрасываясь лишь парой фраз на пороге. Но как бы там ни было, сейчас это был единственный человек, который был мне дорог. Кому можно хотя бы поплакаться, что делала я крайне редко.
И вот кутаясь в тонкую куртку Дианы, я неслась к автобусной остановке, скользя и спотыкаясь, уже ощущая, как холодная влага пропитывает не водоотталкивающий материал и пробирается к моей белой блузке. Засада.
Стуча зубами, пыталась ускориться, ругаясь на погоду, на себя, на того, благодаря кому мой плащ оказался безнадёжно испорчен… Занятая своими мыслями и не заметила, что почему-то на улице стало подозрительно безлюдно. Прохожие будто бы начали обходить тот закоулок, через который я пыталась срезать путь, стороной.
Лишь когда раздался необычный гул сверху, а меня залило голубым светом, поняла, что происходит нечто странное. И запрокинув голову вверх, так и застыла с приоткрытым ртом…
Последнее, что я помнила перед тем, как погрузиться в вязкую темноту – это громкий хлопок. И всё. Меня будто бы не стало. Дальше я уже открыла глаза в странном помещении, освещённом не ярким голубым и розовым светом. Кажется, я лежала в чём-то напоминающем горизонтальный солярий… Во всяком случае надо мной была прозрачная мутная крышка.
Попытавшись её открыть, ощутила, что тело чувствую как-то иначе. Как-будто бы мышцы затекли от долгого лежания. А может так оно и было. Но одновременно с тем внутри будто бы появилась какая-то дополнительная сила… И ощущала я себя такой непривычно-отдохнувшей. Словно хорошо выспалась.
Раза с пятого крышка поддалась и у меня получилось сесть, осматриваясь.
То, что я видела, напоминало мне известный фильм о синих двухметровых существах с хвостами… По крайней мере, именно похожие (только более мускулистые, крепкие, с лицами и фигурами людей) сновали туда-сюда, будучи одетыми кто в белый комбинезон, кто в белый плащ. А ещё они были очень сильными. Да. Это было видно невооружённым взглядом. Как и то, что я по сравнению с ними – мелкая мошка.
Обратив на меня внимание, ближайшее существо тут же бесцеремонно присоединило ко мне какой-то провод, что-то там шипя и рыча. А я даже не сопротивлялась, если честно, решив, что от переутомления свихнулась просто и всё ещё лежу где-то там, в тёмной улочке.
Вот только ощущения были такими реальными. Настоящими. И сама я себя чувствовала как никогда настоящей…
Затем пришло другое существо, похожее на остальных, объяснив мне уже на привычном языке, что я оказалась на космической станции, которая принадлежит народу рай-ши. Якобы мой генотип хорошо подошёл местному императору и потому меня забрали с Земли.
Я нервно усмехнулась.
– Что значит забрали? Вы вообще в курсе, что это похищение? Я могу обратиться в полицию…
По глазам медработника поняла, какого он мнения о моих умственных способностях. И тут же сама сообразила. Я. На. Космической. Станции. Какая полиция, Райя?
О, кстати, это имя и правда дал мне мой дедушка. Вот такое необычное. За которое меня всегда раньше дразнили. Но мне самой в принципе нравилось. Отчего-то тогда казалось, что оно означает, что и я такая же особенная. Дедушка был астрофизиком и говорил, что это имя принесёт мне удачу… Принесло, ничего не скажешь теперь.
Затем на меня надели наушники, а в руки выдали планшет с картинками, чтобы поняла, где именно нахожусь. Но вникать было тяжело. Как и принимать то, что случилось. Всё ещё казалось, что это какой-то глупый странный сон. Ну не бывает же такого? Какие синие человечки, Райя? Ну какие? Мне бы укольчик что ли…
  
Реальность накрыла меня вместе с паникой в медицинском отсеке. Кто-то перед тем, как представлять меня императору, решил вновь проверить ДНК и обнаружил страшное. Они похитили не ту. Ошиблись. А вот я обрадовалась, считая, что теперь просто вернут обратно. И я забуду всё это. И конечно, ни за что никому не расскажу, чтобы не положили в больничку, где выдают одёжку со связанными на спине рукавами…