Чудные на всю голову (СИ)

– Да как ты смеешь её так… Что?..
– О, это ты, Бич? Не ожидал тебя здесь увидеть. К тому же не одну!
Из темноты показалась рука в белой перчатке. Перепуганная, Ива отстранилась.
– Ну-ну, выходи. Ничего плохого я тебе не сделаю.
 Кровь вскипела от стыда, но Ива поняла: вечно здесь сидеть она не могла. Собравшись с духом, она проползла следом за девушкой со странным именем и поднялась на ноги.
Ошарашенный взор Ивы, наверное, показался Неизвестному очень смешным, иначе почему его маска так ехидно усмехалась? Но Ива и впрямь была поражена. Он один! В постели никого не было, кроме него.
– А где же… ваша, ну… – забормотала воровка.
– Кто? Тебе, наверное, показалось, – склонил голову на бок Неизвестный, лениво разлёгшийся на кровати. – Я никого не приводил.
– Кроме нас двоих, – пробормотала Ива, догадываясь.
– В смысле?! Я с вами спать не буду, директор, не просите! – отскочила испуганная воровка.
– Он нарочно оставил дверь открытой, – объяснила Ива, – чтобы ты сюда зашла.
– Но… как вы угадали? – недоверчиво сдвинула брови та.
– Вас видели по дороге сюда. Вы же шли сюда людными проходами, – пожал плечами Неизвестный. – А теперь, что до вас двоих…
Он махнул пальцем. Вдруг с головы воровки слетел капюшон. Наружу вырвались… розовые косички. Много розовых маленьких косичек. Сумасшедшая причёска! Владелица оказалась смуглой, пухлощёкой. У неё был забавный нос картошкой. Полные губы раскрылись в удивлении.
– Бич, – назвал ту по имени Неизвестный. – Или мне называть тебя сучкой в свете последних событий?
К своему стыду, Ива что-то такое припоминала: на эллиадском «бич» означало не только «пляж».
– Мой полный псевдоним – Бич Справедливости! – поправила его покрасневшая воровка. – А не как вы назвали…
– Помнится, в первую нашу встречу ты даже гордилась этой игрой слов. Как жаль, а ведь она действительно забавная, – вздохнул директор.
Несмотря на смуглость, лицо Бич всё же взыграло лёгким румянцем. Стыдливо отведя взор, она ничего не сказала.
– Так вот, Бич, – повторил он, – мне тут птичка напела, что ты украла из почтового отделения письмо на моё имя от тренера Победоносца. И как это понимать?
Посмотрев на Иву, Бич замялась. Удивлённая Ива и не знала, что делать. Неужели Бич хотела, чтобы Ива объяснилась за неё?
Ладно… Бич так умоляюще состроила глаза, что невольно напомнила Иве щенка. А та как Собака просто не могла отвернуться от сестры.
– Бич Справедливости была исключена тренером Победоносцем, – чётко и громко объяснила Ива. – Его женоненавистнические наклонности повлияли на решение. Скорее всего, в письме содержится приказ об отчислении. Мы с Бич Справедливости пришли, чтобы оспорить это решение.
Увидев, как обрадовалась Бич, Ива уже не могла ошибиться: может, она не зверолюдка, но точно родственница. Хотя бы духовная.
Неизвестный же глухо хмыкнул из-под маски и присел, протягивая руку.
– Хорошо. Но прежде, дайте мне прочитать…
– Н-но… вы нам не верите, директор?! – воскликнула Бич.
– С чего вы вообще взяли, что это письмо содержит приказ об отчислении? – спросил вдруг Неизвестный.
Ива и Бич переглянулись. Неужели Бич не проверила, прежде чем красть?!
Покорно та выудила из кармана смятый свёрток и протянула Неизвестному. Тот, не касаясь письма, развернул его магией в воздухе и зачитал.
И глухо засмеялся. Ива вздрогнула. Что он там увидел? Это касается исключения Бич?!
– О, Победоносец как всегда в своём репертуаре! – улыбаясь, Неизвестный сложил письмо обратно в свёрток.
– Что? Что там написано?! – дёрнулась Бич.
– Одна занимательная история, – пожал плечами директор. – Рассказать?
Бич кивнула. Ива подозрительно сощурилась.
– Однажды на постоялом дворе встретились зверолюд-Тигр и тренер Победоносец. Тигр сказал: «Видел я этого Победоносца! Победил его одним ударом!» Спросил его Победоносец: «Что, правда что ли? Как так?» Ответил Тигр: «А вот так. Шубу свою ставлю, что в честном бою!» А на следующий день знаете, что? Тигр на следующий день на постоялым дворе так и не появился. А Победоносец пришёл в новенькой рыжей шубе с чёрными полосками!
 
И он рассмеялся, хлопая себе по колену. Ива и Бич недоумённо переглянулись.
– Ой, да ну! Смешной же анекдот.
– Но… Как он касается Бич? – непонимающе спросила Ива.
– А, Бич? Никак. Вы спросили, что в письме, вот я вам и ответил.
– А приказа об отчислении нет? – уточнила Бич.
– Нет. Только анекдот. Что самое забавное, тренер Победоносец сам же их и сочиняет. Смешной!..
Вдруг Бич вскрикнула. Звонко и громко, по-Собачьи. Ива всё не могла понять: почему же она чувствовала в Бич родную душу?
– Спасибо, Орон, спасибо! – Она вскинула руки к небу. – Мы можем идти, директор?!
– А как же… наказание? – скромно спросила Ива.
Неизвестный и Бич удивлённо переглянулись. Директор вздохнул.
– О, дорогая Плакучая Ива… В Черепаховой Академии нет правил. За что наказывать, если нет правил?
– Откуда ты знаешь моё… мой псевдоним, директор? – испуганно поджала хвост Ива.
– Ну, я же не мог не узнать, с кем же мой любимый сынок так премило общался на празднике поступления.
Неизвестный прямо-таки светился отцовской гордостью. Ива же, сперва удивлённо сморгнув, осознала, о чём он говорил, и смущённо опустила взор.
– О, ты знаешь Джанта? Он забавный, – улыбнулась Бич. – Не волнуйся, я тебе не соперница. Я ему просто время от времени стригу ирокез. А ещё однажды сделала татуировки, моя лучшая работа!..
Соперница?.. Она чувствовала, как внутри вскипал жар смущения.
– Надеюсь, наказание за татуировки тебе пошло на пользу, – сурово сощурился Неизвестный. – В следующий раз не будешь делать татуировки без согласия опекуна?
– Да какой вы опекун, директор? Вы ж ему… – от его жуткого взора Бич дрогнула. – Ладно-ладно, не хочу опять чистить ванные вместе с големами…
– Так наказания всё же существуют? – недоумённо вскинула уши Ива.
– Ну да. Но это не совсем то «наказание», о котором ты думаешь, – ответила Бич. – Наказать тебя может только авторитетный для тебя житель Академии. Ты сама определяешь, что для тебя наказание, а что – нет.
– То есть для тебя директор – авторитет? – усмехнулась Ива.
– Ну а как иначе? Без него не было бы моего дома, – улыбнулась Бич.
– О-о-о, как мило! – Маска Неизвестного расплылась в улыбке. – Какое прекрасное чувство, когда твоя непоседливая ученица, наконец, признала, что ты всегда старался и для неё тоже!
– Не обольщайтесь, директор, – съязвила Бич. – Не надо этого панибратства, мы всё ещё по разные стороны баррикад.
– Ох, единственное, чему никто тебя не научит, так это доверять сильному полу, – вздохнул Неизвестный. – Надеюсь, найдётся смельчак, который исправит твоё отношение. А теперь на занятия!
Сразу после его слов зазвенел всё тот же звук из браслета. Механичка научила Иву, что нужно нажать на рисунок часов, чтобы звон прекратился.
– Хорошего тебе дня, директор, – поклонилась в пол Ива.
– Да, дня вам, – отмахнулась Бич.
– И вам удачи, дорогие студентки. И вам, – сказал он и магией захлопнул дверь, стоило им выйти.
Быстрым шагом они заторопились в сторону лестниц. Пока они шли, Ива всё же решилась спросить:
– Бич, я чувствую, что мы с тобой чем-то похожи. Кто ты?
Та лишь смерила её удивлённым взором. И усмехнулась.
Вдруг, на мгновение она преобразилась: голова её вдруг выросла и превратилась в собачью. Огромные челюсти цокнули совсем рядом с Ивой, но та не испугалась, а наоборот – обрадовалась.
– Я оборотень. Помесь верхунда и вервольфа, – клыкасто, по-Собачьи улыбнулась Бич. – Мы с тобой, конечно, не одной крови, но мы однозначно сёстры. Я это чувствую своей волче-собачьей душой!
***
Предмет под странным названием «основы магологии» вёл уже знакомый Иве профессор Сервус. Сам предмет был посвящён науке о чудесах, так называемая «магическая теория». Освоение её помогало понять общие законы магии, объяснить, как она работает. По крайней мере, на том уровне, на каком чудеса возможно познать.