В плену желаний (СИ)

— Привет. Я Тимур, — негромко заговорил Громов, стараясь, чтобы его голос звучал как можно мягче.
Девушка подняла на него свои заплаканные зеленые глаза, убрав с лица прядь русых волос. Тим внутренне содрогнулся — совсем юная девочка. Какой же нужно быть тварью, чтобы украсть ребенка?
— Что вам нужно? — срывающимся голосом спросила она.
— Успокойся, я тебя не обижу, — Тимур протянул руку и дотронулся до нее. — Я пришел просто поговорить.
Девушка вытерла слезы тыльной стороной ладони и неуверенно кивнула.
— Как тебя зовут?
— Мира, то есть Мирослава Бойко.
— Сколько лет?
— Восемнадцать недавно исполнилось.
— Ты знаешь, где ты?
— Нет, отпустите меня, пожалуйста, — взмолилась Мира и вцепилась в руку Громова. — Я ничего никому не расскажу.
Тимур несильно сжал ее ладонь, чтобы хоть как-то успокоить и поддержать.
— Я не могу.
— Что вам нужно от меня? — не унималась девушка и начала перебирать возможные варианты. — Денег?
— Давай я тебе все объясню максимально честно, — предложил Тимур.
Мира робко кивнула.
— Ты в закрытом борделе, выбраться отсюда невозможно, — он увидел, как из ее глаз вновь потекли слезы, и замолчал, давая ей возможность переварить услышанное.
— Но я же не проститутка, — заикаясь, проговорила Мирослава и почти шепотом добавила: — У меня даже мужчины никогда не было.
У Громова внутри все похолодело — она еще и девственница.
— Кто-то из наших клиентов заказал конкретно тебя.
— Как в интернет-магазине, что ль? Ну я же не вещь! Я человек! — у нее начиналась истерика, и Тим не выдержал, пересел к ней на кровать и, притянув ее к себе, сжал в объятиях в надежде утешить. Девушка не оттолкнула, а наоборот, доверчиво прижалась к его груди, продолжая плакать навзрыд. Тимур гладил ее по волосам, она не сопротивлялась.
Оказавшись в его руках, Мира вдруг почувствовала себя защищенной, стало немного спокойно. Громов внушал доверие, и она его совершенно не боялась.
— Послушай меня. Тот клиент заплатил большие деньги, чтобы переспать с тобой… Тебе придется подписать договор о том, что ты добровольно соглашаешься продавать свое тело, — Тим старался подбирать щадящие слова, но получалось как-то не очень.
— А если я не соглашусь? — шепотом спросила Мирослава.
— Тебя заставят, будут ломать морально, возможно, даже бить, до тех пор, пока не согласишься.
— И ты? — спросила она, пытаясь смотреть Громову в глаза.
— Малыш, я очень не хочу причинять тебе боль, — вкрадчиво проговорил Тимур, ее доверчивость рвала сердце на части. — Но не смогу поступить иначе, если ты будешь противиться.
— А если я соглашусь?
— Ты будешь жить так же, как и все девушки на базе, свободно перемещаться по территории и… — он замялся, не зная, как сформулировать.
— Обслуживая кучу мужиков, — закончила его фразу Мира.
— Только одного клиента… Во всяком случае, пока.
— И тебя тоже?
— Нет, — улыбнулся Тим ее непосредственности и наивности. — Не переживай, со мной спать не нужно.
— Я могу подумать? — зачем-то спросила девушка, хотя уже изначально знала, что сопротивляться не будет. Она всегда предпочитала идти на компромисс, а не отстаивать свою позицию до последнего.
— Можешь, но выбора у тебя все равно нет. Сделай, как я говорю, а я по возможности буду помогать тебе, — сказал Громов совершенно откровенно, ему понравилась эта милая девчушка. Естественно, не как женщина, а, скорее, как младшая сестра. Ее так и хотелось окружить теплотой и заботой.
— Ты меня не бросишь? — с надеждой спросила она.
— Ну конечно нет, — пообещал Тимур. — Ты останешься со мной.
— Хорошо, что я должна делать? — поинтересовалась Мирослава, выбравшись из его объятий.
— В первую очередь, успокоиться, переодеться и поесть. Через несколько часов я вернусь и отведу тебя к врачу, а потом к управляющему подписать договор.
— А дальше?
— В твою новую комнату. Ну все-все, хватит плакать, — Громов стер слезы с ее лица подушечками больших пальцев. — Все будет хорошо, я обещаю.
Мира попыталась улыбнуться, и на душе у него сразу потеплело.
 
Москва. Деловой центр «Москва-Сити». Офис фирмы «RED Company»
Хабаров появился в офисе вовремя и в прекрасном настроении. Как всегда, строгий и собранный, провел утреннюю планерку и, попросив у секретарши кофе, удалился к себе в кабинет. Он наблюдал за Светланой, пытаясь найти малейшие изменения в ее поведении и понять, какую роль в доставке цветов она сыграла. Так и не заметив ничего необычного, Леша решил спросить прямо.
— Ваш кофе, Алексей Николаевич, — бодро проговорила Света, войдя в его кабинет.
Хабаров следил за каждым ее движением: как аккуратно она ставит на стол чашку, как вздрагивает от того, что он оказался слишком близко.
— Свет, ответь мне на один вопрос, — негромко произнес Алексей, подойдя к ней вплотную.
Голковская выпрямилась и, развернувшись к нему лицом, посмотрела в глаза. Хабаров нависал, будто скала, буквально придавливая ее к земле своим авторитетом. Девушка, как кролик в плену удава, не отрываясь, смотрела на него, не в силах отвести взгляд. В горле пересохло.
— Конечно, — прошептала Светлана и облизнула губы.
— Мы же с тобой договаривались, — Алексей нарочно растягивал фразу, наслаждаясь ее реакцией. — Что ты выполняешь все мои приказы… беспрекословно!
— Я… Я… Да, всегда… — она пыталась что-то ответить, но слова упорно не складывались в предложения.
От Хабарова исходила невероятная энергетика, он был спокоен, но Света кожей чувствовала его злость и боялась попасть под горячую руку.
— Какого хера цветы не были доставлены? — грозно спросил он, прожигая Голковскую сердитым взглядом.
— Я не знаю, я все организовала, у меня даже чек есть о доставке, — тараторила она, судорожно вспоминая все приготовленные оправдания.
— Вот как, — усмехнулся Алексей. — Будь добра предоставить.
— Да, конечно, сейчас, — Светлана поспешила покинуть кабинет и через несколько минут вернулась с чеком и отчетом от курьера о доставке цветов. — Вот и подпись женщины, принявшей букет.
Хабаров внимательно изучил доказательства — повода сомневаться в профессионализме секретарши не было.
— Если хотите, я позвоню в эту фирму и узнаю дополнительную информацию, данные курьера?
— Нет, Свет, спасибо, не нужно. Извини, что усомнился в тебе.
— Да ничего, — облегченно выдохнула Голковская. — А может, та женщина вас обману… — и, поймав на себе уничтожающий взгляд, благоразумно предпочла замолчать.
— Это все, можешь идти, — распорядился Алексей.
Светлана кивнула и вышла из кабинета. Прислонившись спиной к двери, она глубоко дышала, пытаясь привести в норму сердцебиение. Света сильно рисковала, проворачивая эту авантюру, но все получилось, как нельзя лучше. Довольная собой, она улыбнулась собственным мыслями и села за стол, намереваясь продумать следующий шаг по отвоеванию своего мужчины.
Хабаров еще раз просмотрел бумаги, принесенные секретаршей, но решительно ничего не понимал: Лена не могла врать, зачем ей это, если бы она не хотела идти в ресторан, просто отказалась бы… Отмахнувшись от атаки новых сомнений, он достал телефон и, набрав номер, подошел к окну.
— Доброе утро, — шепотом проговорила Зимина.
— Доброе, случилось чего? — насторожился Алексей.
— Леш, я не могу говорить, давай позже.
— Я быстро, — пообещал он и спросил: — Нашла загранпаспорт?
— Нет, то есть да, давай потом созвонимся…
— Позвони, как освободишься.
— Хорошо, целую, пока, — ответила Лена и отключилась.
— Пока…
Завершив соединение, он сунул руки в карманы и стиснул зубы так, что заиграли желваки. Он чувствовал, что что-то не так: всегда прямая и открытая, сейчас Елена вела себя, как минимум, странно. Еще эти несчастные цветы… Нужно было обязательно во всем разобраться и как можно скорее.