В плену желаний (СИ)
— Нечасто такие важные гости посещают мою скромную обитель, — в своей свойственной манере ответил Дымов. За те несколько лет, что они были знакомы, Лена приходила к нему всего пару раз.
— Ну так, может, пропустишь?
Он посторонился и после того, как Елена вошла, закрыл за не дверь.
— Че хотела?
— Слушай, Дымов, давай напьемся? — с ходу предложила она и продемонстрировала стеклянную бутылку.
— Ты ж не пьешь, — усмехнувшись, напомнил Стас. Он решительно не понимал, что происходит, но от этого ситуация становилась только забавнее: Зимина собственной персоной пришла к нему домой в столь поздний час, чтобы напиться. Они за одним столом-то никогда не собирались, даже по праздникам, а тут такое…
— Плохо ты меня знаешь, — с легким упреком протянула Лена и вручила ему коньяк.
— Ну, видимо, вообще не знаю, — Дымов недоуменно покачивал головой, рассматривая этикетку.
— Вот и повод.
— А ты пьяная не буйная? — поинтересовался он, мысленно представляя себе поддатого полковника юстиции.
— Обещаю, приставать не буду, — в тон ему ответила Зимина.
— Ну проходи на кухню, только закуси нет.
— У меня с собой, — она достала из портфеля плитку шоколада и лимон.
Московская область. БО «Васильки»
Громов вошел в вип-комнату и огляделся. Мира лежала на кровати, а над ней склонился врач. Повернувшись на звук шагов, он коротко взглянул на Тимура и отрицательно покачал головой.
Страшная догадка пронзила сознание, сердце забилось чаще, и ноги словно приросли к полу.
— Нет, этого не может быть, — металлическим голосом произнес Громов, категорически отказываясь верить в случившееся. Он же разговаривал с ней несколько часов назад, все было хорошо.
— Тим, прости… Когда я пришел, она уже была холодная, — раздался над ухом голос Василия.
Глаза предательски защипало, и Тимур потер их пальцами. Затем посмотрел на безжизненное тело девушки: лицо ее было спокойное и умиротворенное, как будто она просто спала. Черты смягчились, и Мирослава казалась совсем маленькой девочкой. Громов чувствовал, как боль наполняет сердце. Такая красивая и молодая, жизнь только-только началась и так поспешно закончилась…
— Но как? — прошептал он и, окинув помещение профессиональным взглядом, подошел к кровати.
— Вот так, — Кораблев показал ему пустую баночку из-под лекарства. — Если будет нужно, сделаем вскрытие.
— Что это? Где она взяла? — Тимур забрал тюбик, покрутил его в руках и убрал в карман.
— Эти таблетки я выписывала Ирине, — пояснила Юля.
— Судье?
Она кивнула и отвела Тима в сторону.
— Это обычные травы, они никак не могли привести к гибели девушки, максимум — отравилась бы.
— То есть ты хочешь сказать, что Ирина заменила таблетки и дала их Мире? — искренне удивился Громов. Он был уверен в ней на все сто процентов — его Ира просто не способна на убийство.
— Нет. Карина как-то спрашивала у меня про таблетки… — ненавязчиво намекнула Михайлова.
— Но чем ей мешала Мирослава? — все еще недоумевал Тимур. Но через несколько мгновений до него дошел смысл сказанного. — Не может быть!
— Я тебе ничего не говорила и ни за что не подтвержу свои слова, — прошептала Юля и несильно сжала его предплечье.
— Я понял, спасибо.
Громов вернулся в свою комнату. Ира стояла около окна, нервно ломая пальцы.
— Где твои таблетки? — без предисловий спросил он.
От его ледяного голоса липкие мурашки рассыпались по ее коже.
— Какие таблетки?
— Те, что тебе выписала Юля.
— Не знаю. Может, на тумбочке около кровати, — предположила Романова. Нехорошее предчувствие приобретало все более крупные масштабы, суля превратиться в настоящее стихийное бедствие.
— Когда ты их видела последний раз?
Тимур пытался отключить все эмоции и делать то, что хорошо умел, — расследовать преступление.
— Я не помню. Это что, допрос? Да что происходит, в конце концов?! — не выдержала Романова. Никогда прежде она не видела Громова таким. Чужой и опасный, его бесцветный тон резал слух.
— Ир, отвечай, пожалуйста.
— Да я, правда, не помню. После того, как я стала ночевать у тебя, я их не пила ни разу, — оправдывалась Ирина, хотя вины за собой не чувствовала. — Подожди. В прошлую пятницу пила, перед выходом в бар. Может, они с алкоголем не совместимы? Поэтому мне так плохо было?
— Я понял, — отрезал Тим и, зло скрипнув зубами, направился к двери.
— Тимур! — попыталась остановить его Ира.
— Все потом, — отмахнулся он и ушел.
— Господи, да что же происходит! — сокрушалась Романова, глядя в потолок. Не придумав ничего лучше, она поспешила в свою комнату, надеясь застать там Ингу. Томилина всегда была в курсе дел.
Москва. Квартира Дымова
— Ну давай рассказывай, че там у тебя, — Стас разлил коньяк по бокалам и протянул один из них Елене.
Она залпом выпила его содержимое и неприятно поморщилась, чувствуя, как жидкость обжигает рот. Но вскоре першение в горле сменилось легкой слабостью в мышцах. Зимина не любила крепкие спиртные напитки и очень редко их употребляла, в каком-нибудь крайнем случае, когда было до такой степени плохо, что хотелось забыться.
— Да ничего, — она поставила стакан на стол и пожала плечами. Поведать Дымову о том, как ее в очередной раз бросил мужчина? Кого это волнует…
— Я так и подумал, когда ты у меня на пороге с бутылкой нарисовалась, — ухмыльнулся Стас, глядя на нее.
— Хреново мне, понимаешь? Даже поговорить не с кем.
— Ну я-то не лучший собеседник.
— Зато и не болтаешь лишнего.
— Убедила, — он плеснул в ее бокал еще коньяка. — На, пей и изливай.
— Чего?
— Душу, Зиминух, душу.
Лена недоверчиво посмотрела на Дымова. Неужели она и вправду была готова рассказать ему обо всех своих переживаниях? Дымову! Человеку, с которым несколько лет вела борьбу за кресло начальника и никак не могла найти общий язык! Да, именно ему.
— Ну ты же за этим пришла? — спросил Стас, осушив свой стакан.
— Я не знаю, зачем пришла…
— Да ладно, столько лет мы с тобой уже, считай, родственники, — заключил он и пододвинул к ней бокал. Странно, но сейчас у него не возникало желания отпускать колкие шутки и иронизировать, как это обычно происходило в их диалоге.
— Да, ты прав, почти родня, — устало выдохнула Зимина и легонько постучала ногтями по стеклу.
«Мда… Все когда-то бывает в первый раз, и откровенные разговоры с Дымовым, видимо, тоже», — подумала она и сама не заметила, как выложила ему все, что тяжким грузом лежало на душе.
— Лен, я в сердечных делах-то не понимаю ничего, — Стас искренне хотел ей помочь, но попросту не знал, какие советы дают в таких случаях. В своей-то личной жизни никогда не разбирался, в чужой и подавно.
— Просто спасибо, что выслушал, — Елена ощутила долгожданное облегчение. То ли алкоголь оказывал такое действие, то ли на самом деле ей нужно было выговориться, а может, и все вкупе.
— Да это всегда пожалуйста, — усмехнулся Дымов и после паузы добавил: — А хочешь, я его найду и грохну по-тихому?
— С ума сошел? — она удивленно взглянула на него.
— Ну могу просто к тебе привезти.
— Нет, не хочу.
— Почему? — не понимал Стас, ему казалось, что это очень даже неплохая идея. По крайней мере, он способен был ее осуществить.
— Неужели я такая страшная, что со мной можно быть только под конвоем? — Зимина по-своему расценила его слова.
— Блядь, я не то имел в виду. Да ты вообще самая лучшая, а он просто мудак, раз это не понял.
— Ну вот, еще и на комплимент напросилась…
— Я вам не помешала? — раздался голос за спиной у Дымова.
Московская область. БО «Васильки»
Карина лежала на кровати и, закинув ногу на ногу, листала журнал. Увидев Тимура, она соблазнительно потянулась и томно улыбнулась.
— Мурчик, ну наконец-то, — проворковала, грациозно поднимаясь с постели.