Игра на грани. Навсегда моя (СИ)

Марк рассмеялся и встал с кресла. Подойдя ближе к кровати, он уже собирался что-то сказать, но телефон в моих руках зазвонил. На экране высветился входящий от Артура.
  
Глава 15
 
Я протянула ему трубку, и мои действия выглядели неуверенно, рука не хотела выпускать телефон, а пальцы сами сжались на трубке. Вдруг Артур понял, что это был не Марк.
— Ви — ка. Я поговорю и верну, продолжишь дальше искать свои фотки.
Марка явно веселила моя ситуация, он присел рядом и притянул меня за запястье руки, которая не выпускала телефон. Я уткнулась в его плечо, а Марк погладил меня по волосам. Таким жестом он думал успокоить и убедить в своих словах? Но плюсы в такой ситуации тоже были, пока мы так сидели на кровати, телефон перестал звонить в моей руке.
— Вик. Давай по-хорошему договоримся, м?
Я немного отстранилась, чтобы посмотреть в его глаза, и столкнулась с непробиваемым серьезным взглядом.
— Ты о чем?
— Я — говорю, ты — делаешь, ок?
Хах.
— А если ты мне скажешь прыгнуть с крыши? — саркастично улыбнулась ему.
— Значит нужно будет прыгать с крыши.
Его слова мурашками прошлись по спине, заставляя мышцы непреднамеренно напрячься.
Я отрицательно покачала головой, получив в ответ жесткий захват на плече. Меня немного напрягало то, что я не чувствовала страха по отношению к этому человеку, хотя все звоночки били тревогу и его поведение прямо указывало, что Марк может быть жестоким и опасным. Но подсознание отсекало эти вводные данные. Мне, конечно, льстило, что такой мужчина как Марк крутится вокруг меня уже второй день, но все же, было что-то спрятано за этим. Загадка, разгадать которую без чьей-то помощи, было нереально. Марк был рядом не просто так, и глядя в его холодные глаза после сказанной фразы, было очевидно, что им движет далеко не любовь ко мне. А если учесть его гнусный шантаж теми фотографиями, всё это означало лишь одно — я еще не докопалась до истиной причины зачем я ему нужна.
— Мне больно. Пусти.
— Думаешь, что сможешь уйти? Так вот намотай на свои извилины, Колесникова, попытаешься исчезнуть, и я выложу все фотки в сеть и закопаю репутацию твоих родителей.
Его хватка ослабла, и я, выдернув руку с телефоном, резко отстранилась и спрыгнула с кровати. Это было крайне необдуманно и в итоге вышло неудачно. Ногу тут же пронзила адская боль, от которой закружилась голова и все стало черным. Опять.
***
Когда я пришла в себя, Марк орал на какую-то девочку в больничном костюме, возможно, это была медсестра. Что он от нее хотел я так и не уловила, потому что, увидев меня в сознании, практически сразу он прекратил и подошел ко мне. Девушка пулей вылетела из палаты.
— Вика, тебе нужно поесть, — он сказал это нежно и ласково и потом добавил протяжно, — пожалуйста.
Я обратила внимание, что на столике стояла еда на подносе, всякая разная, даже был мой любимый хачапури. Марк поднял поднос с едой и переставил его на кровать. Когда я присела, подтянув к себе ноги, Марк открыл картонный стакан и передал его мне, вместе с ложкой. Там был бульон. В детстве я очень любила именно такой бульон, прозрачный и без лишней начинки. Мама уже в тарелке украшала бульон свежим нарезанным укропом. Этот суп был из ресторана и без укропа.
Когда мой взгляд упал на больную ногу, я отметила, что она снова перемотана эластичным бинтом. Марк. Зачем он так заботится обо мне, и одновременно угрожает. Вполне возможно, что его психическое состояние не поддается описанию в пределах нормы, скорее всего, он ненормальный псих. Других объяснений у меня не было.
— Если ты не поешь сама, врач сделает тебе капельницу и зальет в тебя энтеральное питание.
— Что ты мне постоянно угрожаешь?! Это из-за тебя мне вообще-то так плохо! — фыркнув, я взяла стакан с супом и ложку.
— Прости. Каждый раз, когда ты отключаешься, мне страшно.
Он присел на кровати и наблюдал за тем, как я помешиваю ложкой суп. Мне, действительно, нужно было поесть, сил совсем не было. Но его слова только добавляли вопросов в моей голове.
  
— С чего это тебе становится страшно за меня?
Как же он меня я достал за последние два дня. Раньше наши отношения мне нравились больше: секс без обязательств и по домам. Хотя нет, я уже тоже схожу с ума, кажется, по этой же причине я его и бросила, кроме секса у нас не было ничего. Так что мне тогда нужно? Одно я знаю точно — угроз и шантажа я не вынесу, уж лучше быть без отношений, чем состоять в таких.
— Вика. С тобой так сложно. — Марк потер пальцами переносицу и прикрыл глаза. Это со мной-то сложно! Ха. — Иногда мне хочется отлупить тебя по заднице!
Я поднесла ложку с супом ко рту и замерла.
— Как много страсти, Марк.
Он скорчил рожицу и показал мне язык. Надо же, он и так умеет! Мне стало смешно, но я побоялась пролить суп.
Начав есть, я искоса посматривала на Марка, который достал телефон и стал просматривать почту. Это было интересно и, так как я хорошо видела его экран, то все мое внимание устремилось туда. Но, к сожалению, ничего полезного для меня не попадалось.
— Вик, — Марк оторвался от телефона, когда я доела суп и поставила картонный стакан на тумбочку. — Мне нужно будет уехать. Завтра придут все твои анализы и врач решит какое лечение выбрать. Я приеду вечером, возможно, мне разрешать забрать тебя домой.
— В смысле, разрешат?!
Он что, собрался меня тут закрыть?
— Детка, то, что с тобой происходит, явно не норма. Неужели ты сама не понимаешь?
Я вспомнила всю знакомую мне ненормативную лексику русского языка и выдала ему в ответ на повышенных тонах, но Марк и бровью не повел. Я распиналась, доказывая, что он мне никто и не имеет право оставлять меня в больнице без моего согласия, обзывалась и угрожала полицией, но надежда, что он изменит свое решение таяла на глазах. Его спокойствие жутко бесило.
В приступе ярости я выгнала Марка из палаты, а он, не сопротивляясь, собрал свои вещи и ушел. Только потом я поняла, что осталась без телефона, документов и денег. Хорошо, что хотя бы еды оставил, ненормальный псих!
Время быстро подошло к вечеру и я, приняв душ и переодевшись в чистые джоггеры и футболку, которые предусмотрительно оставил Марк, улеглась спать. Казалось, что события этих выходных полностью высосали все жизненные силы, и мне оставалось только надеяться, что понедельник будет лучше. Марк не шутил, когда обещал превратить мою жизнь в ад, мне уже не нравилась моя жизнь.
***
— Доброе утро, Виктория. Меня зовут Пётр Антонович Стагинский, я ваш врач.
Мужчина средних лет вошел в мою палату после того, как травматолог осмотрел мою ногу и дал рекомендации.
— Здравствуйте.
Я с любопытством смотрела на него и думала что он сделает, если я попрошу отказ от госпитализации?
— Сегодня мы с вами обсудим план действий на ближайшее время. Ваши анализы выглядят не очень. Как часто у вас бывает тошнота, снижение аппетита и боли в животе?
Э. Всю жизнь. Черт, как же меня бесят врачи.
— Часто.
— Я так и понял. Скорее всего все дело в вашей печени. В целом, она функционирует нормально, но временами испытывает сложность и в вашей крови падает гемоглобин и растёт билирубин.
— Я знаю, у меня это с детства.
— Все верно, это наследственное заболевание, как правило, и оно подлежит только коррекционному лечению. Но если такое лечение вовремя не проводить, то будет становиться только хуже и это уже затронет другие органы.
Ничего нового. Все как обычно. Я без эмоций сложила руки на груди и ответила врачу:
— У меня синдром Жильбера, периодически пью курсами лекарства.
Петр Антонович приспустил очки и посмотрел заинтересованным взглядом.
— Тогда я совсем не понимаю, почему сейчас вы себя довели до такого состояния.
Все было прекрасно на протяжении нескольких лет, до начала отношений с Марком. Он подействовал на мою печень как яд. Хах.
— Не парьтесь, доктор. Это же не болезнь, буду принимать лекарства и все пройдёт.