Чудные на всю голову (СИ)

– Я всегда хотел научиться, но ты дала толчок. Может, я бы так и не смог пойти против Неизвестного и начать играть.
– До меня у тебя наверняка были друзья! Неизвестный, Бич, Сэчико…
– Неизвестный считал меня лишь игрушкой, Сэчико – жалела. А с Бич мы виделись редко, и то я не уверен, дружит она со мной или ненавидит меня.
– Джант, ведь в тебе так много хорошего! Мечты, доброта, забота…
– Ив, пойми, я ни о ком в жизни не заботился, кроме тебя, – пристально глядя ей в глаза, говорил Джант.
– Но это стремление не могло появиться из ниоткуда.
– Я… всегда хотел о ком-то заботиться. Но только ты позволила.
Джант опустил взор и обхватил руками голову. Его дыхание участилось. Свет огоньков на его щеках отразился бликами влаги. Улыбнувшись, Ива потянулась к Джанту и вытерла его редкие слёзы.
– Джант. Всё в твоей жизни хорошо только потому, что ты сам к этому пришёл. Сам захотел играть на гитаре. Сам нашёл мне друзей. Сам нашёл меня. И я так счастлива, что готова умереть.
– Не надо… умирать, – всхлипнул он, укрывая лицо рукой. – Не смотри…
– Джант…
Кинувшись к нему, Ива укрыла его лицо в своей груди. Джант же обнял её и, крепко прижав, уткнулся тёплым носом в её рубашку. Проведя рукой по его волосам, Ива в ожидании недолго поигралась с ними, видя, как они опадают и тут же встают. Джант же молчал, тяжело дыша.
– Мне непривычно быть счастливым, – вдруг сказал он глухо, Иве в рубашку. – Вспоминается прошлое. Что было до тебя. И чем больше вспоминается, тем больше кажется, что я тебя не достоин, что всё вот-вот ускользнёт от меня. Но даже если я создан лишь для того, чтобы вылечить тебя и отпустить – я не против…
– Джант… Не говори так. Никогда. Я не хочу, чтобы ты стал для меня пережитком прошлого. Я тебя люблю, – ласково прошептала Ива. – Люблю тебя, Джант, такого, какой ты есть. С твоим прошлым, каким бы оно ни было, со всеми несовершенствами. И буду любить всегда.
– Я тоже тебя люблю. И никогда не смогу полюбить кого-то другого. Ведь ты одна такая, Ив. Прекрасная Ив…
Улыбнувшись, Ива уткнулась ему в затылок носом. Со всеми несовершенствами она для кого-то идеальна. А кто-то – идеален для неё. Наверное, это и есть любовь – когда даже несовершенство создано для тебя.
– Джант… Иди сюда, – отстранившись, Ива взглянула ему в глаза.
Теперь он улыбался. Его щёки всё ещё влажные. Ива поцеловала его.
Солёные губы. Упругие. Ива присела на ноги Джанта, углубляясь в поцелуе. Джант придержал её и придвинул ближе, отвечая на её поцелуй даже охотнее неё самой.
 Чудеса темноты (18+) 
Мягкий свет звёзд отражался в глазах Джанта далёкими бликами. Бок о бок с жарким синим пламенем, они горели неведомым огнём, непостижимым и неясным. Который Иве хотелось понять.
Раз за разом она целовала Джанта, едва касаясь его губ. Звёзды и огни завораживали её, будто приоткрывая природу Джанта изнутри, отворяя запертую дверцу. Почему Джант настолько другой? Почему горят его волосы, зачем пляшут татуировки?
Кто он такой?
– Ив, ты уверена, что сто́ит? – тихо спросил он.
– Я услышу, если кто-то зайдёт.
– Я гляжу, тебе это нравится, – усмехнулся Джант. – Рисковать. Ходить по лезвию ножа.
– Я же смелая, – улыбнулась Ива и, прильнув к его плечу, провела языком по его ключице.
Почувствовав пробежавшие по коже Джанта мурашки и услышав его шумный вздох, Ива и сама дрогнула от удовольствия. Ничто её так не волновало, как его смущение.
– Или просто извращенка, – усмехнулся Джант и, подхватив Иву под ноги, поднялся.
Лодка под ним качнулась, и Ива схватилась за Джанта покрепче. Но тот опомнился быстро и тут же опустился на деревянное дно.
Темнота укутала их, подобно мягкой перине. За скамью едва ли проникал свет синих огней и волос, а если и проникал, то даже не освещал их ли́ца. Оставалось только представлять Джанта: его прямой нос, голубые глаза, мягкую светлую кожу. В представлении Ивы Джант становился ещё красивее, ещё нежнее. Его руки скользили по её спине и лопаткам ласково, как никогда раньше, точно прикосновения тончайшего шёлка. Тень, слепота создавали свои чудеса и безо всякой магии.
 
Каждое прикосновение, каждый вздох, мимолётным ветерком скользящий по щеке – всё становилось неожиданным, непредвиденным. Джант всегда был непредсказуем, а теперь Ива не могла даже ответить ему: слишком боялась нарушить его сладкие чудеса. Он целовал её приоткрытые губы, щёки, касался носом носа, тёрся щекой о щёку. Так ласково, как она и не мечтала. Будто он читал её мысли и воссоздавал мечты.
Переместившись, он поцеловал её шею. Разгорячённо, посасывая кожу, легонько прикусывая. Ива даже немного заскулила: в один миг Джант не сдержался и укусил её до резкой боли. Но тут же прекратил, тяжело дыша и прижимаясь всё ближе.
Обхватив его руками, Ива провела бёдрами по его бёдрам. Бился. Словно сердце. Горячий, огненно-горячий. Обжигающий. Почувствовав жар, Ива приоткрыла рот и даже высунула язык в наслаждении. Одно, мимолётное прикосновение – и она так близко. Почти едины. Разделяла их лишь тонкая полоска ткани.
– Я могу? – спросил вдруг Джант. Его голос донёсся словно из ниоткуда.
– А? Ага… – не думая, отвечала Ива, закинув руки за голову.
Ощущая его, она вытянулась, бёдрами пытаясь повторить то самое касание. Но точь-в-точь изогнуться не выходило, и Иве оставалось лишь поддаться воле Джанта. Он же одну за одной расстегнул пуговицы на её рубашке, потом – на своей. Ива почувствовала прикосновение железной бляшки ремня, которая тут же куда-то исчезла.
– Прохладно, – выдохнула она, ощущая, как холод грота её подмораживает.
– Мгновение…
Приподняв её, Джант положил ей под спину свою рубашку. Горячая, она, наверное, даже пар источала. Ива прижалась к ней и накрыла ей плечи. Джант тем временем стянул в неё юбку и подложил ей под ноги.
Обнажённая, Ива чувствовала своё тело ярче и чётче. Потянувшись, она почувствовала свои плавные изгибы, свою худобу. Когда Джант вновь прикоснулся руками к её бокам, Ива вдруг поняла, что не хочет более ощущать неприязнь. Её тело такое, какое есть. И Джант любил её тело таким, какое оно есть.
Вновь обхватив Джанта ногами, Ива почувствовала его тёплое тело. Мягкую кожу. Широкие бёдра. Такой большой. По сравнению с ним, Ива – просто кроха.
Но Джант не стал входить. Пока он лишь опустился ей на грудь, целуя её. Не видя саму себя, Ива в темноте с удивлением обнаруживала себя заново: губы Джанта исследовали её, показывая ей самой, насколько небольшая и нежная её грудь, какие маленькие и чувствительные у неё соски. Джант схватил грудь ртом, и Ива хихикнула:
– Я, наверное, очень вкусно выгляжу, да? Но, уверяю, у меня одни кости!
– Т-ты о чём? – смущённо отозвался Джант, отстраняясь.
– Ты всё время пытаешься съесть меня. Всю мою грудь в рот взял!
– Я думал, тебе понравилось в прошлый раз…
– Да, но ведь никогда не поздно самосовершенствоваться, так?
Вернувшись, Джант легонько коснулся губами её груди.
– Смелее.
О… Вот так хорошо. Ива тихонько заскулила от удовольствия. Но тут же прекратила: Джант опять куснул её.
– Сбавь обороты, Джант!
– Но я думал зверицам такое нравится, – пробормотал он.
– Прикусывание. Но не кусаться же до крови!
– Ох… Я постараюсь быть осторожнее. Прости.
– Ты учишься, Джант. Мне приятно, что ты стараешься для меня, – подвинувшись, она поцеловала его в затылок.
Его волосы освещали её покрытую сиреневыми метками кожу. И его зарумянившиеся щёки.
– Всё хорошо, – мягко улыбнулась Ива.
Джант вскинул на неё умоляющий взгляд. Как же мило он выглядел, когда смущался!
– Продолжи… Пожалуйста, – игриво вильнула хвостом Ива.
Кажется, его это приободрило. Неловко улыбнувшись, он вернулся. Не желая нарушать чудеса воображения, Ива откинула голову и позволила себе позабыться.