Сила крови (СИ)

Глаза обожгло, и я невольно зажмурился.
Эй! Это Уборщик тут должен ослеплять противников!
Широким веером выпустив стайку едких мыльных пузырей, я осмелился открыть глаза. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как из повернутого в мою сторону торца кнута со щелчком выскочил тонкое лезвие, напоминающее жало, и вонзилось мне в плечо чуть пониже правой ключицы — как мы и оговаривали перед боем.
А вот и рапира.
Сперва я даже не почувствовал боли, а потом…
Внимание, обнаружен повышенный выброс Эндорфина!
И потом не почувствую. Прокол оказался слишком тонким и аккуратным, так что уже через пару минут моя регенерация не оставит от него из следа.
Нельзя этого допустить!
Я сложил шест в метровую дубинку и бросился в фехтовальный поединок.
Вот теперь все пошло так, как должно было с самого начала. Я размахивал палкой, а мой противник с легкостью ускользал, пропуская ее через себя. Я наносил опасные и болезненные тычки ее заостренным концом, но Мерцающий ухитрялся их блокировать или просто уходил, делая шаг в сторону.
Сам же он активно размахивал и кнутом, то и дело опутывая меня, и встроенным в его рукоять лезвием полосуя мои открытые руки и ноги, а иногда и прокалывая насквозь, точно попадая в уязвимые места моего защитного костюма. Которые я сам же ему и указал.
Кровища лилась — просто на загляденье!
Причем исключительно моя, потому как все мои успехи заключались в паре пропущенных Виталиком ударах и наливающихся на его левой скуле и правом предплечье жутких синяках.
Я честно «пузырял» ему в лицо, пытался сделать подсечку внезапно разложившейся шваброй или смачивал пол коварным мылом но враг всегда был на секунду впереди.
Собственно, как и было задумано и заранее отрепетировано.
Нужно отдать Виталику должное: он не нанес ни одного лишнего или слишком сильного удара, не поразил ни одного действительно жизненного важного органа. Хотя я несколько раз и был в полной его власти, и он вполне мог выполнить условие своего контракта одним хорошим ударом, или просто набросив мне на шею кнут-удавку.
Я поскользнулся в луже собственной крови.
Снова.
Выпущенная из ладони тонкая струйка моющего средства позволила очистить поверхность от бурой скользкой слизи, чтобы я смог нормально опереться, но это была последняя моя попытка подняться на ноги.
Которую Мерцающий оборвал точным ударом в грудь, пронзая мне легкое и еще какие-то там органы, и вынуждая страшно закашляться кровью на каждом вдохе. Со стороны — жуткое зрелище, но на самом деле ничего смертельного.
Внимание! Регенерация усилена на 48% на 2 минуты!
Заживет. Главное, что я уже выгляжу уже достаточно убедительно для без пяти минут покойника, осталось лишь красиво упасть, что я и сделал, переворачиваясь на спину и жадно хватая воздух ртом, словно выброшенная на берег рыба.
— Убей! Убей! Убей! — принялась дружно скандировать толпа.
— Смерть! Смерть!
Эй-эй, мы так не договаривались! Вообще-то бои новичков и даже опытных гладиаторов не подразумевают добивание поверженного противника — это привилегия чемпионских поединков!
— Извини, приятель, это просто бизнес, — пожал плечами Виталик, склоняясь надо мной.
Рукоять его кнута, та самая, из которой со щелчком выскакивало смертоносное стальное жало, смотрела мне прямо между глаз.
Казалось, что само время замедлилось, и я отчетливо видел, как лезвие медленно выглядывает из своего укрытия. Так же медленно вытягивается в мою сторону. И медленно входит в мою и без того истерзанную плоть, точно в переносицу…
  
Глава 23. Граф и Хозяин
 
Чернильная тьма внезапно сменилась багровым маревом, а глухая тишина — неразборчивым гулом голосов.
Мужских голосов. И, кажется, кто-то из них назвал мое имя.
— Граф, оставьте его в покое: пациент почти здоров и уже пришел в сознание.
Хм. А ведь несмотря на ватную пелену, искажающую звуки, голос кажется мне знакомым.
 
— Вы уверены, Хозяин?
— Не беспокойся. Даже без твоего вмешательства организм этого мутанта вполне справился бы с полученными повреждениями. Верно я говорю, Уборщик? Кстати, тебе давно пора открыть глаза.
Что я и сделал: открыл глаза и огляделся по сторонам, сознательно игнорируя две мужские фигуры, стоящие рядом со мной. И еще несколько, вдали — кажется, у выхода.
Как оказалось, я лежал на чем-то вроде больничной кушетки. И, судя по всему, ко мне была подключена капельница, от которой к запястьям тянулись тонкие трубки-змеи. Точнее, уже их обрывки, а сами мешки с раствором были пусты. Похоже, что я уже получил свою дозу чудо-лекарства.
Несмотря на яркий неоновый свет и стоящие вдоль левой стене точно такие же кушетки с лежащими на них людьми, помещение ничуть не напоминало больницу, и оказалось больше похоже на… склеп?
Стены, сложенные из грубого мшистого камня. Серый потолок, покрытый плесенью и свисающими гроздьями из паутины и мха. И даже громадный мраморный саркофаг, стоящий в самом центре помещения — все это больше подходило древней усыпальнице, а не больничной палате. Удивительно, что освещали помещение не чадящие факелы, а вполне себе современные люминесцентные лампы-трубы, вертикально закрепленные на выступающих из каменных стен мощных полуколоннах. Судя по всему, тоже мраморных.
— А хороший у вас все же получился спектакль, Уборщик. Яркий, эффектный, кровавый и с драматическим финалом. Вот только с самой первой и до последней сцены он был разыгран по моему сценарию…
Наконец-то мне удалось узнать голос.
— Босс?
— Он самый. Или ты думал, что появился еще кто-то третий с собственной аномалией, успешно работающей организацией и армией ручных мутантов, кроме меня и твоего Шефа? О нет, приятель, этот Боливар и двоих-то едва-едва выносит… Кстати, я искренне рад, что в Питер отправили именно тебя. Конечно, шансы на это были очень высоки, но все же стопроцентной гарантии у меня не было. Как там поживает старина Раст, а? Понравился ему переданный мною подарочек?
— Значит, это твоих рук дело? Но зачем?
— Чтобы пригласить тебя в гости, разумеется. Здесь, — он развел руками, — моя территория и мои правила. Можно спокойно побеседовать не опасаясь, что сейчас откуда-нибудь начнут вываливаться ваши кровожадные уроды. Кстати, как тебе мое шоу?
— Отстой.
— Злой ты, Уборщик.
— Это потому что меня там убили.
— Да ладно. Ты же сам указал, куда и как нужно бить, а Виталик выполнил все в точности, поэтому твоей жизни абсолютно ничего не угрожало. А добивающий удар он сделал, перейдя в «смещение», так что даже не поцарапал тебя. Хотя со стороны, должен признать, выглядело все очень круто и жутко.
Я рывком приподнялся и посмотрел прямо в глаза Босса.
Разумеется, стараясь не только запомнить каждую черточку его одутловатого лица, но и сделать несколько «скриншотов» на всякий случай.
— Удивлен? Вид у тебя слегка… охуевший, — усмехнулся он.
И было от чего! Потому что на меня смотрел Шеф собственной персоной. Да, у него был другой голос, непривычные жесты и совершенно нетипичный спортивный костюм вместо дорогущей тройки, но…
— Как видишь, я основательно приготовился к нашей встрече, Уборщик.
— Зачем?
— Как я уже говорил — побеседовать в спокойной обстановке.
— Здесь? — я ухмыльнулся, обводя рукой это необычное помещение.
— Ну да, почему бы и нет? Мы на кладбище, и уж поверь, это одно из самых спокойных мест в городе и его окрестностях. И пусть тебя не смущают некоторые… дизайнерские решения — этому склепу уже лет триста, как и его почтенному хозяину.
 
Он перевел взгляд на мужчину, стоявшего с другой стороны моей кушетки.
— А ведь это именно ему ты обязан если не своей жизнью, то, как минимум здоровым цветом лица и сносному самочувствию. Все же, Виталик основательно тебя потрепал на Арене.