В плену желаний (СИ)
Голос сына проникал в сознание, как сквозь вату, и наконец заставил очнуться. Кипяток, льющийся из чайника, заполнил чашку до краев и уже выплескивался наружу.
— Черт! — выругалась Зимина и, убрав чайник, принялась вытирать столешницу.
— Мам, ты меня слышишь?
— Да, Саш.
— Ну, когда мы пойдем?
— Не знаю, — еле выдавила она и, поставив чашку в раковину, ушла в ванную. Не хотела, чтобы сын видел ее слезы.
Московская область. БО «Васильки»
Глубоко вдохнув и шумно выдохнув, Громов уверенно вошел в комнату. Мирослава сидела на кровати и что-то рисовала, но, увидев его, отложила свое занятие и встала.
— Привет, как ты? — осведомился Тимур.
— Привет, как видишь…
— Освоилась?
— Ну, вроде как, да… Ты давно не приходил, — в голосе слышались нотки укора.
В последнее время Мира мало с кем общалась, только Инга проявляла интерес к ее персоне, а сама она была слишком робкой, чтобы заводить новые знакомства. Но девушка не унывала и развлекала себя, как могла.
— Времени совсем нет, я и сейчас по делу, — устало проговорил Громов и взглянул на часы. Минуты летели со скоростью света, а решение для Иры так и не нашлось.
— По какому?
— Неприятному, — Тим поморщился, зная, что причинит боль своими словами. Мирослава же совсем ребенок, маленький и беззащитный… Но выбора не было — приказ есть приказ. Набрав в легкие побольше воздуха, выпалил он без предисловий: — Тебя велено перевести к другому сутенеру.
— Почему? Что я сделала? — Мира непонимающе хлопала ресницами.
— Ничего ты не сделала, просто Золотов твой больше не приедет, — Тимур готов был провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть страх и смятение в ее глазах.
— Как не приедет? И что со мной теперь будет? — сыпала вопросами девушка, громко всхлипывая.
— Как и все, в выходные выйдешь к клиентам, — твердо сказал Громов, не давая ложных надежд.
— Нет-нет-нет, я не хочу! — Мирослава резко замотала головой, переходя почти на крик, и Тиму ничего больше не оставалось, как подойти и обнять ее.
— Мир, перестань, — он старался говорить, как можно мягче и спокойнее, ему тоже было непросто, но мысли об Ирине перебивали все. Слишком переживал, чтобы отвлекаться на что-то еще. — Этот вопрос решенный, и от твоего желания ничего не зависит. Возьми себя в руки и готовься к переезду, вечером за тобой придут.
Отстранившись, он направился к выходу.
— Тимур, подожди, — умоляла Мира. Она так хотела поговорить, почувствовать тепло и поддержку.
— Мир, пожалуйста, я очень занят.
Громов уже решил, что поможет ей, просто не мог озвучить это на камеру. Сейчас для него на первом месте была Ирина, а к вопросу о Мирославе он собирался вернуться позже — договориться с управляющим или снять на ночь для себя.
— Но… — предприняла она еще одну попытку, но снова безуспешную.
— Извини, я спешу, позже зайду, — перебил ее Тим и вышел за дверь.
— Хорошо…
Мира сползла на пол и залилась слезами.
***Звук шагов эхом раздавался в пустом коридоре, монотонно отстукивая в усталом мозгу, будто стрелки часов. Время на раздумье стремительно утекало, а четкий план до сих пор не появился.
Войдя в свою комнату, Громов громко хлопнул дверью и, грузно опустившись в кресло, прикрыл глаза. Весь день он пытался найти выход, перебирал разные варианты развития событий, но спасти всех не получалось при любом исходе. И чем больше Тимур думал, тем чаще ловил себя на мысли, что не просто ищет решение, а планирует убийство. Он представлял какие-то детали — что скажет, когда войдет, как нанесет первый удар, с каким удовольствием добьет дергающееся в предсмертных конвульсиях тело управляющего — и приходил в ужас от собственных мыслей. Неужели точка невозврата пройдена, и вскоре он сам станет драконом? Все еще сопротивляясь своим инстинктам, Громов силился придумать хоть что-то, но, увы, при всех раскладах его выбор склонялся в пользу любимой женщины.
Почувствовав легкие касания на своей голове, Тим вздрогнул и, распахнув веки, вернулся в реальность.
— Тимур, ты чего? Я тебя звала, ты даже не повернулся, — встревоженно произнесла Ирина, нежно проведя ладонью по его волосам, и опустилась на колени, чтобы быть с ним на одном уровне.
— Извини, не слышал.
— Все хорошо? Ты какой-то не такой…
— Да все нормально, просто очень много дел, — соврал Громов и, чтобы не встречаться с Ирой взглядом, отошел к окну. Весь день он старательно избегал ее, не хотел рассказывать о приказе Бушина. Изначально решив не отдавать свою женщину управляющему, Тим не видел смысла пугать ее лишней информацией. Это была только его битва, и он ни капли не сомневался в том, что выиграет ее, не взирая ни на какие обстоятельства. Ради Ирины мог пойти на все.
— Я соскучилась, — она подошла сзади и, мягко обняв Тимура за талию, прижалась щекой к его спине.
Он заметно напрягся. Не хотел обижать ее или отталкивать, но сейчас нельзя было расслабиться даже на секунду. Шумно выдохнув, убрал ее руки и, развернувшись, пристально посмотрел ей в глаза.
— Ты чего? — Романова не понимала, что происходит. Сегодня Громов казался отстраненным и холодным, как глыба льда, и это ее пугало.
— Ничего.
Он замолчал на несколько мгновений, растворяясь в ее любящем взгляде. Она являлась для него всем, самым ценным сокровищем на свете, за нее он готов был сражаться до конца, всеми возможными способами. Пусть ему придется проститься с погонами навсегда или даже отсидеть немалый срок, но зато он будет знать, что с Ирой все хорошо, что она жива и здорова. — Я просто люблю тебя, очень, — прошептал Тимур и крепко прижал ее к себе, зарываясь носом в пушистых волосах.
Еще чуть-чуть, всего пару секунд. Впитать ее в себя по максимуму, пустить по венам неповторимый запах. Как бы он хотел забыть обо всем и остаться с ней, но стрелка часов неумолимо приближалось к цифре девять. Внутренний мандраж нарастал с каждым вздохом. Громов понимал, что надо идти, но медлил, боясь не вернуться. Невольно сжав руки сильнее, услышал хриплый возглас:
— Раздавишь…
— Извини, — опомнился он и разжал объятия.
— Тимур, что с тобой происходит?
— Ничего.
— Ну я же чувствую.
— Ириш, мне надо уйти, а ты жди меня здесь.
— Хорошо.
— Никуда не выходи и закрой дверь на ключ.
— Но…
— Просто сделай, как я говорю, — Тим несильно встряхнул ее за плечи. Волнение достигло крайней точки.
— Сделаю.
— Прости, — прошептал он, прикоснувшись к ее лбу губами, и покинул комнату.
Ирина растерянно осталась ждать. Закрыв дверь на ключ по просьбе Громова, она вернулась к окну и, ощутив, как неприятный холодок пробежал по позвоночнику, зябко поежилась. Ира хотела понять, что случилось, почему вдруг Тимур так изменился, но что-то очень важное все время ускользало от нее.
Москва. Главное следственное управление
Закрыв дверь на ключ, Зимина направилась к выходу, звонко цокая каблуками по кафельному полу. В здании уже почти никого не осталось, лишь в кабинете начальника КМУ все еще горел свет. Злобно зыркнув на табличку «Байдин Г.А.», Елена спустилась на первый этаж и вышла на улицу.
Вечерняя прохлада окутала город, легкий летний ветерок приятно ласкал кожу. Именно в такую погоду хотелось выбраться из душной квартиры, прогуляться по парку и насладиться свежим воздухом.
Но у Лены на сегодня были совершенно другие планы. Сев на переднее сидение своего автомобиля, она достала из портфеля телефон, набрала номер подруги.
— Да, Лен, привет.
— Ну что, вас можно поздравить?
— Я же только ИО… Может, еще кого пришлют. Так что пока рано, — устало выдохнув, сказала Измайлова.
— Не пришлют, я уже видела приказ о твоем назначении, — твердо заверила ее Зимина и улыбнулась. Она была искренне рада, что на должность начальника ОВД назначили именно ее, и не только потому, что они являлись подругами. На самом деле лучшей кандидатуры на это место не нашлось бы.