Не мой прекрасный принц (СИ)

— Это все лишь пустые слова, — уже спокойно ему ответил Гро-Домин и нарочито расслабленно уселся обратно на диванчик. — Ты напал на шамана, личность неприкосновенную. Это не первое подобное нарушение. В первый раз я тебя простил. Но сейчас ты перегнул палку, выдумав порочащие меня слухи, за что будешь жестоко наказан.
Орк подал знак своим воинам, чтобы они схватили Дагона, но они не сдвинулись с места.
— Чего стоите?! Взять его!
Лишь после грозного окрика, стражники вождя медленно, будто неохотно, направились к Дагону.
Не имея более сил оставаться в стороне, я выбежала вперед, остановилась прямо перед Дагоном и слегка вздрогнула, услышав тихое рычание сзади.
— Кете, какого хрена?!
— Я могу подтвердить его слова! Я слышу духов ваших предков!
Гро-Домин хрипло, каркающе засмеялся.
— И эта маленькая человечка здесь? О, интересно, кто же тебе поверит?
Дагон одним мощным рывком потянул меня назад, за свою спину, пока я скользила растерянным взглядом по лицам орков.
Шепот духов, который я уже научилась заглушать, стал громче.
Стоило остановить взгляд на лице одного из орков, который, как я помнила, являлся Домином — его я видела еще в доме Гро-Домина, как фигуру мужчины стали опутывать едва заметные нити, а из череды голос отделился один, четкий и звонкий.
— Драгами, — произнесла я, пристально смотря ему в глаза.
Орк слегка вздрогнул, по его лицу прошлась гримаса боли, но тут же исчезла за маской безразличия.
— Драгами, погибла в лесном пожаре, да? — продолжила я. — Такая маленькая, не больше десяти лет. Казалось, она просто убежала, чтобы поиграть…
— Это он тебе сказал, — указал на Дагона мужчина. — Все знают.
— А о том, что она любила яблоки в карамели, тоже все знают? И сказки про феи, которые прячут золотые пылинки в бутонах цветов? — продолжала я, передавая ту информацию, что шептал мне дух.
Тут уже маска равнодушия орка не выдержала, треснула под натиском скорби, которая жила в нем, как шептал голос, уже не один год.
Стражники, нерешительно остановившиеся вблизи от нас, развернулись и направились назад.
Гро-Домин вновь вскочил на ноги и нервно теребил пальцами бахрому на диванчике.
Дагон решительно подтолкнул меня в сторону толпы, где я сразу же была спрятана за плечо Трагана и, вытаскивая из ножен меч, решительно промолвил:
— Гро-Домин Багренк Корна, на основании этих обвинений, я вызываю тебя на бой по праву Варгрела.
Вождь не ответил, лишь наградил Дагона презрительным взглядом. Ответом ему послужила насмешливая, полная яда, ухмылка.
Схватив меч из ножек одного из стражников, Гро-Домин со свирепым криком спрыгнул с возвышения и молнией понесся к Дагону.
Лицо моего орка растеряло насмешливость — он резко стал сосредоточенным, собранным.
Подняв свой меч, Дагон блокировал удар вождя, отчего оружие, соединившееся в смертельном поцелуе, издало противный, скрежущий лязг.
— Я многое тебе прощал, — прорычал Гро-Домин, яростно нападая и пытаясь задеть мечом Дагона, — но сегодня ты перешел все границы.
Удары сыпались будто проклятые молнии — один за одним, непрерывно и грозно, от металлического скрежета пальцы на ногах сводило, мне было даже больно смотреть на это, но отвести взгляд было невозможно.
Дагон не нападал, лишь оборонялся, внимательно следя за противником и сохраняя ледяную решительность во взгляде.
Гро-Домин же, в свою очередь, был похож на разъяренного, бешеного медведя. Он уже понимал, что вне зависимости от исхода боя, ему конец. Даже в случае победы над Дагоном, орки не оставят его в живых.
Все-таки, один удар Дагон отразить не успел — противник полоснул его по плечу, глубоко рассекая кожу. Я едва успела зажать рот, чтобы никто не услышал мой вскрик, когда рубаха моего варвара в мгновение ока окрасилась кровью.
Этот удар послужил Дагону сигналом к действию — он начал нападать на вождя, постепенно оттесняя его назад, к столь любимому Гро-Домином диванчику.
Ярость, столь восхваляемая орками, стала губительна для вождя — он едва успевал отражать удары, пропустил несколько и теперь по его лицу и бедру, пачкая бежевую штанину, стекала кровь.
 
Когда Дагон выбил меч из рук противника, тишину нарушало лишь хриплое, с надрывами, дыхание вождя.
Понимая, что это уже конец, Гро-Домин рокочуще прокричал:
— Вы все еще пожалеете об этом! Духи лишат вас своего покровительства!
А в следующее мгновение, его голова слетела с плеч.
Брызги крови полетели в толпу, многие орки отпрянули, чтобы не быть испачканными тем, что осталось от смерти предателя.
Мой желудок сжался в комок, отвращение и тошнота душили горло. Меня бы вырвало, но из-за тревоги за Дагона, я за день так ничего и не съела.
Мой орк, весь перепачканный кровью — своей и чужой, склонился около возвышения, что-то поднял, выпрямился во весь свой рост.
Меня все-таки вырвало желчью, когда я смогла рассмотреть, что в руке Дагон, схватив за волосы, держит отрубленную голову.
Согнувшись в три погибели и сотрясаясь от крупной дрожи, мой организм избавлялся от всего, что могло быть в желудке. Орки же, тем временем, низко склоняли головы перед Дагоном и по толпе низко прошел шепот:
— Гро-Домин.
Эпилог
Изменить в один миг привычный уклад, которого придерживались много столетий — невозможно.
На это уйдет очень много времени, некоторые аспекты в обществе орков окончательно изменятся уже не при нашей жизни. Возможно, это придет в эпоху наших внуков, а то и еще позже.
Мне предстоит проделать тяжкую работу — вернуть орков к духам предков, открыть им глаза, показать истину.
Дагону, как новому вождю, придется устроить глобальную зачистку, выявить предателей и последователей культа. Из-за этого численность орков ощутимо сократится, а у моего мужа появится много врагов.
С новой властью и порядками готовы мириться не все — это подтвердят многочисленные нападения, которые будут организованы на нашу семью.
В новом обществе, выстроенном нами, более не будет гаремов — их заменит пансионат для девиц, где будут воспитывать достойных жен.
Вскоре здесь будет восстановлен храм предкам, куда нерешительно, чуть ли не тайно, потянутся орки.
Забавно, но я, взбалмошная и избалованная принцесса, стану наставницей не только для детей в школе, которая будет построена после устранения главных противников, но и для тех орков, которые решились возобновить свою связь с предками.
Я же и буду проводить первую свадьбу в храме по весне, когда передо мной предстанут двое юных влюбленных. Краснея и смущаясь, они признаются, что родители против такого союза. А вот духам было плевать на земные запреты, их интересовали лишь искренние чувства.
Однажды у меня даже появится ученица — маленькая девочка с множеством косичек, которая признается, что может общаться с духами также, как это делаю я.
Через полгода мне придет письмо от бывшей фрейлины Клэр. Так я узнаю, что наемники Каймона, сговорившись против него, сдали герцога отцу и он был казнен. А также, в качестве подарка королю отдали небывалую экзотику — рыжеволосую орчиху, которая тут же стала его самой обожаемой любовницей. Даже не знаю, кого мне было больше жаль — Ису или отца.
А через пару лет бродячий бард поведает нам замечательную балладу о том, как злой и коварный орк украл прекрасную луноликую принцессу, и женился на ней, а та смогла растопить варварское сердце и научила его любить. Тогда мы с Дагоном лишь улыбнемся, ведь лишь нам известно, что все было наоборот и это орк научил злую принцессу любить.
Все это ждет нас в будущем, мы еще даже и не знаем о том, какие коварные удары готовит нам судьба.
— Пташка, прекрати уже, все нормально, — бурчит мой орк, когда я в тысячный раз заглядываю под повязку на его плече, чтобы проверить не разошлись ли швы на ране.
В доме тихо, уже глубокая ночь и лишь откуда-то снизу можно услышать ожесточенный спор Зельде и Ру. Я даже начинаю сомневаться в том, что можно было селить их в одном доме.