На прорыв!
Зёма повертел «семечко дуба» в руках и вздохнул.
– Похоже, Демону сорвало кукушку незадолго до контакта с чемоданчиком. Не видел он никакого отца. Значит дело не в помещении. И не в чемоданчике. Дело в самом Демоне.
– Не поняла сейчас. – Честно призналась Вики.
– Знаешь, что интересно. – Зиновий повернулся, приблизившись. – Я знал его многие годы перед тем, как мы пошли играть в Солярис. Я видел его физически и даже дружил с ним, активно встречаясь с ним несколько месяцев перед нашим походом тет-а-тет. Мы часто обсуждали его отца. Демон хотел нас познакомить. Но сколько бы я не задерживался у него допоздна, ожидая отца с работы, он НИ РАЗУ НЕ ПОЯВИЛСЯ. Я вообще не уверен, что он существовал.
– А как же чемоданчик?
– А что чемоданчик? Демон спёр его в гидропонике.
– Хочешь сказать… Дементий реально спятил?
– Если и спятил, то… очень давно. А сейчас у него… эм… период острой фазы.
Вики замолчала, переваривая услышанное. Выйдя из квартиры, она долго смотрела на стеклянное здание гидропоники. Зиновий встал рядом и обронил:
– Знаешь, он ведь мальчишкой жил здесь.
– И что?
– И вполне мог забегать в гидропонику. А его там прикармливали свежими овощами-фруктами. Мыть их было некогда. Ребёнок все жрал на лету, не донеся до дома. А если учесть, сколько химии вбухали в почву гидропоники, чтобы там все росло с бешенной скоростью, я не удивлюсь, если он начал видеть то, чего нет. Вот тебе и воображаемый отец, о котором мечтают все дети. Он спроецировал его на эту квартиру. Тут вполне мог жить какой-то человек. – Зиновий присмотрелся к замку.
Замок был испорчен и давно не работал.
– Очень давно здесь жил какой-то человек. А когда он умер, сюда в открытую, пустующую квартиру стал прибегать Дементий. Я легко представлю, как мальчик разговаривал с вымышленным отцом и таскал немытые овощи-фрукты и сворованные чемоданчики с дронами. Его мозг придумал правдоподобную историю, в которую носитель стал верить, чтобы не быть одному.
Вики молчала, не зная, что сказать. Возразила было:
– Химические вещества просто отправили бы его в больницу с отравлением желудка.
– Это если в больших дозах сразу. А если в малых и постепенно, то организм учится жить с этим. Только токсины откладываются в какой-либо части тела. В печени… или мозге. К тому же никто ведь не знает, сколько раз Демон был в восстановительном центре. Поехали, подробнее сможет сказать только Ольха…
Лишь спрыгнув с планера у площади Карлова и дойдя до восстановительного центра, Зиновий услышал от подруги:
– Я не чувствую себя гением.
– А как они вообще должны себя чувствовать?
– Нет, я к тому, что вы с Ольхой отлично освоили медицину. Одних подготовительных курсов вам хватило, чтобы штопать людей как заправские хирурги, которые учились годами.
– По большей части всё делали хирурги-роботы.
– А там, в Варяге?
– Там да. Но швы были не красивые. – Выдавил из себя улыбку Зиновий. Но подруга его не слышала. Ей нужно было выговориться.
– И Тимофей вот – хакер. С компьютерами и софтом он «на ты» без всяких чипов. Демон вот вообще спятивший головорез, подсознательно мечтающий о семье. Он знает, какие надо есть грибы… А я кто?
– А ты нытик, который задаёт не правильные вопросы. – Легко ответил друг и, повернувшись к подруге, честно сказал. – Но ты одна из немногих людей, которым я действительно могу доверять.
Обнялись.
– Бестолочь ты, Зём. Но я люблю тебя… Как друга.
– Ага. А ты возьми себя в руки и иди вооружись. Захвати Ленке с хакером автоматов и отправь культистов разгребать кабинет Поверенного. Отряди кого-нибудь заняться освещением. Пусть заменят аккумуляторы. Встретимся через пару часов у Тимофея в кабинете на всеобщее совещание. Я приведу Ольху и Клаву с Седыхом.
– А как же Демон?
– Ты снова задаешь не правильные вопросы.
– А какие правильные?
– Те, которые более весомые. Например, «кто жил в этом городе до того, как сюда попали люди в попытке заняться нелегальной научной деятельностью?».
Глава 4. Заря новой эры
Сутки спустя.
Семеро человек сидели в кабинете Тимофея за большим, круглым столом. Были они вооружены до зубов и настроены на решительные действия. Члены Малого совета временно заменили Сотню, разбирая основные вопросы для возобновления жизни в городе.
Тимофей поднял заспанные глаза от панели, завершая балансировку системы.
– Теплоэлементали возобновили подачу энергии в энергоколлекторы, вытяжка работает на максимум. Дым вытягивает, уровень кислорода растёт. Я настроил связь между Алыми Саламандрами и основными центрами. ИМИИ теперь работают в пассивном режиме по принципу приёмника-передатчика. Доработанные версии модулей можно начать штамповать на заводе для рядовых культистов. Весь город вскоре будет на связи. Разделю на разные каналы, чтобы не слушать хор голосов. Но наши важные сообщения будут слышать все.
Адмирал кивнул. Возможно, последний хакер на Земле импонировал Зиновию как человек дела. Тихий, послушный, он был в то же время человеком большого ума и запросто решал сложные математические задачи без инженерного калькулятора.
– Мэрию запитали электричеством. Как выяснилось, при перегрузке сети аккумуляторы просто расплавились. – Продолжила отчёт Вики. – Кабинет Поверенного расчистили. Дверь шахты лифта восстановили. Проблема в том, что кабинка лифта осталась на верхнем уровне. Необходимо спустить её вручную. Автоматика решила, что у нас здесь произошёл конец света после направленного взрыва. Чипы оплавило, заклинило команду. Для того чтобы разубедить систему, надо подняться наверх по тросу и заменить чип в кабине. Пока не знаем, как это сделать. Связи с поверхностью нет. Наши смертники… – светловолосая девушка кивнула на Седыха с Клавдией. – Варвары не подумали о том, как будут поднимать захваченный груз.
– Это не так, – ответила Морг. – На поверхности должны были спустить лифт через 10 минут. Мы спустились. Лифт нет. Что-то произошло. Может, переворот. Без капраза народ всегда на взводе.
– Переворот? – Подал голос Седых, сверкая обновлённой челюстью как довольная молодая акула. – Чушь. Люди ждут еду. А если им раздать такие же зубы, как сделали мне, то аппетит будет о-го-го. Где удовлетворённый аппетит, так и довольные люди. А значит, никаких восстаний.
– Не будем гадать, – добавила Клавдия. Себе она вставлять пару зубов не спешила. Пока были другие более важные дела. – Реактор я остановила. Взрыв городу не грозит.
– Остановила. Только поэтому ты жива, – бросила «тётке» в лицо Ольха. – Зачем ты прикидывалась сестрой моей «матери»? Ведь у нас никаких матерей нет. Зиновий мне всё рассказал. Мы из пробирки. Родства между нами не больше, чем у кошки с коровой.
Клавдия, уже внутренне готовая к этому вопросу, вздохнула и начала подбирать слова:
– Всем нужна семья. Вас распределяли по семьям. Мы придумывали минимальные легенды и пытались заменить вам родных. Как могли. Человек существо социальное. Не важны условия нашего рождения. Важно воспитание! Без воспитания вся ваша гениальность оставалась на памперсах.
– Лгунья!
– Дура! – Парировала Морг. – Я полюбила тебя как родную. Карлов смешал мне все карты. Знаешь… – Тётка на секунду задумалась. – … поход наверх на 2 года был как глоток свежего воздуха в этой бесконечной череде дней без солнца. Но наказание было жестоким. Я лишилась тебя. Прикипела, как к собственной дочке. Нам… не позволяли слишком сильно к вам привязываться. Постоянно контролировали. Но я игнорировала инструкции. Веришь? Любила тебя, как собственную дочку.
Ольха надула щёки, глядя на тётку с недоверием.
– Вернемся к основной задаче. – Вставил Зиновий. – Теперь вся площадь Карлова усеяна телами. Я предлагаю подняться наверх, вернуть лифт и начать доставку тел на поверхность немедленно. Анклавовцы займутся похоронными обрядами. Работа за еду. За каждые 10 захороненных или сожжённых тел Москва Сити выставит 5 ящиков еды, ящик мыла или другой полезной химии и ящик предметов первой необходимости: инструменты, одежда, медикаменты. Строительство и создание фабрик фотоэлементов обсудим отдельно, как и вышки связи. Они будут создаваться на особых условиях, когда мы убедимся в безопасности, создаваемой анклавами по периметру.