На прорыв!
На лице девушки застыл непонимающий ужас.
– Зубы ломит, как будто снег ем.
– Да? Странно. – Протянул молодой адмирал-хирург.
– И я ничего не вижу правым глазам. Я же им в прицел смотрю. Я правша! Это нормально?
Зёма отшатнулся, пытаясь понять корень новых проблем. В голове промелькнула вся последовательность проведённой процедуры, прокрутил все действия.
– Не нормально. Похоже, наноботы убирают опухоли в твоем теле. – Зёма вновь положил её на стол, возобновляя обследование. – Первая хорошая новость – с зубами у нас всё просто. Я сейчас починю и не заметишь.
Лена выплюнула второй передний зуб, разглядывая гнилые корни. В анклаве всегда было плохо со стоматологией. Рвали лишь в том случае, если боль не проходила несколько дней к ряду. Счастливчиков с полным набором зубов можно было по пальцам пересчитать. И зубы для Ленки всегда были примером личной красоты. Чистила их по возможности как можно чаще. И старалась не грызть кости. А теперь они выпадали из её опухших дёсен как у облученной.
Зиновий вернулся несколько минут спустя с небольшой колбой.
– Воспаления сейчас пройдут. Наноботы долечат. А кариес мы лечим вот этими бактериями. Я открою крышку, и под воздействием воздуха, они активируются, проснутся. Окуни пальцы в банку и помажь гелем все зубы и дёсны. Бактерии сожрут все кариесы за пару минут и переработают остальные бактерии в такой же безвредный гель. Его можно глотать без вреда для ЖКТ [8]. Выйдет… ммм… естественным путем. А недостающие зубы мы вставим. Будут как новые. Но живые. При том, прочнее. Палатенная Сотня немало вложилась в стоматологию. Всё будет хорошо.
Ленка без споров принялась натирать зубы прозрачной жидкостью. Зиновий поднял бандану с пола и прикрыл ею полную грудь девушки, сделав временную замену бюстгальтеру.
Чтобы не отвлекаться.
– Ой, а теперь больно вдыхать. В зубах как будто дырки. – Сказала Лена, втягивая воздух в рот с явным прищуром. Такое случалось, когда пила холодную отфильтрованную воду из металлических канистр.
– Это нормально. Видишь ли, нашим учёным так и не удалось научить бактерии вырабатывать кальций. Ровно так как надо. Даже в самых удачных моментах они цементировали зубы в одну сплошную линию. Так что за пломбы отвечают другие красавцы. Поменьше размером. На самом деле это те же наноботы, но уже с другой программой. Я сейчас отсканирую твои зубы, создам виртуальный слепок и задам по нему нашим маленьким стоматологам метки для работы. – Зиновий отошёл к панели управления, завозился с приборами. – Теперь широко открой рот и не бойся, когда руки робота начнут в нём лазить. Манипуляторы всего лишь запустят наноботов восстановить эмаль твоих зубов. Эти мелкие работники создадут целостность твоих зубов так, как им предназначено было природой. Затем мы починим то, что выпало. Точнее, вставим новые зубы. Ну как вставим…они просто вырастут в твоем рту по заданной программе. Программа уже сгенерировала основания подходящих тебе корней и набирает материала в ассамблере.
Лена кивнула, мало что поняв, но с тревогой наблюдая, как пара металлических рук с устрашающими насадками начала светить ей в рот. Ноги тревожно задергались. Пальчики ног зашевелились заметно быстрее. Стресс словно переучивал мозг Смирновой, позволяя быстрее вникать в процесс управления имплантатами, чтобы дать дёру из этой скверной лаборатории на волю.
Зиновий меж тем сделал снимок мозга с помощью процедуры, которая, как помнил, пришла на смену магнитнорезонансной томографии. Обследованием тела опять же занимались наноботы, выступая в качестве маячков для внешних датчиков прибора. Это нисколько не мешало им заниматься ремонтом. Так учёные запрограммировали их на многозадачность ещё на рассвете медицины. А со временем наноботы превратились в мультизадачные системы и развивались бы и дальше, если бы не желание Богини уничтожить лучшие умы купола.
Нет учёных, нет развития.
«Надеюсь, культисты Карлова не подкачают».
Зиновий с ужасом посмотрел на выведенную проекцию задней доли мозга подруги. Соединение с глазом отсутствовало. Справляясь с опухолью, наноботы разобрали пораженные участки, в том числе и заднюю часть глаза. Восстановить подобное не представлялось возможным, так как не осталось мест, за что зацепиться нервам.
«Похоже, опухоль в мозгу развивалась как минимум несколько дней», – Прикинул хирург, разглядывая место, где была опухоль. По размеру она была не меньше ореха.
Тогда Зиновий пришёл к выводу, что способности паранорма блокировать раковые клетки дали сбой у девушки не при получении «Летаргического сна» вскоре после ранения. Похоже, все силы организма уходили на то, чтобы не дать телу умереть. Ленка таяла 4 дня из-за перебитых ног, растеряв былой иммунитет. Иначе объяснить столь стремительно развивающуюся опухоль он не мог.
Зёма вздохнул, размышляя. Соединения с глазом были нарушены. Сам глаз неминуемо подлежал высыханию в течение нескольких дней. Для снайпера подобная трагедия имела печальные последствия. Будущая экспедиционная группа определенно лишалась лучшего стрелка. Переучиваться на другую руку и глаз означало потерять годы сноровки.
– Что-то случилось?
– Да… ты лишишься глаза. – Честно признался Зиновий, не видя смысла юлить. Безжалостный мир ставил свои условия, некоторые из которых были не в силах изменить и подземные технологии.
– Как…навсегда?
Зиновий все же покачал головой. Глядя в глаза девушки, полные надежды и веры, он не мог подтвердить её опасения.
– Нет. Моя специальность – офтальмолог. Я восстановлю тебе зрение иначе. – Вдруг заявил он.
Нестандартное решение пришло в голову озарением.
– Как это иначе?!
– Увидишь. И этот глагол сказан не просто так. Но мне придется тебя снова усыпить. Потерпишь?
– Надолго? – Она облизнула пересохшие губы и улыбнулась ослепительной улыбкой. Ровно такой, какая и должна была быть у девушки неполных семнадцати лет в мире, где существовала развитая стоматология, а не просто выдергивали больные зубы плоскогубцами при свете лучины.
Наноботы нарастили новые зубы за пару минут.
– Пока не отремонтирую, – улыбнулся в ответ усталой улыбкой Зиновий.
Татуировка дракона на белке собственного глаза задорно блеснула в свете больничных ламп. Но в этот раз дракон смотрел в направлении девушки, больше не бегая судорожно по округе.
Глава 2. Бодрое утро
Путь Дементия под куполом был заметно длиннее, чем просто прогуляться по центральной площади от мэрии. Тот, кто выбрал себе ник «Демон» с молодых лет, отмерял километры подземного города на своих двоих. Ощущения, что был дома, отсутствовало. Вроде те же улицы, те же строения, но столько непривычной пустоты вокруг. Так не привычно наблюдать за неработающими ветками струйного транспорта над головой.
С холодеющим сердцем рыжий юноша провожал взглядом группы людей, которые упаковывали тела в чёрные мешки вдоль улиц. Замки-молнии делали их герметичными и не позволяли возможной заразе разлагающихся тел покидать пространство внутри биопластика. Если в первые дни тела раздевали, забирая Саламандры, и складывали их отдельно, то теперь павших жителей предпочитали оставлять в них, как можно меньше соприкасаясь с возможной заразой.
Запашок то и дело подстерегал Дементия то с одной стороны улицы, то с другой. В мире, где не существовало ветра, существовали сквозняки, и работала вентиляция, гоняя под куполом потоки воздуха. Чем дышали могильщики возле Крематория, Демон предпочитал не думать вовсе. Похоже, вскоре снимать костюмы с трупов смогут только патологоанатомы со «стальными желудками».
Этих культистов запах не должен был брать по определению.
Планеры парили вдоль улиц в полуметре над землей. Многие из них не успевали заряжаться от теплоэлементальных станций и их бросали без присмотра на очередной подзарядке, используя в спешке те, что зарядились. Данный тип транспорта никогда ранее не использовался как «труповозки». Но частный транспорт, вроде скайвеев и электроскутеров был рассчитан на индивидуальное потребление и для исполнения грузовых функций подходил ещё меньше. Спецмашина-саркофаг же на весь Купол была лишь одна и использовалась очень редко, когда хоронили кого-то из Сотни.