Чудные на всю голову (СИ)

– Ты и так хорошо выглядишь, расслабься. Будь собой! – остановила её Ива, положив руку на плечо.
Лиззи опустила руки. Обхватив себя рукой, она тяжело вздохнула и важно кивнула. Ива едва удержалась от смешка: как же Лиззи смешно выглядела, когда боялась!
Джант прервал их стуком. Ива дрогнула и отпрянула от него, пропихнув вперёд Лиззи. Как только дверь открылась, грудь Лиззи столкнулась со знакомым пятачком.
Тренер Победоносец удивлённо застыл. Лиззи не видела его лица, но по стоящим ушам и выгнувшемуся хвосту-закорючке догадывалась, что он шокирован не меньше них.
– Ой-ой, простите! – отпрянула Лиззи, неловко оступаясь. Ива подхватила её под руку. – Я не хотела…
– Д-да нет… Мне даже понравилось! – глупо улыбнулся тренер Победоносец. Ива тут же поняла, что имел в виду Джант, когда говорил, что тренер модераториев – очень своеобразный звер. – А ты…
– Моё имя Плакучая Ива, тренер Победоносец, – отступив от Лиззи, низко поклонилась Ива. Как того требовал обычай знакомства у беров.
– О, приятно видеть хоть кого-то культурного в этом забытом Матушкой месте! – улыбнулся Победоносец, кланяясь в ответ. – Как же нашему сорванцу удалось отхватить такую тёлочку?
Ива почувствовала укол обиды. В чьи руки она отдавала милую Лиззи?!
– Тогда уж сука, я же Собака, а не корова! – вдруг воскликнула она.
Ошеломлённые Джант и тренер удивлённо уставились на неё. У последнего так отвисла челюсть, что стали видны крупные нижние клыки.
– Ив… Что в тебя вселилось? – пролепетал Джант.
– Это откуда такие оскорбления?! – взъелся Победоносец.
Сжав руки в кулачки, Ива метнула в сторону тренера настолько злобный взгляд, насколько могла себе позволить. Может, её кто и может обижать, но не Лиззи!
– Потому что мне как подруге Лиззи хочется видеть её рядом с тем, кто её оценит! Если ты, сударь Победоносец, меня такими срамными словами называешь, то как же ты будешь вести себя с милой Лиззи?
– Ив, остынь, тренер Победоносец не имел в виду… – начал было Джант, но его прервал смех.
Вдруг тренера разорвало смехом. Растерянные, Джант и Лиззи переглянулись. А Ива подозрительно сощурилась, готовая принять удар. За друзей она готова была и зубки показать!
– Вот, сразу видно, в Берском Царстве родилась, – улыбнулся Победоносец. – Не то что эти неженки, которые не могут за себя постоять.
– Вы просто многого не знаете, тренер… – слегка ошарашенно посторонился Джант.
– Я до сих пор не услышала обещания, что с моей Лиззи ты будешь вежлив, – строго оборвала его Ива.
– Тёлочка – это лишь такой комплимент, – оправился тренер. – Если Лиззи обижена, я готов перед ней извиниться.
– Что скажешь, Лиззи? – обратилась к той Ива.
Лиззи же замялась.
– Н-но я же говорила: я совсем не оскорбляюсь…
– Потому что ты не знаешь значения слова, верно?
– Знаю… Но если я нравлюсь господину Победоносцу тёлочкой, то почему бы и нет?
Лиззи так мило улыбнулась, что Ива и сама растаяла. Она точно не могла отдать милую Лиззи в плохие руки!
Обернувшись к Победоносцу, Ива развеяла все свои опасения: лицо его озарила немного нелепая, но искренняя и ласковая улыбка. Даже пятачок его встрепенулся, забавно хрюкнув – и тренер тут же смущённо прикрыл его рукой.
– Хи-хи… Так мило, – улыбнулась Лиззи, приложив маленькую ручку к щеке.
– Я рад, – улыбнулся ей Победоносец. – Но рядом с тобой я, конечно, просто мерзкий хряк.
Джант усмехнулся. Ива шикнула на него: он не посмеет прервать этот момент глупой шуткой!
– Вовсе вы не мерзкий! – возмутилась Лиззи. – Вы – живые – все так принижаете себя. А вы все прекрасны. Все, кто жив, замечательный просто тем, что он существует! И вы, Победоносец, не должны себя принижать, потому что я не знаю, что в вас может быть плохого.
– Много чего, Лиззи. Но для такой прекрасной дамы хочется быть идеальным.
Взяв крепкую ладонь дамы в свою мощную, покрытую рыжими волосинками руку, Победоносец поцеловал пальцы Лиззи. Та лишь дрогнула, приложив другую руку к груди, но не сдвинулась с места. Джант же изобразил рвотный позыв, на что Ива обиженно насупилась, и Джант прекратил. Мило же! Почему он ведёт себя, как ребёнок?!
 
Вдруг из-за угла послышался знакомый голос:
– Что ж, повеселились и хватит. Ничего не хочешь мне рассказать, Лиззи?
Все обернулись. Ива остановилась на месте. В голове пронеслось предупреждение Джанта: «…играясь с любимыми куклами профессора Сервуса, ты грозишься заработать себе большие неприятности». Но чтобы они нагрянули так скоро?
– А… Я… Простите, мастер! – отпрянула Лиззи, но Победоносец не отпустил её руки. – Что?..
– Что-то не так, профессор Сервус? – сощурился тренер.
Пожилой профессор усмехнулся. Ехидно и даже хищно. Будто собирался съесть Победоносца живьём. Неторопливо шагая вперёд, он будничным тоном произёс:
– А для вас, тренер Победоносец, это не очевидно? Жизнь Лиззи целиком и полностью принадлежит мне. Теперь же безо всякого разрешения жизнью Лиззи распоряжаются совершенно случайные люди… и зверолюди.
– У Лиззи есть своя воля. Вы сами говорили: разумные големы могут принимать собственные решения. Так чем же её жизнь так отличается от вашей? Потому что вы сказали, что она вам принадлежит, и всё?! – начал выходить из себя Победоносец. Его рука крепко сжала ладонь Лиззи так, что та, даже если бы и хотела, вырваться не могла.
– Тренер Победоносец, вы ведь знаете чем, – вдруг сказал Джант. – Жизнь голема тесно связана с его создателем. Голем питается жизненными силами создателя, без них он погибнет.
Ива дрогнула. Она ведь даже не знала… И подумать не могла. Неужели своим дурацким сводничеством она испортила Лиззи жизнь?
А ведь сама Лиззи даже не дрогнула. Лишь уставилась в пол, морща лоб и сощурив печальные глаза. Так выглядят те, кто вот-вот заплачет.
Но големы не могут плакать.
– Даже Джант знает такие простые истины. А вы, тренер Победоносец, продолжаете врать самому себе. И – что главное – мешаете Лиззи жить.
Победоносец взметнул взор на Лиззи. Та же умоляюще на него взглянула. Но что он мог против одного из самых могущественных магов мира?
– Так отдайте Лиззи мне, – предложил вдруг тренер. – Со мной ей будет лучше.
– Во-первых, у вас не хватит на это сил. Вы простой смертный, ваш век короток, – улыбнулся профессор Сервус. Только теперь Ива обратила внимание на его острые, длинные клыки. – Наш же, вампирский – вечен. Во-вторых, с чего вы решили, что я расстанусь с собственным творением? Лиззи мне принадлежит по праву рождения, только мне решать, что с ней будет.
Он говорил о Лиззи так буднично, так привычно, словно спорил не о живом, мыслящем големе, а о деревянной обеденной ложке. Ива и сама задрожала: понимал ли профессор Сервус, каково приходилось Лиззи? Пытался ли вдуматься?
– Я чувствую, Лиззи, ты боишься. Стыдишься. Ты предала своего мастера, – холодно говорил профессор. – Но у тебя есть шанс исправиться, не волнуйся. Иди ко мне. И будешь спокойно работать, как работала до этого.
Но Лиззи не двинулась. Метнулась взглядом между своим мастером и тренером Победоносцем. Взор её остановился.
– Простите, мастер… Но… Я лучше умру, – пролепетала она. – Убейте меня, если хотите… Я не боюсь.
Ива заметила, как вокруг начал скапливаться народ. Шептаться. Джант, увидев замешательство Ивы, тоже огляделся и застыл на месте в попытке, видимо, придумать способ исправить положение.
Тем временем профессор Сервус подошёл ближе. Взял Лиззи за подбородок и впился длинными ногтями.
– Было бы большой потерей уничтожить такой хороший экземпляр, как ты, – он недобро усмехнулся. – Поэтому ты будешь жить так долго, как я скажу.
– Убери от неё свои руки!
Тренер Победоносец вскочил и с прыжка ударил профессора Сервуса в челюсть. Тот отлетел, Джант его поймал. Профессор сперва молча уставился в потолок, но потом, недобро улыбаясь и рыча, обернулся к тренеру.